Четверг, 08.12.2016, 05:04
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Криминальный детектив

Крис Муни / Тайный друг
31.07.2016, 19:46
Дарби МакКормик заканчивала развешивать окровавленную одежду в сушильной камере, когда услышала свое имя, доносящееся из громкоговорителей. Лиланд Пратт, директор лаборатории, хотел немедленно видеть ее в своем кабинете.
Дарби стянула с рук латексные перчатки, сбросила лабораторный халат и воспользовалась умывальником в отделении серологии. Тщательно оттирая руки моющим средством и щеточкой, она взглянула на себя в зеркало. Через всю левую щеку из-под глаза тянулся тонкий, неровный шрам, полускрытый макияжем. Пластические хирурги сотворили настоящее чудо, учитывая разрушительные последствия, причиненные топором маньяка ее внешности. Дарби сняла резинку, стягивавшую волосы в «конский хвост» на затылке, и темно-рыжие локоны водопадом обрушились ей на плечи. Выходя из комнаты, она насухо вытерла руки.
У письменного стола Лиланда стояла, разговаривая по телефону, худощавая женщина в безупречно-строгом черном деловом костюме — комиссар полиции Бостона Кристина Чадзински.
Женщина прикрыла микрофон ладонью.
— Прошу прощения, я ищу Лиланда, — сказала Дарби. — Он вызвал меня по громкой связи.
— Да, я знаю. Входите и закройте дверь. — Комиссар возобновила разговор по телефону.
Кристина Чадзински стала первой женщиной, занявшей должность комиссара полиции, высшую иерархическую ступеньку в полицейском управлении Бостона. Когда ее имя назвали в числе прочих потенциальных кандидатов, бостонские средства массовой информации сразу же окрестили ее «великой надеждой», которая должна была перекинуть мост через пропасть, отделявшую бостонскую полицию от лидеров общин в районах с высоким уровнем преступности, таких как Роксбери, Маррапен и Дорчестер, где Чадзински родилась и выросла.
За три года ее пребывания на этом посту уровень убийств и тяжких преступлений достиг наиболее высоких показателей за последние несколько десятков лет. Политики решили повесить на Чадзински всех собак, назначив ее на роль жертвенного агнца, и средства массовой информации клюнули на эту приманку, заглотив ее с поплавком и леской. Редакторы колонок новостей и так называемые обозреватели в один голос требовали ее отставки. Чадзински потерпела неудачу, вещали они, потому что не отдавалась работе без остатка, потому что потеряла контакт с рядовыми гражданами с тех пор, как вышла замуж за Павла Чадзински, бывшего директора инвестиционного банка, который превратился в политического маклера, вращающегося в высших кругах политической элиты Бостона. Ходили слухи, что Чадзински намерен баллотироваться в мэры.
— Я должна идти, — закончила разговор комиссар и положила трубку. Она жестом указала на пару стульев с жесткими спинками, стоявших перед казенным письменным столом Лиланда. — Мисс МакКормик, вы знакомы с ОКР?
Дарби кивнула. Недавно сформированный Отдел криминальных расследований являл собой специализированную группу, в составе которой были лучшие детективы, следователи и судебные эксперты. В их задачу входило расследование убийств, изнасилований и прочих тяжких преступлений. Дарби подавала заявление на должность судебно-медицинского эксперта. На собеседование ее не пригласили.
— Эмма Гейл… — продолжила Чадзински, открывая папку. — Я полагаю, вы знаете, кто это.
— Я следила за этим делом по газетам.
В марте прошлого года студентка-первокурсница Гарварда пропала после того, как побывала на вечеринке у знакомых. Восемь месяцев спустя, в ноябре, за неделю до Дня благодарения, ее разбухшее от воды тело выбросило на берег реки Чарльз в том районе Чарльзтауна, который местные жители называют Масленкой. Причиной смерти стал выстрел в затылок.
— Насколько я понимаю, баллистики не смогли привязать пулю к какому-либо предыдущему преступлению, — сказала Дарби.
— Идентифицировать пулю не удалось. — Чадзински водрузила на нос модельные очки в толстой оправе. Да уж, в ее макияж, прическу, одежду и украшения была вложена немаленькая сумма. А обручальное кольцо у нее на пальце украшал бриллиант весом, по крайней мере, в три карата.
— Когда Эмма Гейл исчезла, в ОКР сочли, что девушку похитили — в конце концов, ее отец, Джонатан Гейл, очень состоятельный человек, — сообщила Чадзински. — Но в прошлом декабре пропала еще одна студентка колледжа.
— Джудит Чен.
— Вам известно, как это произошло?
— В газетах писали, что она исчезла по пути из университетской библиотеки домой.
— ОКР пытается установить возможную связь между двумя этими делами.
— А она есть, эта связь?
— Обе девушки учились в колледже. Пока это единственное, что их связывает. Пуля, которую мы извлекли из черепа Эммы Гейл, не имеет отношения ни к одному из ранее совершенных преступлений, а за то время, что ее тело провело в реке, все трассеологические улики смыло водой. Опять же, единственная улика, которая у нас есть, — это религиозная статуэтка. Я уверена, что об этом  вы в газетах тоже читали.
Дарби кивнула. И «Глоуб», и «Геральд» со ссылкой на анонимный источник в полицейском управлении сообщали о том, что в кармане жертвы была обнаружена «религиозная» статуэтка.
— Об этой статуэтке вы что-нибудь слышали? — поинтересовалась Чадзински.
— В лаборатории ходили слухи, что это статуэтка Девы Марии.
— Да, это действительно так. Что еще вы слышали?
— Что статуэтку кто-то зашил в кармане Эммы Гейл.
— Правильно.
— А что говорит по этому поводу НЦКИ? — спросила Дарби. Национальный центр криминальной информации, в распоряжении которого находилась база данных уголовных преступлений, совершенных по всей стране, регулярно обновляемая Информационной службой уголовного судопроизводства ФБР, де-факто считался главным информационным чистилищем, через которое проходили все текущие и закрытые дела об убийствах, розыске пропавших без вести и беглых преступников, а также похищении имущества.
— У НЦКИ нет данных об убийствах, при совершении которых использовалась бы Дева Мария, зашитая в кармане жертвы, — ответила Чадзински.
— Вы разговаривали с местным полицейским психологом Бостонского отделения?
— Мы консультировались у него. — Чадзински откинулась на спинку стула и положила ногу на ногу. — Лиланд говорил мне, что вы недавно защитили докторскую диссертацию по криминальной психологии в Гарварде.
— Да.
— И прошли стажировку во Вспомогательном следственном отделе ФБР.
— Я посещала лекции.
— Для чего, по-вашему, убийце понадобилось зашивать статуэтку в кармане убитой женщины?
— Я уверена, что полицейский консультант-психолог поделился с вами своей теорией на этот счет, и, наверное, не одной.
— Вы правы. А теперь я хочу услышать, что вы можете сказать по этому поводу.
— Дева Мария, несомненно, имеет для него особую значимость.
— Это очевидно, — заметила Чадзински. — Что еще?
— Она считается изначальным и главным архетипом любящей, заботливой матери.
— Вы хотите сказать, что у этого мужчины Эдипов комплекс?
— А у какого мужчины его нет?
Чадзински устало рассмеялась.
— В некотором роде убийца заботился о своей жертве, — пояснила Дарби. — Эмма Гейл оставалась жива на протяжении нескольких месяцев. Ее тело обнаружили в той же самой одежде, которая была на ней в ночь исчезновения. Кроме того, ее убили выстрелом в затылок.
— Вы полагаете, это имеет какое-то значение?
— Этот факт позволяет предположить, что он не мог заставить себя взглянуть Эмме Гейл в лицо и испытывал нечто вроде стыда или даже угрызений совести оттого, что вынужден убить ее.
Чадзински молча смотрела на нее. Пауза растянулась на несколько минут.
— Дарби, я хочу ввести вас в состав ОКР. Можете взять кого хотите из лаборатории в свою группу. Помимо обязанностей эксперта, предлагаю вам стать заместителем руководителя отдела. Вы будете вести расследование вместе с Тимом Брайсоном. Вы знакомы с ним?
— Заочно, — ответила Дарби.
Она почти ничего не знала о Брайсоне, за исключением того, что когда-то он был женат и у него была дочь, которая умерла от очень редкой формы лейкемии. Брайсон никогда не рассказывал об этом. Он всегда был словно наглухо застегнут на все пуговицы, держался особняком и никогда не панибратствовал со своими сотрудниками за стенами управления. Полицейские говорили, что он помешан на работе, а подобное качество всегда восхищало Дарби.
— Это блестящая возможность, — рассуждала между тем Чадзински. — Вы будете первым судебным экспертом в истории управления, которого поставили руководить расследованием.
— Да, я все прекрасно понимаю.
— Тогда почему мне кажется, что вы колеблетесь?
— Если вы действительно так думаете, то почему вы отклонили мое заявление?
— После вашей… встречи с маньяком управление предложило вам помощь профессионального психолога, но вы отказались.
— Я не видела в этом необходимости.
— Могу я узнать почему?
Дарби сложила руки на коленях. Она предпочла не отвечать.
— Вам пришлось пережить душевную и физическую травму, — продолжала Чадзински. — Кое-кто полагает…
— При всем моем уважении, комиссар, меня абсолютно не интересует, что думают по этому поводу другие.
Чадзински вежливо улыбнулась.
— Вы поймали маньяка. А он ухитрялся скрываться на протяжении целых тридцати лет. Эксперты-психологи из ФБР не смогли его найти, а вам это удалось. Так что, на мой взгляд, ваш опыт вполне может пригодиться и сейчас.
— Мне понадобится доступ ко всей информации — отчет об осмотре места преступления, результаты вскрытия и фотографии.
--------------------------------------------------------------

                               
Категория: Криминальный детектив
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 15
Гостей: 15
Пользователей: 0

 
Copyright Redrik © 2016