Воскресенье, 04.12.2016, 02:53
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Криминальный детектив

Роджер Пирс / От имени государства
19.09.2016, 18:32
Среда, последний день июня 2005 года. Жители Лондона едут на работу. Сидя в еле ползущих вагонах метро, они читают в газетах об очередной угрозе теракта на борту самолета. Террористы взрывают поезда в России и Испании, а старую лондонскую подземку как будто не замечают.
Старший инспектор уголовного розыска Джон Керр провожает в аэропорт Хитроу дочь Габриэллу — она улетает в Рим. Пятнадцатилетняя Габи живет там со своей матерью. Они едут на метро, потому что «альфа-ромео» Керра в ремонте. Кроме того, он хочет угостить Габи обедом до того, как она поднимется на борт. Девочка путешествует налегке, только с ручной кладью: у нее футляр со скрипкой и небольшая сумка на колесиках.
Незадолго до одиннадцати они садятся в полупустой последний вагон на станции «Хайбери и Излингтон», в нескольких минутах ходьбы от квартиры Керра. Поезд с грохотом мчится к центру Лондона. Габи слушает айпод. Керр, в джинсах, зеленой рубашке поло и замшевых мокасинах, рассеянно просматривает газету «Метро». Он рад, что сегодня ему не нужно идти на работу. И все же немного не по себе оттого, что под землей нет устойчивого приема сигнала его сотового телефона. Придется подождать, пока они не поднимутся в город на станции «Эрлс-Корт».
Террорист садится в поезд на станции «Юстон», через две остановки после них. Свободных мест в вагоне много, но он топчется у дверей. На вид он немного старше Габи. Плотный, темнокожий, гладко выбритый, он одет в джинсы, кроссовки и грязную футболку. Вокруг шеи намотан длинный белый шарф. За плечами рюкзак, в этом нет ничего необычного или тревожного. Никто не смотрит на него, в том числе и Габи. Только Керр сразу обращает на него внимание. Двадцать лет в Спецслужбе даром не проходят. Его чутье обострено. Молодого человека выдают мимика и движения. Он переминается с ноги на ногу, сунув руки в карманы, то и дело озираясь, что-то бормочет себе под нос.
Когда поезд замедляет ход у станции «Грин-парк», раздается громкий хлопок. Пассажиры озираются с любопытством, но без страха: они не знают, что такое взрыв детонатора. А Джон Керр специально ездил в Израиль и на Шри-Ланку, где изучал методы работы самоубийц-смертников; на хлопок он реагирует мгновенно, как собака на свист. Предельно сосредоточившись, он толкает Габи на пол, а сам бросается на нее, прикрывая своим телом. Сейчас прогремит взрыв…
Но ничего не происходит. Керр вскидывает голову. Парень понимает, что Керр его раскусил. Двери открываются; террорист в страхе пробует избавиться от своей адской машинки. Так и не сняв рюкзак, он выпрыгивает на платформу и несется к выходу. Керр гонится за ним по пятам.
На платформе толпятся туристы, которым не терпится сесть в поезд. Смертник несется быстро. Керр разменял пятый десяток, но находится в хорошей форме. Сначала парень опережает его на полвагона, но Керр быстро догоняет его. Ему легче: смертник расталкивает пассажиров, и за ним образуется своеобразный коридор. Керр на бегу кричит, чтобы его пропустили. У выхода женщина-контролер нерешительно перегораживает парню путь жезлом, но тот грубо отпихивает ее в сторону.
Станция «Грин-парк» глубокого залегания; наверх ведет длинный эскалатор. Керр не отставал на платформе, но на эскалаторе погоня замедляется, хотя он несется за террористом, перескакивая по две ступеньки кряду. Он перестал кричать, чтобы сэкономить силы, и все равно отстает. От смертника его отделяет шагов двенадцать. Парень украдкой озирается через плечо; его как будто удивляет решимость Керра. Наверху, растерявшись перед многочисленными указателями, он совершает роковую ошибку. Перескочив через турникет, он бежит в подземный переход, который ведет собственно к парку. Но вместо того, чтобы как можно быстрее рвануть на улицу, к свободе, он прячется в мужском туалете. Наверное, надеется, что его преследователь выберет другой выход и в замешательстве потеряет его.
Для Джона Керра он соображает недостаточно быстро. Керр замечает его, когда он взмывает над толпой, перескакивая турникет. Керр врывается в туалет и моментально оценивает обстановку. Трое мужчин у писсуаров; два типа в костюмах ошиваются у кабинок — не иначе, пытаются снять кого-нибудь, кто отсосал бы им до обеда. Его добыча в тупике. Керру не нужно показывать свое удостоверение. Едва он появляется, все мигом выбегают, оставив его наедине со смертником. Парень запирается в самой дальней кабинке, но Керр выбивает дверь с полпинка и хватает террориста за горло, не дав тому и глазом моргнуть. Он толкает его на сиденье унитаза; рюкзак бьется о трубу. Керр размашисто лупит его по лицу, раз за разом. Парень пытается вырваться; ему даже удается пару раз врезать Керру по ребрам. Получив сдачу, Керр радуется. Задержанный оказал сопротивление. Значит, он имеет право не останавливаться. Больше всего на свете он хочет отомстить подонку, который покушался на жизнь его дочери.
Он выволакивает парня из кабинки, тащит к раковинам и со всего маху бьет его головой в зеркало. В туалет входят два пассажира; увидев, что происходит, они круто разворачиваются и спешат прочь. Свидетелей не будет. Парень стонет — его дух сломлен. Керр снова и снова бьет его лбом о водопроводный кран. Слышится тошнотворный хруст — наверное, сломан нос. Из парня хлещет кровь; оба забрызганы красной жидкостью.
Керр хватает за оба конца шарф, обмотанный вокруг шеи парня, затягивает потуже и тащит смертника назад, в кабинку.
У стены стоит швабра — наверное, уборщица оставила. Керр отламывает кусок от черенка и, намотав на нее конец шарфа, закручивает до тех пор, пока парень не вырубается. Тяжело дыша, Керр нагибается и смотрит парню в лицо. Левый глаз выбит, но ничего — глаза ему уже не понадобятся… Снаружи слышится женский визг. Террорист безвольно утыкается в него головой.
— Сволочь, ты хотел убить мою дочь! — Керр не знает, слышит ли его смертник, и все же говорит: — Вот где твое место!
Он закручивает шарф туже. Когда террорист уже не подает признаков жизни, Керр опускает его на пол и осторожно снимает с него рюкзак. Внутри взрывное устройство — обгоревшая пластиковая упаковка с белым порошком. В порошке видны гвозди и болты. Террорист рассчитывал причинить как можно больше ущерба. Теперь бомба уничтожена, как и ее владелец. Керр устало выходит на улицу, закрывает за собой двери и звонит на работу.

Бомба оправдывает убийство. Услышав вердикт, Керр пожимает плечами и уходит. Юридические тонкости его не интересуют. Для него то, что произошло, — акт возмездия.

Пятница, 15 июля 2005 года. Начальство перекладывает вину друг на друга, расчищая почву для дальнейшей работы и готовя себе оправдания. Прошло шестнадцать дней после того, как Керр убил террориста, и восемь — после серии терактов в лондонском метро. Все винят контртеррористические организации в том, что они не смогли предотвратить события 7 июля. Оказывается, парень, которого остановил Керр, был сообщником главного смертника, Мохаммеда Сидика Хана. Он приехал из Бэтли в Западном Йоркшире и, как Хан, находился на заметке у спецслужб.
Если бы Джон Керр не казнил парня, а захватил его живым, он мог бы навести их на своих сообщников до того, как они отправились взрывать поезда лондонской подземки.
В середине дня Керра вызывают в личную переговорную комиссара, чтобы он «кое с кем встретился». Хотя за столом его ждут трое в штатском, Керр насчитывает семь чашек из-под кофе и грязных тарелок; атмосфера в комнате накалена — похоже, до его прихода они ссорились. Печенья нет, как нет и комиссара и его приближенных. Керр не удивлен. Нет смысла защищать подчиненного, который собственными руками хладнокровно убил человека. За такое по головке не погладят…
Собеседники называют Керру только имена: Бет, Хью и Нил. Все трое белые, все выходцы из среднего класса. Никаких фамилий. Они широко улыбаются, как ведущие передачи «Мы ищем таланты». Хью представляет внешнюю разведку или Секретную разведывательную службу, МИ-6. Он явно из бывших военных; тугой воротник застегнут, туфли начищены до зеркального блеска. Как будто только что с парада. Его спутница очень худая женщина; обесцвеченные волосы торчат дыбом. Керр замечает у нее на шее татуировку в виде бабочки и вспоминает, что семь или восемь лет назад, после конференции представителей спецслужб в Челтнеме, они с ней ужинали. Ели курицу по-мадрасски и запивали красным вином. Если Бет и помнит об их знакомстве, она об этом не упоминает. Годы борьбы с боевиками джихада оставили на ней свой отпечаток. Ее худоба кажется болезненной, да и бабочка безвольно сложила крылья.
Керра усаживают за стол лицом к окну. Рядом с ним никого нет. Первым слово берет представитель контрразведки, МИ-5. Керр вздыхает с облегчением, узнав, что их беседа — не допрос. Его собеседники рады сообщить ему, что никаких обвинений предъявлено не будет. Да-да, в самом деле! Они кивают и бегло улыбаются, словно разделяя облегчение Керра. Ему не придется занимать скамью подсудимых в Центральном уголовном суде Олд-Бейли.
— Да я и не ждал ничего другого, ведь вы с самого начала замяли дело… — Керр пожимает плечами. Журналисты ни словом не обмолвились о действиях Керра, потому что им никто ничего не сказал. Труп и рюкзак оперативно увезли; о неудавшемся теракте никто и не заикался. Вплоть до страшных событий 7 июля начальству казалось, что замалчивание — лучшая тактика.
Нил из полицейского управления по связям с общественностью. Он носит широкие подтяжки, а на его часах слишком много циферблатов для государственного служащего, начальника отдела. Керр отметил, что Нил отпустил козлиную бородку.
Все наперебой уверяют Керра, что он среди друзей; его часто называют по имени, что включает в его голове сигнал тревоги. Коллеги из Госдепартамента США называют такую тактику «декомпрессией», но у собеседников Керра ничего не получается. Атмосфера все равно остается напряженной. Кроме того, Керр не новичок.
Наконец, именно Керр призывает приступить к делу. Он знает, что его собеседников интересует только один вопрос: почему он пустил парня в расход, когда должен был его арестовать? Возможно, арестованный террорист рассказал бы о своих сообщниках, планировавших взрывы 7 июля, и ужас, случившийся через восемь дней, удалось бы предотвратить. Что ж, вопрос вполне законный. Керр много думал о своих действиях.
Потом вмешивается Нил и все портит. По его словам, он прекрасно понимает, что чувствуешь, когда сталкиваешься со смертником лицом к лицу. Можно подумать, он только что вернулся из Афганистана, где участвовал в ближних боях. Нил совершает крупную ошибку. Все равно что сочувствует больному в неизлечимой стадии рака. Ему хочется казаться многоопытным и искушенным, хотя всем известно, что он — обычная канцелярская крыса из Темз-Хаус.
— Джон, мы должны тщательно проанализировать все, что тебе удалось выяснить о… том смертнике. И подумать, что мы могли бы предпринять с целью предотвращения терактов. — Говоря «мы», Нил, разумеется, имеет в виду только Джона Керра. Они хотят, чтобы он признал свои ошибки, а потом употребить против него все, что он скажет, и наказать его.
— То есть вас интересует, не показывал ли он мне свою страничку в Фейсбуке, прежде чем я его удушил? — негромко уточнил Керр.
— Не совсем, — ответил Нил. — Но он мог… ну, не знаю… может быть, перед тем, как он выбежал из вагона, он что-нибудь крикнул? Или в туалете, до того как… ну, ты понимаешь… Хоть какие-нибудь зацепки!
— Ты имеешь в виду, не пытал ли я его перед тем, как убить? Абу-Грейб в мужском туалете на станции «Грин-парк»?
— А ты его пытал? — Хью, видимо, решил, что настало время вмешаться. Его шея распирает тугой воротник, глаза прищурены. Он больше не улыбается и не пытается снизить напряжение.
— Хрена с два, — ответил Керр, что еще больше их раздражает. — А единственная ниточка — рюкзак, набитый взрывчаткой и шрапнелью.
После такого ответа все ненадолго затихли и попытались перегруппироваться. Допрос проходит из рук вон плохо, потому что допрашиваемый не выказывает должного уровня раскаяния. Ну кто мог ожидать, что он начнет огрызаться?
Во время спарринга Бет сидела молча, опустив голову, и рисовала на листе бумаги квадратики и кружочки. Наверное, благодарила свою счастливую звезду, что много лет назад чудом спаслась…
— Парень, которого ты прикончил, был сообщником Хана, поэтому, наверное, знал о его намерениях, — сказала она, мрачно разглядывая свои прямоугольнички и кружочки. — Как по-твоему, почему он пошел на такой риск? Ведь он мог завалить все дело?
— Бет, ты же у нас специалист по мозгам, вот ты и скажи, — фамильярно ответил Керр. — Может быть, все дело в добром старом тщеславии… ну, знаешь, ему захотелось стать первым из этих психов. Ничего такого он мне не говорил, учтите! Заранее предупреждаю, если спросите.
— Мы не спросим, Джон. Что ты! — Нил опять широко улыбнутся. — Просто необходимо выяснить много вопросов. Нам нужно знать твое мнение. Могли мы что-то предпринять, чтобы предотвратить 7 июля?
— Конечно, могли! Надо было сразу все предать огласке. Сообщить об опасности простым гражданам, предупредить о возможном риске. А вы вечно все замалчиваете, вот почему все так плохо. Давно пора понять…
— Да ведь ты и сам прекрасно понимаешь: мы не хотели без нужды тревожить граждан!
— Дело замяли потому, что ваша контора недооценила уровень опасности.
— Общие слова!
— Вы уверяли, что непосредственной угрозы нет.
— Как бы там ни было, — отвечает Нил, — случилось то, что случилось.
— Слушайте, мне придется всю жизнь жить с тем, что я сделал. Ну ладно, допустим, 7 июля все произошло потому, что я прикончил того подонка. Я виноват. Но и вам придется расхлебывать то, что вы заварили. Вы обо всем знали, но молчали!
— Так и должно быть впредь.
— Должно?
Наступила еще одна пауза. Все пытливо смотрели Керру в глаза; даже Бет отложила карандаш. И Керра вдруг озарило.
— Вы думаете, я настучу на своих? — Он расхохотался. — Значит, вот в чем дело!
— Вовсе нет. Мы все заодно.
— Чушь! Вам ведь плевать, сказал мне что-нибудь тот парень перед смертью или нет. Вам важно, чтобы я ничего не предпринимал. Вот в чем дело, оказывается! Почему же вы меня прямо об этом не попросили?
— Зачем ты так поступил?! — рявкнул Хью. Наверное, решил в последний раз напомнить ему о субординации. — Из-за чего ты хладнокровно убил человека, хотя прекрасно понимал, что должен был оставить его в живых?
Керр смотрит в лица своих собеседников. Он знает, что ни у кого из них нет детей.
— Задайте мне тот же вопрос, когда у вас появятся дети.
--------------------------------------------------------------

                               
Категория: Криминальный детектив
Всего комментариев: 1
1 DoctorJoy   (24.09.2016 19:28)
На мой взгляд, превосходная вещь. Захватывающе интересно и умно!

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 25
Гостей: 25
Пользователей: 0

 
Copyright Redrik © 2016