Воскресенье, 04.12.2016, 06:53
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Маньяки

Хизер Гуденкауф / Бремя молчания
23.01.2011, 13:48
Калли заворочалась в кровати. В ее комнате царила удушающая жара — в августе в Айове бывает тяжело. Духота давила на девочку. Она уже давно сбросила белое синелевое покрывало и простыни, розовая легкая ночная рубашка задралась до талии. Окно, хоть и открытое, было затянуто сеткой, через него не проникало ни малейшего дуновения ветерка.  На полу лежали молочно-желтые полосы лунного света, похожие на тусклый отсвет уличного фонаря. Девочку разбудил шорох внизу, на кухне: отец собирался на рыбалку. Калли слышала его гулкие, уверенные шаги, которые сильно отличались от быстрой, семенящей маминой походки и нерешительной поступи Бена. Почувствовав сильное давление внизу живота, она села среди смятых простыней и мягких игрушек и сдвинула ноги, стараясь оттянуть минуту, когда придется бежать в туалет.  Туалет в их доме имелся только один, и находился он на первом этаже. Почти половину комнатки, выложенной розовым кафелем, занимала старомодная ванна на белых гнутых ножках с обколотой эмалью. Калли не хотелось спускаться по скрипучим ступенькам и красться мимо кухни, где наверняка сидел отец — пил свой горький кофе и рылся в ящике с инструментами. Но по-маленькому хотелось все сильнее. Калли беспокойно ерзала на кровати и озиралась по сторонам.   Несмотря на полумрак, она разглядела свои школьные принадлежности. Скоро она пойдет во второй класс! Они с мамой закупили все самое необходимое заранее. Теперь у нее самые лучшие, новенькие, еще незаточенные цветные карандаши, прозрачные обложки для тетрадей, гладкие ластики, от которых пахнет резиной. Рядом с карандашами — четыре отрывных блокнота с разноцветными обложками и коробка с фломастерами шестидесяти четырех цветов (в обязательном списке значилось двадцать четыре цвета, но мама понимала, что этого мало).
   Калли любила школу, хотя для нее учеба означала не только радость. Ей нравился школьный запах — запах старых книг и мела. Идя к остановке школьного автобуса, она любила загребать новенькими туфельками палые осенние листья и слушать, как они шуршат. Учителей она тоже любила — всех до одного. Хотя Калли часто обсуждали на педсоветах и совещаниях. Всех их — директора, врачей, логопедов, учителей начальных классов, методистов, детских психологов, социальных работников — волновал один вопрос: почему Калли не говорит? Ее называли по-разному: девочка с отклонениями в развитии, аутистка, не такая, как все. Калли знала, что ее «отклонение» называется «селективный мутизм», или «избирательная немота». Ни тупой, ни умственно отсталой она не была. Она хорошо читала про себя и понимала книги, рассчитанные на детей среднего школьного возраста.
   Мисс Монро, ее первая учительница в нулевке, энергичная дама с прямыми каштановыми волосами и сиплым, прокуренным голосом, не вязавшимся с внешностью выпускницы дорогого частного колледжа, считала, что Калли просто стесняется. На Калли обратили внимание в декабре, да и то лишь после того, как ее во второй раз за неделю пришлось вести в медкабинет переодеваться.
   Школьная медсестра, миссис Уайт, выдала Калли запасные носки, трусики и спортивные брюки.
— Калли, ты почему не попросилась в туалет? — спросила миссис Уайт. Голос у нее был низкий и добрый.
Никакого ответа. Калли, как всегда, смотрела на нее широко открытыми глазами, без всякого выражения.
— Иди в ванную и переоденься, — велела медсестра. — Да подмойся получше!
Когда девочка ушла, миссис Уайт перелистала свой журнал. Она тщательно фиксировала мелким, аккуратным почерком дату и время прихода к ней детей и причины недомоганий: болит горло, болит живот, царапины, укусы. С 29 августа, первого дня занятий, имя Калли появлялось в журнале девять раз. Рядом с каждым ее визитом стоял код ПМ — «проблемы с мочеиспусканием». Миссис Уайт обратилась к мисс Монро, которая привела Калли в медицинский кабинет.
— Мишель, с начала года Калли обмочилась уже девять раз. — Миссис Уайт сделала паузу, предоставив мисс Монро ответить, но учительница промолчала. Тогда миссис Уайт спросила: — Она ходит в туалет на переменах?
— Не знаю, — ответила мисс Монро, ее зычный голос был отлично слышен Калли за стенкой, в ванной комнате. — Вернее, не помню. Во всяком случае, на переменах времени сходить в туалет у нее предостаточно… и даже если ей захочется на уроке, она всегда может попроситься.
— Придется звонить ее матери. Пусть свозит Калли к врачу. Может, у нее что-то с мочевым пузырем или с почками, — суховато и решительно заявила миссис Уайт. В школе ее ценили за профессионализм. — Ее нужно отпускать в туалет всегда, когда она захочет. На всякий случай можно посылать ее туда и на переменах…
— Хорошо, но попроситься-то она всегда может! — Мисс Монро развернулась кругом и удалилась.
Калли молча вышла из ванной комнаты. Она переоделась в розовые спортивные штанишки, которые были ей длинноваты и велики в поясе. В одной руке она держала целлофановый пакет с мокрыми трусиками в ярких клубничках, джинсами, носками и белыми теннисными туфлями в розовую полоску. На палец другой руки она рассеянно наматывала прядку каштановых волос.
Миссис Уайт наклонилась и посмотрела девочке в глаза:
— Калли, у тебя есть тапочки для физкультуры?
Калли опустила голову и посмотрела на пальцы ног в выцветших носках, таких старых, что просвечивал ярко-алый ноготь на большом пальце — вчера вечером мама покрасила ей ногти на ногах специальным «вампирским» лаком.
— Калли, — повторила миссис Уайт, — у тебя есть тапочки для физкультуры?
Калли посмотрела на миссис Уайт, поджала губы и кивнула.
— Вот и хорошо, — сказала миссис Уайт. — Иди в раздевалку и обуйся, а пакет с мокрыми вещами положи в свою сумку. Я позвоню твоей маме. Ничего страшного с тобой не случилось. Правда, это у тебя уже не первое такое происшествие. Вот почему я хочу сообщить о нем твоей маме. Ты меня понимаешь?
Миссис Уайт внимательно следила за Калли. Девочка подняла обветренное личико и разглядывала таблицу для проверки остроты зрения на белой стене.
Срочно созвали школьную комиссию для освидетельствования Калли. Педагоги и психологи пришли к выводу, что у девочки нет никаких органических нарушений. Долго думали, что с ней делать; наконец решено было обучить Калли нескольким словам на языке глухонемых, чтобы ей легче было проситься в туалет и объяснять, что ей нужно. Кроме того, ее записали на еженедельные занятия со школьным практическим психологом. Все терпеливо ждали, когда Калли заговорит, но она так и не заговорила.
Калли вылезла из кровати, осторожно взяла школьные принадлежности и переложила на сосновый письменный стол. Скоро, в первый учебный день, она точно так же аккуратно разложит свои сокровища на парте. Внизу — то, что потяжелее, сверху — самое легкое, карандаши и ручки в новеньком зеленом пенале.
В туалет тянуло все сильнее. Калли бросила взгляд на белое пластмассовое ведерко для мусора рядом с письменным столом. Что, если воспользоваться им как ночным горшком? Нет, она не сумеет убрать за собой — мама или Бен обязательно заметят ее оплошность. Мама очень расстроится, если увидит в мусорном ведерке лужу. Начнет расспрашивать ее, пытаясь понять, в чем дело. Придется без конца кивать или качать головой. «Туалет был занят, а ты не могла ждать?», «Вы с Петрой во что-то играли?», «Калли, ты за что-то злишься на меня?».
Может, вылезти в окно и спуститься вниз по шпалере? Шпалера оплетена луноцветами величиной с ее руку… Подумав, Калли пришла к выводу, что и такой выход не для нее. Она не умела снимать сетку с окна. Кроме того, если мама поймает ее за таким занятием, она еще, чего доброго, намертво заколотит окошко в ее комнате… Калли любила по ночам открывать окно. Дождливыми вечерами она прижималась носом к сетке, и капли дождя падали ей на лицо. Она вдыхала запах пыльной выгоревшей на солнце травы, которая впитывала долгожданные капли влаги. В общем, ни к чему волновать маму. Однако и привлекать к себе внимание отца тоже не хотелось.
Калли медленно открыла дверь спальни и высунула голову наружу. Потом осторожно вышла из комнаты на площадку. Темно и душно — нечем дышать. Напротив ее спальни — спальня брата Бена, у него комната точно такая же, как у нее, только окно выходит на задний двор и опушку леса Уиллоу-Крик. Дверь к Бену была закрыта, как и дверь в родительскую спальню. Калли постояла на площадке, вслушиваясь, что происходит внизу, что делает отец. Тишина… Вот было бы здорово, если бы он уже уехал на рыбалку! Отец и его друг Роджер собирались порыбачить на востоке округа, на Миссисипи. Рано утром Роджер должен был за ним заехать. Вернутся они только через три дня, а ночевать будут в охотничьем домике Роджера, километрах в ста от Уиллоу-Крик. Калли стало немного не по себе. Плохо, что она так радуется отъезду отца. Просто когда они оставались втроем, жизнь становилась куда спокойнее.
По утрам, спускаясь на кухню, они каждый раз не знали, что их ждет. Иногда они заставали отца в хорошем настроении. Тогда он сажал Калли к себе на колени и щекотал ее своей рыжей щетиной, Калли смеялась. В такие дни отец часто целовал маму, варил ей кофе, а Бена после завтрака брал с собой в город. Веселый отец становился очень разговорчивым и обращался к ним с нежностью. Но чаще они видели другую картину: отец сидел за обшарпанным кухонным столом, закрыв лицо руками, а повсюду — в раковине, на полу, на крапчатых ламинированных столешницах — валялись пустые пивные банки. В такие дни Калли проходила мимо кухни на цыпочках, тихо притворяла за собой сетчатую дверь и бежала в лес Уиллоу-Крик, где играла на берегу речки Ивянки или строила шалаш из веток. Время от времени Калли возвращалась на опушку — проверить, на месте ли отцовский грузовик. Если его не оказывалось, Калли возвращалась домой. За то время, пока ее не было, мама успевала выкинуть пустые банки и проветрить дом от кислой, застоявшейся вони. Если грузовик по-прежнему стоял рядом с домом, Калли пряталась в лесу до тех пор, пока ее не выгоняли оттуда голод или дневная жара.
Из кухни не доносилось ни звука. Решив, что отец уехал, Калли принялась спускаться. Особенно осторожно она наступила на четвертую, скрипучую ступеньку. У подножия лестницы стало чуть светлее — сюда доходил свет от лампочки над плитой. Осталось пройти мимо кухни — и она окажется в туалете. На нижней ступеньке Калли приподняла подол ночнушки, чтобы шаги получились пошире. Воровато покосилась в сторону кухни. Никого! Вот она уже рядом с дверью ванной, схватилась за холодную металлическую ручку, повернула…
— Калли! — послышался хриплый шепот. Девочка замерла на месте. — Калли! Поди-ка сюда!
Калли отпустила дверную ручку и повернулась на звук отцовского голоса. На кухне пусто, но сетчатая дверь приоткрыта — она различила в предутреннем сумраке очертания его широких плеч. Отец устроился на низком бетонном крылечке, над его головой вились и переплетались две дымные струйки — от сигареты и от чашки с кофе.
— А ну-ка, иди сюда, малышка Калли. Ты зачем так рано встала? — беззлобно спросил Гриф. Калли приоткрыла сетчатую дверь, стараясь не задеть отца, с трудом вылезла в образовавшуюся щель и остановилась рядом с ним. — Ты почему не спишь, Калли? Страшный сон приснился? — Гриф посмотрел на дочь снизу вверх, Калли различила на его лице неподдельную заботу.
Она покачала головой и махнула рукой в сторону ванной. Правда, в туалет ей почему-то сразу расхотелось.
— Что-что? Я тебя не слышу! — Отец ухмыльнулся. — Говори погромче! Ах да, ты ведь не умеешь говорить. — Рот у него презрительно скривился. — Ты у нас руками показываешь, как немая! — Он вскочил и, передразнивая дочь, покрутил в воздухе кистями рук. — Не можешь говорить, как все нормальные дети! Совсем, значит, тупая? — Гриф все больше заводил себя.
Калли опустила голову. На земле валялось с десяток сплющенных пивных банок. Желание помочиться вернулось с прежней силой. Она подняла голову и посмотрела на мамино окно — занавески не затрепетали, и из-за них не показалось доброе мамино лицо, при виде которого ей сразу становилось легче.
— Говорить не умеешь? Чушь собачья! Раньше-то еще как говорила. Маленькая, бывало, болтала без умолку: «Папуля, папуля…» Особенно когда чего-то от меня хотела. А сейчас выросла и превратилась в дуру безмозглую… А может, ты и не моя вовсе? Глаза у тебя как у помощника шерифа. — Гриф наклонился и посмотрел на девочку в упор. Калли невольно зажмурилась.
По гравию зашуршали шины, послышался рокот мотора. Роджер! Калли открыла глаза и вздохнула с облегчением. Рядом с ними остановился внедорожник.
— Привет, ребята! Доброе утречко! Как делишки, мисс Калли? — Роджер кивнул Калли, не глядя на нее, и, не дожидаясь ответа, обратился к другу: — Ну что, Гриф, поехали, что ли?
Роджер Хоган и Гриф дружили со школы. Роджер, толстый коротышка с круглым, как мяч, животом, работал начальником цеха на местной скотобойне. Всякий раз, как Гриф возвращался на побывку с аляскинского нефтепровода, Роджер уговаривал его остаться в родном городке насовсем и устроиться к нему на бойню.
— Будем жить припеваючи, как в старые добрые времена, — добавлял он.
— Доброе утро, Родж, — бодро ответил Гриф, не переставая злобно щуриться на дочь. — Придется тебе ехать вперед без меня. Калли приснился страшный сон. Я посижу с ней немножко, пока ей не полегчает, а потом уложу ее спать.
— Да ладно тебе, Гриф! — недовольно буркнул Роджер. — Пусть ее мать укладывает! Мы с тобой уже сколько времени собирались порыбачить!
— Нет, нет. Девочке нужен отец, правда, Калли? Папуля, который всегда рядом, когда малышке страшно. Папуля всегда должен быть рядом и защищать ее, правда, Родж? Калли нужно проводить как можно больше времени со своим любимым папулей, хочет она того или нет. Но ты ведь хочешь, правда, Калли?
Гриф так издевательски говорил «папуля», что Калли, слыша это слово в очередной раз, непроизвольно сжималась. Больше всего ей хотелось убежать в дом и разбудить маму. Пьяный Гриф всегда излучал ненависть. Правда, ее он еще ни разу не ударил. Бену доставалось крепко. Маме тоже. Но Калли отец пальцем не тронул.
— Родж, я закину свои вещи к тебе в багажник. Встретимся попозже, на месте. Чувствую, клев будет отличный. Кстати, по дороге захвачу нам еще пивка. — Гриф кое-как зашвырнул в машину друга зеленый плащ. Потом, гораздо осторожнее, уложил в багажник рыболовные снасти и удочки. — До скорого, Роджер!
— Ладно, значит, там и увидимся. Дорогу-то найдешь?
— Найду, найду, не волнуйся. Обязательно приеду. А ты начинай пораньше. Даю тебе фору. Все равно, как приеду, враз тебя обставлю!
— Ну это мы еще посмотрим, кто кого обставит! — захохотал Роджер и уехал.
Гриф вернулся к Калли. Несмотря на теплынь, девочка стояла, обхватив себя руками.
— Ну, Калли, хочешь повидаться со своим папулей? Помощник шерифа живет совсем рядом — вон там, за лесом. — Отец схватил ее за руку и поволок к лесу. Калли не выдержала. Теплая струя потекла по ноге…
  -------------
  "Скачайте книгу в нужном формате и читайте дальше"
Категория: Маньяки
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 11
Гостей: 11
Пользователей: 0

 
Copyright Redrik © 2016