Четверг, 08.12.2016, 08:54
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Фантастический боевик

Анастасия Парфенова / Ярко-алое
16.06.2011, 13:30
   Привычный мир разлетелся на осколки.
   Первой мыслью Тимура было:
   «Что, прямо сейчас?»
   В кои-то веки он выкроил несколько часов для лаборатории. Развернул опасные и острые детали.    Механизм под кончиками пальцев пребывал в состоянии скорее разобранном, нежели боевом, но это не делало эксперимент менее рискованным. Тимур настолько сосредоточился на взрывоопасных манипуляциях, что поначалу звона тревоги просто не услышал.
   Вся вселенная господина советника сузилась до схемы, медленно скользящей по невидимым осям. До танца формул вдоль векторных дуг. До…
Второй звуковой сигнал, куда более громкий, зафиксировался на границе сознания. Позже, возвращаясь в кошмарах к этим минутам, Тимур вскакивал с постели, преследуемый тревожным звоном. Он услышал сигнал. Воспринял, отметил, запомнил. Но даже вой сирены остался где-то по другую сторону абсолютной сосредоточенности.
Сторожевая программа проанализировала ситуацию. Сопоставила с полученными ранее приказами. Приняла решение.
Следующий тревожный сигнал проигнорировать было невозможно.
Звуковой удар «бросил» Тимура в боевой режим, заставил резко отшвырнуть опасный механизм. Детали, формулы и осколки полетели в стороны, уши заложило «погашенным» взрывом.
Перед глазами, прямо поверх схемы, заплясали сообщения о разворачивающейся над замком Кикути атаке.
Та-ак.
Доигрались.
По-настоящему Тимур не испугался. Не с чего было впадать в панику. Нобору, владыка Кикути , междоусобные войны считал явлением того же порядка, что и сетевые сбои: вариант, к которому нужно быть готовым всегда. В способности божественного владыки разобраться со свалившейся на голову враждебной армией сомневаться не приходилось.
Тимур запросил свойства информационного пакета. Нахмурился.
Правительственные программы, которые должны были отрапортовать советнику Канеко о творящемся безобразии, хранили скромное молчание. Тревогу забили «самоделки» Тимура, приставленные шпионить за божественным господином. И даже они оказались не в силах передать информацию в реальном времени. Прорвалось одно-единственное сжатое сообщение.
Кто бы ни штурмовал замок, доступ к владениям Нобору перекрыт был профессионально.
Это уже становилось интересным.
Господин тайный советник щелчком развернул запись. Распахнулось окно в частные владения Кикути, в лицо ударил морозный ветер и запах снега. Тимур натягивал полушубок, не отрывая взгляда от открывшейся перед ним картины.
Небо здесь было дымчато-сизого, потрясающе красивого оттенка. Акценты горного пейзажа подчеркивались ледяными отблесками. Крутые зимние склоны, темные ели, черно-серебряная гладь озер. Длинные серо-синие тени на белом снегу нанесены были кистью настоящего мастера.
Замок Кикути венчал горный хребет подобно многогранной короне. Скаты крыш поднимались над крепостными стенами, образуя сложную пирамиду. Кровли их были выкрашены в сине-зеленый цвет, на изогнутых коньках пригнулись охраняющие этот дом золотые чудовища.
Четкими, угрожающими рядами разворачивались над замком вражеские силы. Точно туча, запятнавшая голубую небесную дымку, стягивались к стенам иссиня-черные птицы. На спинах пернатых хищников пригнулись всадники, закованные в самурайские доспехи. Атакующие шли крыло к крылу, невидимая петля затягивалась.
По земле, чернильным пятном на белом снегу, наползали пешие и конные отряды. На короткий миг все застыло в равновесии. И оборвалось. Приливной волною накатились на стены злые ряды.
Полыхнуло золото. Взлетел в воздух наметенный на кровлю снег. Солнечные чудища обжигающими вспышками сорвались с крыш, ударили. Слуги владыки столкнулись с врагами его, атакующая волна разбилась, распалась на сотни отдельных фигур, откатилась назад, оставляя обожженные изломанные тела.
Тимур, не отрывая взгляда от битвы, проверил временные рамки — запись пришла к нему с приличным отставанием. Каким бы ни было текущее положение дел в замке Кикути, помочь обороняющимся нельзя. Да и не нужно, если на то пошло.
Займись своим делом, Неко. Чем биться вслепую о блокаду, закрывшую доступ к зимним владениям, присмотрись-ка лучше к нападающим. Было бы неплохо выследить их по горячим следам. Кто из врагов Нобору решился на прямое нападение?
Советник Канеко жестом увеличил окно, превратив его в огромные, заслонившие все помещение врата. Шагнул вперед.
Щеки обожгло снежной пылью, дыхание перехватило от холода и гари. Совсем рядом проскакал, пугая рогатыми самурайскими шлемами, конный отряд. Воины, конечно, не обратили внимания на возникшего посреди снегов растрепанного варвара в полушубке и лабораторных тапочках. Это запись, а не интерактивная игра. Тимур никак не мог повлиять на происходящее.
Зато способен он был наблюдать и делать выводы.
Сизо-синюю цветовую гамму горного пейзажа осквернили гранатово-огненные всполохи. Зарево пожаров становилось все ярче, стягивая обжигающее кольцо вокруг замка. Темные разводы гари запятнали белизну стен, черными колоннами поднимался в небо дым. Тимур щурился, пытаясь сопоставить графические конфигурации с характерными приемами известных ему мастеров, анализируя боевые тактику и навыки атакующих. Первое было более чем адекватным, второе — вызывало недоумение. Где-то в разворачивающемся перед советником Канеко батальном полотне не сходились концы с концами.
И вновь нападающие бросились в атаку. Выросли у крепостных стен ледяные лестницы, ударили в ворота тараны. В небе тройка чешуйчатых птиц, крупных, быстрых и опасных, отделилась от основной пернатой массы. Сумасшедшим маневром, от которого у Тимура даже на твердой земле закружилась голова, прорвались они сквозь золотой заслон и, сбросив всадников на опаленную кровлю, отлетели прочь. Три стремительные фигуры в черном метнулись по изогнутым конькам. У окон их встретили самураи в доспехах клана Кикути. Воины Нобору приняли бой, и завязалась на покатых многоярусных крышах битва, достойная эпических гравюр.
Чем дальше, тем неуютнее становилось Тимуру. Что-то в войне, красивой, точно гильдейская хореографическая постановка, попахивало гнильцой. А может, это просто ветер доносил до него вонь жареного мяса.
Канеко Тимур наклонился к лежащему у его ног мертвому телу в тяжелых доспехах. Приподнял затянутую в перчатку руку. Перевернул, пытаясь рассмотреть внутреннюю сторону запястья.
Хм…
Провел по поверхности пальцем, фильтруя слои информации. Раз, еще раз. Кажущаяся такой плотной и тяжелой лакированная поверхность будто выцвела, стала прозрачной.
И пустой.
Неко вскинул голову, новым взглядом окинул битву. Не может быть, чтоб владыка Кикути — и не заметил. Он-то дело имеет с текущими событиями, а не поверхностной их записью.
В любом случае придется прорывать блокаду. Самому Тимуру посреди этого фарса делать нечего, но нужно «пробить» сообщение для Нобору. На всякий случай.
Советник Канеко вызвал почтовую программу и начал настройку крайне агрессивного экстренного письма. И воплощением худшего из предчувствий запел для него второй тревожный сигнал. Глаза Тимура расширились и остекленели, пытаясь принять новую информацию.
Вот теперь пришло время действительно испугаться. Момент ослепительного, ясного ужаса. Сражение вокруг потеряло краски, потухло. Прямо поверх идущего в самоубийственную атаку отряда возникло изображение ярко-алой планеты, схема ее спутников и орбитальных укреплений. Тревогу бил хищных очертаний боевой фрегат, находившийся под личным контролем Тимура.
Речь шла уже не об игрушечной межклановой войне, а о самой что ни на есть реальной, настоящей угрозе. Тяжелый бот десантного прикрытия выходил на позицию на нижней орбите, точно над горным плато, где, по предположениям Тимура, находилось убежище божественного владыки.
За какую-то секунду Канеко рассмотрел и отбросил с полдюжины вариантов: властью тайного советника при коалиционном правительстве отозвать готовящуюся к атаке машину — но она не отвечала на запросы, а времени ломать доступ уже не осталось; приказать боевому фрегату сбить этот бот к терранской бабушке — но находящиеся под контролем Неко корабли были отведены на дальнюю орбиту, они не представляют угрозы для цели, которая так близка к поверхности планеты. Подвести корабли поближе — но тут уже автоматически вступят в действие орбитальные батареи. Дать отбой защитным укреплениям — предки великие, да просто приказать батареям самим разобраться с проблемой! Но орбитальные установки находятся под контролем генерала Сакамото, нужно отправлять приказ через него, и как вообще машина, созданная для проведения точечных орбитальных бомбардировок, смогла выйти на атакующую позицию, если не по приказу господина генерала?!
В конечном счете Тимур просто не успел. Позже, анализируя, он заставил себя признать: шансов не было. Не было ненайденного пути, не было упущенного решения, не было волшебного спасения.
Тимур отправил экстренный вызов в штаб Сакамото, он передал приказ ближайшему фрегату, он начал пробиваться сквозь уровни защиты. Ослепительное сияющее копье разорвало ярко-алые небеса и обрушилось на земную твердь. Камень и скалы на сотни метров вглубь в мгновение ока были испарены. Зияющий кратер с оплавленными стенами — вот все, что осталось после удара.
Божественный владыка Кикути Нобору и верные ему люди погибли мгновенно. Сообщение, окончательно подтверждающее их гибель, нашло Тимура через пару секунд.
Советник Канеко стоял по колено в снегу, сотрясаемый дрожью, и пытался вместить в свой разум понимание: его мир, ярко-алая его планета уничтожена. Акана пока еще жила, но, подобно разворачивающейся вокруг записи, время ее было сочтено. Тимур закрыл глаза, чтобы не видеть, как мертвые друзья и фальшивые недруги сталкиваются в ритуальном воинском танце.
Нужно было двигаться. Что-то делать. Решать. Рассчитывать. Нужно было снова начать думать. Хотя бы о предложениях советника Джеффера. И за одно это убить мало самоуверенного умника Кикути, только — вот незадача! — кто-то его уже убил.
Медленно, двигаясь как старик, выбрался Канеко из сугроба. На границе зрения мелькнуло белое. Тимур повернулся. Сверху спланировал в руки его бумажный журавлик, послушно лег на ладонь. Господин советник развернул тонкий, испещренный каллиграфической вязью лист. Каждая начертанная линия была информационным архивом и произведением искусства:
«Муру, прости.
Если ты читаешь это послание, им все же удалось меня убить…»
Привычный мир разлетелся на осколки. Кому-то придется собрать их и склеить мир новый.

Глава 1
   Синтоизм, синто  (от яп . «путь богов») — национальная религия японцев, возникшая на основе тотемистических представлений древности. Объектами синтоистского культа являются как предметы и явления природы, так и души усопших, включая души предков — покровителей семей, родов, отдельных местностей. Верховным божеством («ками») синтоизма считается Аматэрасу Омиками (Великая священная богиня, сияющая на небе), от которой, согласно мифологии синто, ведет свое происхождение императорская фамилия.
Статья из сетевой энциклопедии. Старая Терра, эпоха Взлета. Сеть Интернет, точный адрес утерян


   Экзамены, законопроекты и миссии по спасению мира проваливались, похоже, по одной и той же причине: не хватало времени, времени и еще раз времени.
   Тимур закрылся паролями, начал снижаться на посадку. Скользнул сквозь радиус обороны, не дожидаясь подтверждения доступа. Вспоминать о том, откуда у него коды, было больно, но свободной минуты на боль уже не осталось. На воспоминания о сбитых планерах — огненных каплях в огненных небесах — времени не было тем более.
Только у ворот поместья пришел запрос на авторизацию. Прикрыв глаза, Тимур прижал наперсток-аптечку к двери. В тот момент, когда кровь коснулась сенсора, перехватил информационный поток.
Выпустил вирус, как выпускают пулю в стекло: многоуровневая операционная система осыпалась осколками. Тонкими нотами потянулись секунды ее восстановления. Когда из зеркального отражения выросла новая защита, Тимур уже получил права администратора.
Ввел в систему атмосферного контроля программу-паразит, активировал экстренный медицинский протокол, отдал приказ синтезировать в воздухе химический состав по указанной схеме. Заполнил им жилые уровни, одновременно отрезая обитателям дома даже базовый доступ к Сети.
Охранник верхнего поста попался до смешного легко — он явно привык получать данные, передаваемые из внешних сенсоров прямо в нервную систему. Ограниченный той информацией, которую воспринимали человеческие органы чувств, мальчишка со слепой отвагой бросился на нарушителя. И туг же нарвался на парализующее поле.
Тимур мысленно сверился с планом, отвел в сторону ничем не примечательную панель. Лестница уходила резко вниз.
Второй охранник оказался одним из людей Кикути, и если бы не усыпляющий газ, здесь бы Тимур и остался. Аккуратно перешагнув через распростертое тело, он устремился во внутренние покои.
У хозяйки было меньше минуты до того, как против нее повернули ее же собственные защитные системы. Фудзивара О-Кими успела почуять неладное и схватиться за оружие — но не успела понять, что летун, скрытый вуалями секретных паролей, — совсем не тот, кого она ожидала.
Тимур вынул из ладони женщины игольник, поставил на предохранитель. Проверил, было ли у нее еще оружие. Пощупал пульс. Газ должен был быть абсолютно безвредным, но сейчас, видя сломанную фигуру с разметавшимися белыми рукавами и черными прядями, он не мог не сомневаться. В безвредности газа. В разумности плана. Во всей этой отчаянной, родившейся из полной безысходности идее.
«Взгляни на это с другой стороны. Только потому, что все так плохо, что-то еще можно спасти». Безграничное отчаяние против безграничной надменности и — быть может — из их столкновения удастся высечь что-то вроде надежды.
Он осторожно перенес женщину на циновку, подложил под голову валик. Против воли задержал взгляд на талии. Пояс, такой широкий и плотный, что казался скорее корсетом, сковывал все еще легкую точеную фигуру.
Тимур отвел от лица ее волосы, готовясь впрыснуть антидот. На мгновение замер, оценивая бледную кожу, покрасневшие от слез веки. Она уже знала. Не придется искать слова, которыми нужно рассказать — ей! — о смерти Кикути Нобору.
«На истерику у нас времени нет тем более».
Резко выдохнул. Коснулся наперстком-аптечкой ее шеи, отошел на несколько шагов. Сел на пол, скрестив ноги и положив на колени пустые ладони. Попытался придумать, как еще в подобной ситуации можно выглядеть менее угрожающе.
Женщина не пошевелилась, дыхание ее оставалось все столь же ровным, но система послушно переслала ему вихрь попыток вернуть контроль над собственным домом. Некоторые из них были не тем, чего Тимур ожидал от утонченной художницы. Беззвучно выдохнув, он собрал в кулак свою решимость и заговорил:
— Госпожа Кимико, прежде всего, вы в безопасности. Чем бы ни закончился этот разговор… — Он прочистил горло. — Даже если нам не удастся прийти к соглашению, я покину ваш дом, не причинив никому вреда.
Творец, равный этой женщине по положению, добавил бы, что дает свое слово. Но что стоит слово отребья, которое даже к сословию пользователей толком не отнесешь, с точки зрения дамы клана Фудзивара? Тимур позволил неловкой паузе повиснуть в воздухе.
Госпожа медленно повернула голову и подняла ресницы, затягивая темным, неестественно спокойным взглядом.
— Канеко Тимур, — тихий, слишком ровный голос. Она знала его в лицо. Она, похоже, вообще много знала. — Чем мой дом обязан чести принимать вас?
— Мне нужно с вами поговорить. Не дожидаясь, пока вся Акана поймет, что владыка Кикути убит. Или пока новые хозяева Аканы осознают все последствия его смерти.
Выдох.
— Я вас внимательно слушаю.
Если бы не красные от слез глаза, он бы мог поверить этому спокойствию.
— Есть все основания полагать, что политическая ситуация будет и далее обостряться. Особенно для вдовы Кикути Нобору.
Молчание. За неподвижной непроницаемостью он уловил попытку ввести пароль создателя. Успел заблокировать, но… Если она действительно сама сплела коды домашней сети, то рано или поздно найдет лазейку. Тимур был хорошим взломщиком. Но всемогущим он себя не считал.
— Госпожа Кикути, я не могу знать, насколько откровенен был с вами Нобору, а он уже ничего не сможет подтвердить. Ситуация неоднозначна. Я всю свою жизнь был противником политики династии. Поддерживал партию реформирования…
— … устраняя ее противников.
— И этим тоже. В разгар смуты я стал одной из причин, по которой реформаторы сумели захватить власть. После падения маяков принимал активное участие в формировании коалиционного правительства. И его стабилизации. Госпожа, позже я смогу представить доказательства, но прямо сейчас вы просто должны мне поверить: весь последний год, почти с самого начала изоляции, Нобору тесно сотрудничал с отдельными членами тайного совета. С Корпусом взломщиков. Со мной. Он активно подталкивал вменяемых традиционалистов к принятию реформ. Был пугалом для вменяемых реформаторов, позволяя им пойти на компромисс. Помогал разбираться с теми, кто достаточной вменяемости не демонстрировал. Он… Вся коалиция была, изначально, его идеей. Ками никогда  не согласились бы войти в совет, если бы наследник Кикути этого не одобрил.
— Вы очень уверенно судите об отношениях ками и династии.
— Даже сами ками не берутся судить об этих отношениях. Но владыку Нобору они чтили.
Он произнес последнюю фразу немного неуверенно, толкая Кимико подтвердить или опровергнуть сделанный вывод. Но она лишь пристально смотрела на незваного гостя.
Перед внутренним взором Тимура мелькнула схема микродвижений ее зрачков. Анализ напряжения лицевых мышц в ответ на те или иные ключевые слова. Это не помогло. Лицо госпожи оставалось фарфорово-безмятежной маской. Дыхание в норме, пульс ровный, плечи расслаблены. Лишь глаза скользили вниз и вправо всякий раз, когда он говорил о Нобору в прошедшем времени.
Канеко заставил себя успокоиться.
Если он не сможет добиться от этой дамы хоть какой-то реакции, то сделает что-нибудь… недальновидное.
Словно услышав его мысли, женщина села, медленно, точно не веря, что чужак, вторгшийся в дом, позволяет ей двигаться. Повернулась на циновке, поджимая под себя колени и неосознанно-привычным движением расправляя просторные рукава. Спросила:
— Вы пришли принести соболезнования моему дому, господин тайный советник?
Тон был безупречен, но как-то все равно передавал, что высокородная госпожа находит весьма сомнительным такой способ выражения сочувствия.
— Я довольно тесно сотрудничал с вашим мужем, госпожа. Нас никоим образом нельзя было назвать друзьями. — Он замолк, не зная, как облечь в слова гремуче-ядовитую смесь вражды, соперничества, непонимания и невольного восхищения. Впрочем, неважно. Довольно и того, что наследник Кикути и пользователь-полукровка оказались связаны одной политической упряжью. — Скажем так. Мы настолько успешно друг друга шантажировали, что научились неплохо работать вместе.
Кикути Кимико, судя по чуть изогнувшимся губам, была согласна с его внутренней оценкой подобной «дружбы».
— Вы так сработались, что он рассказал вам о своем браке?
— Нет. — Тимур чуть склонил голову. — Мы так сработались, что я заподозрил неладное, когда он в очередной раз исчез из Паутины. И смог откопать свадебные записи, даже после того как Нобору очень, очень тщательно спрятал все следы. А потом молчал. И покрывал его. И отвлекал внимание. Потому что весть об уязвимости наследника Кикути сверхновой звездой взорвала бы баланс власти в совете.
— Теперь эта звезда полыхнет в любом случае.
— Да. Но вопрос, уничтожит ли вас взрывом, пока еще остается открытым. Госпожа О-Кими, вы не должны позволять им узнать о своем замужестве. При жизни супруга вас могли побояться тронуть: если, чтобы отомстить за убийство отца, Нобору взорвал маяки и отыгрался на всей планете, то что он сделает после смерти жены? Теперь этот вопрос не стоит. Формально вы являетесь вдовствующей владычицей Кикути. Одной этой призрачной власти будет достаточно, чтобы стать мишенью.
— Вполне возможно. — Если судить по голосу, такая перспектива не слишком ее беспокоила. А вот пульс зачастил.
— Клан Фудзивара в данный момент не обладает достаточным влиянием, чтобы противостоять тайному совету — ваш отец избежал ареста лишь потому, что в нем не видят угрозы. Что же касается партии традиционалистов… Даже среди них есть те, кто захочет отыграться. За диктатуру Кикути Садао, за потерянный путь в метрополию, за убитых родичей. С другой стороны, в рядах реформаторов найдутся те, кто не желает превращения Аканы в место, где никто не заступится за даму из древнего рода творцов. И закончиться все может весьма… масштабно.
— Все еще опасаетесь гражданской войны, советник? — Сама она, похоже, боялась тихо исчезнуть до того, как его опасения обретут реальность.
— Госпожа, мне двадцать три года. И всю свою сознательную жизнь я прожил в состоянии гражданской войны: скрытой, культурной, террористической, и — пару незабываемых недель после падения маяков — даже тотальной. Опасаться тут уже поздно.
— Однако…
— Однако… — легко согласился Тимур. И постановил жестким, несгибаемым тоном: — После всех жертв, принесенных ради стабилизации обстановки, я не позволю  начаться новому витку вендетт.
Подбородок дочери Фудзивара чуть приподнялся — вполне осознанный вызов. Тимур готов был допустить, что спокойное высокомерие в нем могло отразиться и помимо воли высокородной госпожи.
— Я же должна поступить в соответствии с вашим высоким повелением, советник Канеко.
— В вашем положении  вы не можете позволить себе поступить иначе, владычица Кикути.
Единственным предупреждением стали расширившиеся от ужаса глаза. Показатели адреналина в ее крови взвились вверх. Тимур успел подумать только, что добился-таки реакции, когда…
Белый свет и резь в глазах — будто перед ним ударила молния. Предметы медленно обретали четкость.
Женщина не стала даже пытаться дотянуться до игольника. Лишь сидела застывшей, черные пряди на белом шелке, черные глаза на бледном лице. Тимур просто не знал, чего от нее ожидать. Простолюдинка в такой ситуации действительно могла бы сбросить со счетов физическое тело. С другой стороны, простолюдинка могла и не заметить, что чужак заблокировал оружие против ее прикосновения.
Фудзивара О-Кими сражалась как дочь сословия творцов — и сражалась она беспощадно. Любой знающий свое место пользователь после такой атаки обязан был быть раздавлен. Тимур, который за всю свою жизнь так и не уяснил, что за место в этом безумном мире можно назвать «своим», медленно моргнул. Изысканная дама-дизайнер только что попыталась взломать отполированную десятилетием информационной войны защиту.
И чуть было не стерла его личность, точно зараженный вирусом файл.
«Канеко, ты болван! И это называется „не угрожать"? На, получи свою обратную связь! Нашел время для игры словами, гений».
— Госпожа, простите мою несдержанность. Вам нельзя сейчас волноваться. — Если женщина неправа, извинись перед ней. Тимур понизил голос, но говорил спокойно, будто ничего не случилось. В ответ Кимико лишь сузила глаза. Но сердце ее запнулось, сбилось с ритма, снова выровнялось. Она была уже за чертой, после которой слово «волнение» теряет всякий смысл, сменяясь мертвым равнодушием. Или же яростью попавшего в капкан зверя.
— Как?
Он не стал притворяться, что не понял вопроса.
— Через пару минут после смерти владыки Кикути ко мне пришло оставленное им послание. В числе всего прочего к нему были приложены коды доступа к вашему поместью. И личные медицинские файлы Нобору.
  -------------
  "Скачайте книгу в нужном формате и читайте дальше"
Категория: Фантастический боевик
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 22
Гостей: 21
Пользователей: 1
Marfa

 
Copyright Redrik © 2016