Четверг, 08.12.2016, 12:50
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Фантастический боевик

А. Калугин, К. Залесов / Мир, в котором тебя нет
18.04.2016, 09:15
Из всех помещений Центра мне больше всего не нравится Главный зал. Я бывал там всего несколько раз, и то лишь тогда, когда уже никак нельзя было не ходить. Дважды мне делали замечания за то, что отсутствовал на важном совещании, которое проходило в этом Главном зале, потом мне даже было вынесено предупреждение. Пришлось мне скрепя сердце три раза посетить это великолепное сооружение — чудо науки, человеческой мысли и галактического прогресса, после чего целую неделю я ходил угрюмый, мрачный и подавленный.
Не знаю, почему Главный зал на меня так влияет, — ума не приложу. Я всякий раз удивлялся: как же здорово сделано! Стены и своды зала уходят куда-то вдаль и ввысь, что создает полное впечатление бесконечности пространства. Конечно, это всего лишь иллюзия, создаваемая особыми оптическими свойствами панелей и их хитрого расположения, — мне прекрасно известно об этом. Но каждый Раз, когда я стоял на пороге зала, мне казалось, что я должен сделать первый шаг в пустоту. И тотчас на короткое, почти неуловимое мгновение у меня, словно при падении в бездну, перехватывало дыхание.
Да, сделано виртуозно — нечего сказать! Настолько достоверно, что даже я, опытный ксенос, в первый момент воспринимал пустоту как реальность. Наверное, из-за этого мне и не нравится Главный зал Центра, что такого, как я, он легко вводит в заблуждение, заставляя трепетать и недоумевать. Не люблю, когда мною играют, как кошка с мышью, — впрочем, не я один такой. Другие тоже не любят — я знаю, — но в Главный зал входят безропотно. Привыкли, что ли? Или они таким образом пытаются осознать себя инструментом, используемым Мирозданием (так, в частности, говорил мой наставник, когда я только начинал работать в Центре) с целью, которую сам ксенос не способен постичь?

Поэтому можно представить мою радость, когда мне сообщили, что руководитель проекта по Тессе-3 желает встретиться со мной в седьмом кабинете. Конечно, такие индивидуальные беседы редко когда проходили в Главном зале, но все же я испытал облегчение, узнав, что разговор произойдет в другом месте. Поэтому я оказался в седьмом кабинете раньше назначенного срока и стал размышлять о том, как хорошо будет, когда я снова увижу Йер. Мне, правда, не совсем понятен был выбор этой территории для осуществления операции, точнее, формально — рассудком, я, конечно, понимал, а вот некое беспокойство, что ли, какая-то неясность остались. Впрочем, я по причине хорошего настроения думал не об этом. Я вспоминал Йер, его горы, плато, скудные леса, жаркое солнце, города — шумные, многоликие, но прежде всего — людей, йеритов. Разные они, эти йериты, — веселые и смертельно уставшие от жизни, роскошествующие во дворцах и нищенствующие на улицах и площадях, смелые и честные и также жадные и трусливые, но все они были интересны и близки мне, изрядно подзабывшему вкус обыкновенной, такой тяжелой и такой прекрасной жизни, весьма отличающейся от той, которую мы ведем в Центре. Что там было на уме у хранителей, когда они проектировали и создавали Центр, теперь уже точно не может сказать никто. Но если Кольцо Миров существует от начала Мироздания, то, следовательно, и Центр должен возникнуть вместе с ним. Откуда в таком случае появились сами хранители?
Вначале я пытался найти ответы на подобные вопросы. Позднее они отошли даже не на второй — на третий план. Фактически я вспоминал о них, только когда входил в Главный зал. В конце концов, какая разница, кто и когда создал Центр? Если и существовал некто, кому были известны все механизмы управления работой Центра, то я с ним знаком не был.
Мне лично работа в Центре давала чувство осознания собственного места во Вселенной, что, на мой взгляд, само по себе являлось достойной компенсацией за труд…
Когда я только еще начинал работать ксеносом, кто-то из моих более старших и опытных коллег сказал, что главным моим достоинством является умение ждать. В то время это было сказано просто в шутку, однако сейчас произнесенные ненароком слова неожиданно приобрели вид пророчества: спустя долгих пятнадцать лет я снова должен был вернуться к работе на Тессе-3. Но уже с новым руководителем проекта…
Оглядываясь по сторонам, я стал бродить по седьмому кабинету. Находящаяся в его центре огромная трехмерная схема Кольца Миров была точной копией — не по форме, а по содержанию — подлинника, возвышающегося — именно так! — в Главном зале.
Я сразу же отыскал на схеме небольшой голубовато-зеленый шарик, обозначающий мир, который проходил в каталоге Центра под условным именем Тесса-3. Восприняв мой взгляд как запрос, схема приблизила изображение. Рядом с Тессой-3 остались только те миры, которые объединяла с ней ближайшая событийная волна, направленность и сила воздействия которой обозначалась интенсивностью окраски связывающих их линий. Слева на схеме появилось меню, воспользовавшись которым можно было сделать запрос по любому предмету, имеющему отношение к данному миру.
О Тессе-3 мне было известно едва ли не больше, чем всему банку данных Центра, поэтому я мысленно дал команду отмены запроса, и схема мгновенно приобрела первоначальный вид.
В который уже раз я подумал о том, что укоренившееся и давно ставшее для всех привычным название «Кольцо Миров» совершенно не соответствует действительности. И кому только такое могло прийти в голову? То, что было представлено на схеме, скорее уж напоминало перепутанную и смятую в комок нитку бус. Нитью же, связывающей между собой сто пятьдесят шесть миров, являлись событийные волны. И в данном случае название с убийственной точностью определяло суть явления. Это были именно волны, которые продвигались от мира к миру, набирая силу и накапливая разрушительную мощь, способные, не будучи вовремя остановленными, превратиться в сметающее все на своем пути стихийное бедствие.
Понять природу данного явления не так-то просто. Я, например, даже и не пытался. Но вот законы распространения событийных волн и их взаимодействия с событиями, происходящими на местах, изучены досконально. Хотя, следует заметить, основная заслуга в этом принадлежала все тем же хранителям.
Мне же, как и многим другим сотрудникам Центра, не имеющим прямого отношения к анализу возможных последствий прохождения событийной волны, было известно только то, что она представляет собой некий мощный космогонический фактор, действующий на подпространственном уровне. Объясняя принцип его действия неспециалистам, астрофизики обычно использовали в качестве примера принцип домино. Перемещаясь от мира к миру, событийная волна вызывала цепь разрушительных явлений как на природном, так и на социальном уровне. Фишки падали одна за другой, а событийная волна при этом вбирала в себя заложенную в них потенциальную энергию. При бесконтрольном развитии процесса событийная волна имела постоянную тенденцию к усилению своей разрушительной мощи. По прогнозам аналитиков Центра все планеты, входящие в Кольцо Миров, были бы полностью уничтожены в течение ста пятидесяти лет, если бы в свое время хранители не научились создавать буферные зоны на пути следования событийных волн, с тем чтобы отвести их энергию в иное, безопасное русло.
Поскольку Кольцо Миров до сих пор существовало, можно было сделать вывод, что хранители и сами неплохо справлялись с этой задачей. Но почему-то, в конце концов они создали Центр. Я думаю, для того, чтобы передать контроль за событийными волнами в руки выбранных ими для этой цели представителей планет, входящих в Кольцо Миров. Должно быть, в этом все же была какая-то логика, только понять ее могли лишь сами хранители. Я, например, был склонен считать, что хранители попросту устали от необходимости постоянно делать выбор между большим и меньшим злом. Простым же смертным подобный выбор дается куда легче. Хотя не всем и не всегда. Аналитикам, Работающим в Центре, легко просчитать, сколько жизней в условном для них мире А  спасет гибель всего лишь одного человека в таком же условном мире В.  Но никто не спрашивает ксеносов, работающих не со статистическими данными, а с живыми людьми, каково им наблюдать за тем, как умирает человек, и не только ничего не предпринимать при этом, но и следить за тем, чтобы гибнущему не смог оказать помощи кто-то иной…
В древности говорили, что для подобных испытаний нужно иметь стальные нервы и каменное сердце… Для нашей работы лучше вообще ничего не иметь.
— Ксенос Иоахим Граис…
Человек, подошедший ко мне сзади совершенно беззвучно, наверное, думал, что оставался незамеченным до тех пор, пока не подал голос. Но я давно уже почувствовал присутствие у себя за спиной постороннего, однако обернулся только тогда, когда он назвал меня по имени.
В двух шагах от меня стоял, едва заметно улыбаясь, руководитель проекта Анджи Кричет. Он был примерно одного со мной возраста. И даже в наших внешних обликах, наверное, можно было подметить нечто общее. Оба мы были худощавы, но крепко сложены. Но если я всегда держался прямо, расправив плечи, то Кричет заметно сутулился. Лицо Кричета, как и мое, было чуть вытянутым, но черты — более резкие и глубокие. Как и я, он носил длинные волосы. Но мои светлые, чуть рыжеватые волосы были разделены прямым пробором и свободно падали почти до самых плеч, а черные волосы Кричета были аккуратно зачесаны назад и перехвачены на затылке тонким, почти незаметным, таким же черным шнурком. Не менее тщательно Кричет следил и за лицом, — черная дуга умело подправленных усиков сливалась с небольшим клинышком волос на подбородке. Сколько знаю Кричета, он все время выбирает для себя одежду черного цвета: узкие брюки, тонкий, облегающий фигуру свитер с воротом под самое горло и короткий пиджак с широкими отворотами и накладными карманами.
— Изучаешь поле предстоящей битвы? — указав взглядом на схему у меня за спиной, спросил Кричет.
Похоже, улыбка его означала тонкую иронию. Что ж, если он хочет считать себя невероятно остроумным…
Я только пожал плечами и ничего не ответил. Не имею привычки отвечать на неконкретные вопросы.
— Пойдем. — Он таинственно улыбнулся, как бы приглашая меня принять участие в какой-то невероятно загадочной игре.
— Куда? — не понял я.
— Пойдем, пойдем. — Он развернулся и величаво, гордо вышел из седьмого кабинета.
Недоумевая, я последовал за ним.
Кричет шел даже не оглядываясь, как бы даже совсем забыв обо мне. Немного раздражало меня его поведение — эта псевдоромантика таинственности и невероятности. Зачем тогда было нужно вызывать меня в седьмой кабинет, если мы не собирались там оставаться? Страсть к эффектам — вот что мне пришло сейчас в голову, когда я направлялся за Кречетом. Страсть к эффектам — это же его стиль. Не знаю, какая планета из Кольца Миров была родиной Кричета, но подсознательно я чувствовал, что это не Земля.
Мы спустились на этаж ниже, прошли по длинному узкому коридору — я тут почти не бывал, — и наконец Кричет остановился перед ничем не примечательной дверью.
— Нам сюда, — опять улыбнулся он, открывая дверь и пропуская меня вперед.
Какая поразительная вежливость, подумал я и, бросив быстрый взгляд на Кричета, не колеблясь прошел в дверь, но, сделав несколько шагов, замер от изумления.
Я находился в Главном зале Центра.
Сзади щелкнул замок, и Кричет подошел ко мне.
Да, это был Главный зал Центра, и попали мы сюда с какого-то неизвестного мне запасного входа. Я лично знал три входа в Главный зал: центральный, северный и южный.
И вот еще один.
— Я пригласил тебя для того, чтобы поговорить о проекте, — не дожидаясь, пока закончится приступ моего недоумения, произнес Кричет.
— Почему именно здесь? — Я обвел рукой кажущееся бескрайним пространство зала. — Можно было поговорить в кабинете.
— Атмосфера этого зала настраивает меня на деловой лад. — По тонким губам Кричета скользнула тень улыбки. — А чем тебе не нравится это место? По-моему, бесконечность прекраснее всего и вся.
Я снова ничего не ответил.
--------------------------------------------------------------

                               
Категория: Фантастический боевик
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 35
Гостей: 34
Пользователей: 1
Redrik

 
Copyright Redrik © 2016