Вторник, 06.12.2016, 17:07
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Криминальный детектив

Элен Макклой / Две трети призрака
16.08.2016, 16:48
Когда Мэг Веси переходила в сумерках Медисон-авеню, не одна пара глаз смотрела ей вслед. Высокие каблучки-копытца придавали ее осторожной походке очаровательную грациозность, а запорошенный снегом воротник шубки не скрывал округлую линию разрумянившихся на морозе щек, довольно крупный рот, улыбавшийся даже во сне, и великолепные глаза газели, огромные, изумительной формы, затененные длинными черными ресницами.
На Пятьдесят восьмой улице Мэг вошла в ярко освещенный подъезд.
— Добрый вечер, — сказал привратник, сопровождая эти слова только ей предназначенной улыбкой.
Лифтер нажал кнопку, не ожидая, пока она назовет этаж.
Вдруг Мэг заметила оставленную кем-то в лифте газету. Лицо ее побледнело.
— Чарльз, это ваша газета?
— Да, мэм.
— Можно посмотреть?
— Возьмите ее, мисс Веси. Мне она ни к чему.
— Спасибо, Чарльз, — сказала Мэг, отметив про себя, как безжизненно и глухо прозвучал ее голос.
Она вышла из лифта и достала ключ. Дверь отворилась в полутемный коридор. Из гостиной донеслись голоса и смех, но она направилась в другую комнату.
Мэг вошла в кабинет, уют которому придавали серебристо-серые обои и оливковые шторы. И письменный стол с пишущей машинкой, и шкаф с картотекой, и шкафы с книгами — все было новое, блестящее и добротное. Даже царивший здесь беспорядок только подчеркивал изящество комнаты, производившей такое же впечатление, что и юная девушка, одетая с некоторой небрежностью.
Грудой сваленные в углу газеты были посыпаны сигаретным пеплом. Сиротливо ютилась на диване раздетая безволосая кукла. На скамеечке для ног остались следы собачьих зубов. Кошачьи когти потрудились над парчовой обивкой кресла, подлокотники которого, видно, служили иной раз пепельницей. Выдвижная доска стола была завалена рукописями, магнитофонными лентами, письмами и картонными папками с грифом: «Август Веси, литературное агентство». Лист фирменной бумаги, лежавший возле телефона, был весь испещрен загадочными каракулями: «Позв. Тони? Н-Йорк соч. 2 Зап. поб. После 8 Лондон перезвонить».
Мэг вздохнула. Она по опыту знала, что всего за полчаса можно привести комнату в порядок, но сейчас у нее не было ни минуты.
Свертки полетели на диван, шляпка, пальто, перчатки — куда-то в сторону. Мэг села в кресло, предварительно смахнув с него какой-то телесценарий, вытащила из сумки очки в черепаховой оправе и принялась за газету.
Внимательно изучив фотографию, на которой хорошо видна была лишь копна светлых волос, и не поняв, изменилась Вера за четыре года или нет, Мэг стала читать.

ЗВЕЗДА ПРОТИВ СТУДИИ
Беверли-Хиллз, Калифорния, 12 декабря
Специальный выпуск

Прекрасная Вера Вейн не подписала контракт с Голливудом. Избранница судьбы предпочла любовь карьере и покинула студию.
— Мое место рядом с мужем, — заявила великолепная Вера, и мы увидели, как ее большие голубые глаза, покорившие миллионы любителей кино во всем цивилизованном мире, наполнились слезами. — Голливуд — это блестящая пустышка, в которой заправляет компания жуликов. В воскресенье я улечу отсюда и начну хозяйничать на нашей маленькой ферме в Коннектикуте. Мальчики, кто скажет мне, как вкуснее всего приготовить свинину с капустой?
На вопрос, не хочет ли мисс Вейн обзавестись детьми, она не задумываясь ответила: «Конечно. А кто этого не хочет?»
Муж Веры Вейн, писатель Амос Коттл, четыре года назад завоевал популярность, став автором бестселлера «Никогда не зови к отступлению». Его последний роман «Страстный пилигрим» посвящен проблемам религии. Супруги Коттл расстались три года назад.
Представитель студии заявил сегодня, что контракт с мисс Вейн не подписан из-за невозможности прийти к соглашению относительно гонорара.

Газета упала на пол. Помедлив немного, Мэг встала и подошла к столу. Адресной книги на месте не оказалось: наверное, Полли, которая начала учить буквы, утащила ее, а Магдалена, няня и кухарка одновременно, не в силах что-либо запретить своей любимице. Мэг набрала справочную и узнала телефон Амоса.
Потом она позвонила в Коннектикут, но номер не отвечал. Положив трубку, она с трудом отыскала почтовую бумагу и, не найдя ручку, села за пишущую машинку. Слова ложились на бумагу с той же стремительностью, с какой возникали у нее в голове.

Дорогой Амос! Я все знаю и очень беспокоюсь за вас. Гас тоже будет очень огорчен. Нам известно, что вы думаете об этой ужасной женщине. Как она осмелилась заявить репортерам, что возвращается к вам, после того как три года назад вы ясно дали ей понять, что никогда и ни при каких обстоятельствах не желаете ее больше видеть. Подвергать ваш талант такому испытанию, да еще когда вы начали новую книгу! Эта порочная женщина может вас погубить! Пожалуйста, напишите, не можем ли мы чем-нибудь помочь? Более неприятную гостью трудно себе представить, но я с радостью приму ее, если это даст вам возможность спокойно продолжать работу. Наверно, и Тони Кейн сможет вам помочь. У него уйма всяких знакомых. Хорошо бы достать ей какую-нибудь роль на Бродвее. Это удержит ее вдали от вас, хотя мне, признаться, жаль продюсера. Иметь дело с такой бездарной актрисой! Поскорее дайте о себе знать и не отчаивайтесь. Что-нибудь придумаем.
Ваша…

Красным карандашом Полли она написала «Мэг», потом нашла случайно завалявшийся в ящике конверт и напечатала на нем адрес.
Нахмурившись, она посидела минуты две неподвижно, потом, взяв чистый лист бумаги, опять начала печатать, но уже гораздо медленнее.

Дорогая Вера! Я только что узнала из газет, что вы собираетесь к нам вернуться. После всего, что произошло, я уверена, вам не хочется видеть Амоса, но Гас и я рады будем видеть вас у себя. У нас сейчас большая квартира и очень удобная комната для гостей. Надеюсь, вы не откажетесь провести у нас несколько дней, пока все образуется. Соглашайтесь.
Мы с Гасом жаждем послушать последние голливудские сплетни.
Искренне ваша Мэг Веси.

При слове «искренне» она скорчила гримасу. Зато уж карандашных каракулей тут не будет. Мэг отыскала ручку и аккуратно расписалась, подумав, почему вражда всегда вежливее дружбы.
Потом она отыскала еще один конверт и быстро напечатала на нем голливудский адрес. Лизнув марку, призадумалась, поспеет ли письмо до Вериного отъезда, но решила, что Вера, покидая студию, не преминет забрать почту.
Не слишком ли искренне она написала? Вера отлично знает, что на самом деле думают о ней друзья Амоса. А может, не знает? Попробуй догадайся, что делается за панцирем тщеславия, выкованным из розовых иллюзий, которыми Вера не делится даже с прессой. Любое неприятное событие — например, вялый отзыв в газете, — очень скоро силой воображения превращается в редкую удачу.
— Мамочка! — Дверь распахнулась, и в комнату влетел Хью. — Я не знал, что ты дома. Вышел в коридор, слышу, кто-то печатает. — В его словах прозвучали сначала удивление, потом упрек, потом прощение. — Джо Девлин пригласил меня в гости. У него есть собака! И еще черепашка. Они не знают, это она или он, и потому зовут ее Он-Она, и…
— Хью, подожди минутку. Дай мне дописать.
— Но, мамочка, я хочу надеть синий костюм, а Магдалена никак не может найти чистую рубашку, а…
Рубашка в конце концов нашлась в кукольном ящике Полли.
— И как она сюда попала? — пропела Магдалена.
Каждый изгиб ее крупного тела дышал сицилийской ленью.
— Это вы должны знать! Если бы… — Мэг вовремя спохватилась.
— Если бы папа, и Магдалена, и Полли, и я были бы аккуратнее, — подхватил Хью. — Ты говорила это миллион раз. А когда ты была маленькой, ваш дом был в пять раз больше нашей квартиры, и все было в идеальном порядке, и никто ничего не терял, и…
— Ладно, Хью. Я рада, что ты помнишь.
— Мам-у-у-ля! — Пятилетняя Полли обладала величайшим талантом из всего делать трагедию, в точности как миссис Сиддонс, которая, даже покупая катушку ниток, могла довести и себя и продавщицу до слез. — Мам-у-у-ля, почему меня никто никогда не приглашает в гости? А я что буду делать?
— Может, порисуешь?
— Я весь день рисовала.
Тут из кабинета донесся радостный вопль Хью:
— Рождественские подарки! Ой, мамочка, кому это?
— Ума не приложу. А ты не знаешь?
Полли тут же оказалась возле стола.
— А почему тут такие красивые красненькие и синенькие полоски? А почему самолетик?
— Полли, милая, никогда ничего не трогай на мамином столе. Этот конверт полетит на самолете, и мне нужно его поскорее отправить. — Мэг отняла у дочери конверт, вложила в него письмо и запечатала. — Хью, Девлины заедут за тобой?
— Да, через полчаса.
— Тогда собирайся живее. Опустишь письмо, ладно?
Однако собрать Хью было не простым делом. Стоило на минуту выпустить из рук гребенку или щетку для волос, зубную щетку или пасту, как они бесследно исчезали.
— Это воры, — объяснила Полли.
Гас приехал в самый разгар сборов и наблюдал за ними с вежливым безразличием. Он родился в Луизиане, и кровь французских предков подсказывала ему, что изысканная кухня Магдалены вполне компенсирует ее безалаберность. К тому же долгая холостяцкая жизнь в меблирашках сделала его по-цыгански нечувствительным к беспорядку. Он никак не мог понять, почему сценарию не место в салатнице, если он прекрасно помнит, где его искать в случае надобности.
Мэг любила мужа и поначалу изо всех сил старалась наладить домашнее хозяйство, что ей, в конце концов, отчасти удалось. Она сердилась, возмущалась, приходила в ярость… например, когда они уезжали в Южную Америку и уже были упакованы все чемоданы, а паспорта куда-то запропастились.
Миссис Девлин появилась как раз вовремя. Чемодан был наконец закрыт, и не прошло пяти минут, как под обеденным столом отыскались ботинки. Хью отбыл, не забыв о письме, и оставалось только успокоить плачущую Полли. Когда Магдалена увела ее на кухню готовить обед, Гас обнял жену и поцеловал. В такие минуты Мэг всегда с благодарностью вспоминала о его французских предках.
— Наконец-то мы одни! Ну, что случилось?
— С чего ты взял? Ничего не случилось.
— Так я и поверил! У тебя лицо как открытое окно: видно все, что делается внутри.
— Ой! — спохватилась Мэг. — Я совсем забыла про письмо.
— Какое письмо?
— Сейчас покажу.
Конверт с адресом Амоса лежал на столе на том месте, где она его оставила. Рядом лежало письмо. Мэг взяла его, и слова заплясали у нее перед глазами: «Дорогая Вера! Я только что узнала из газет…»
Боже мой!
Неубранная комната, лихорадочные поиски ручки и бумаги, вторжение Хью и неуемное нытье Полли «А я что буду делать?», хаотические сборы… Все словно задались целью сбить ее с толку, и вот! Письмо Амосу ушло — к Вере, в конверте с ее адресом! Завтра утром Вера прочитает, что она неприятная гостья, на редкость бездарная актриса и порочная женщина…
--------------------------------------------------------------

                               
Категория: Криминальный детектив
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 38
Гостей: 36
Пользователей: 2
Redrik, rv76

 
Copyright Redrik © 2016