Четверг, 08.12.2016, 05:02
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Интересное от российских авторов

Михаил Михеев / Крепость
26.11.2014, 23:51
Крепость "Мир", база военно-космического флота Земной Федерации, дальний космос
— Итак, мы проиграли, — адмирал Титов резко встал из кресла и прошелся по боевой рубке. Пожалуй, его паршивое настроение сейчас выражалось лишь в излишне резких движениях, хотя больше всего адмиралу хотелось молотить кулаками по чему попало и бегать по стенкам, благо низкая, всего в треть стандартной, сила тяжести позволяла. Но — не положено, адмиралам, равно как и генералам, нельзя бегать, ибо в мирное время это вызывает смех, а в военное — панику. Истина старая, но не утратившая своей актуальности, а потому Титов усилием воли заставлял себя при любых обстоятельствах сохранять бесстрастное выражение лица. — У кого-нибудь есть идеи?
Идей, что характерно, не было. Присутствующие в центре управления офицеры более всего напоминали стадо баранов, хотя, в общем-то, и немудрено. На заштатную базу редко когда посылают лучших, и в этом смысле крепость "Мир" являлась классическим примером негативного отбора. Синекура, где дослуживали до пенсии майоры, которые никогда не дорастут до полковников, проштрафившиеся матросы и прочий бесперспективный народ. И если матросов еще можно было заставить ходить строем, а молодых лейтенантов без перспектив, но с амбициями, натаскать до приемлемого уровня постоянными тренировками, то что прикажете делать с заместителем по воспитательной работе, который не просыхает месяцами? Или с главартом, который второй год не может настроить систему управления огнем противометеоритных батарей, в результате чего вместо плотного огневого заслона получается какая-то жиденькая, дырявая и перепутанная сеть? Разве что списать их к чертовой матери, и дожидаться, когда пришлют других, может быть, еще худших, да вдобавок незнакомых с местными условиями. Вот и приходилось Титову постепенно замыкать все функции на себя, проклиная сутки, в которых всего двадцать четыре часа. А ведь еще надо выкраивать хоть пару часиков, чтобы хоть немного поспать…
Впрочем, и сам адмирал был не без грешка. В его личном деле, и он это прекрасно знал, имелась пометка "неблагонадежен". В общем-то, ничего особенного, такими штампами могут похвастаться многие, другое обидно. В отличие от большинства таким украшением личное дело адмирала обзавелось не из-за его скверного характера, как у других. В конце концов, среди боевых офицеров ершистых и наглых хватает, они свои погоны заработали в сражениях, и, в отличие от кабинетных деятелей, не боялись ни бога, ни черта. Именно поэтому, кстати, в их среде и возникали частенько разговоры в стиле "И чем же наш адмирал хуже президента, а начальник штаба — премьер-министра?". Впрочем, из стадии разговоров подобное выходило редко, все же служба безопасности ела свой хлеб не зря. И, естественно, "неблагонадежен" в подобной ситуации — обычное дело, даже карьере практически не мешает, лишь привлекает к обладателю повышенное внимание спецслужб.
Однако в данном случае штамп стоял даже не из-за презрения к не нюхавшему космоса флотскому командованию. Нет, презрение-то как раз было, да у кого его нет, если в верхах должности уже вечность передаются по наследству, а то и вовсе покупаются. Но конкретно сейчас причина была совсем иной и куда более серьезной — происхождение. Род Титовых уходил корнями на Малый Алтай, одну из планет, известных своими сепаратистскими настроениями. В свое время коалиция Малого Алтая, Петербурга-на-Веге и Петропавловска Дальнего до последнего сопротивлялись вхождению в Федерацию, и принудили их к этому ценой больших затрат и еще большей крови. Конечно, прошло много лет, но на тех планетах все еще помнили о тех днях, и военнослужащие с тех миров — а это была далеко не худшая часть офицерского корпуса и первоклассные солдаты — так и считались потенциальными бунтовщиками. Соответственно, и зажимали их постоянно. Вот только Титов, как его ни пытались затормозить на карьерной лестнице, все равно пробивался, раз за разом вытворяя такое, от чего штабные теоретики в ужасе закатывали глаза, а общественное мнение, которое никто еще не отменял, дружно рукоплескало. Соответственно, несмотря ни на что, взлет Титова был стремительней ракеты, а число оттоптанных при этом ног превышало все мыслимые пределы. И в конце концов прославившегося лихими рейдами возмутителя спокойствия запихали в эту дыру, резонно предположив, что сидя в заднице мира славы не заработаешь. А общественное мнение — оно себе живо нового героя найдет.
Так и вышло, за исключением, разве что, того факта, что благодаря той самой удаленности от центра, в котором кипит жизнь, Титов остался жив, и теперь мог с безопасного расстояния наблюдать, как флот толланов с неумолимостью асфальтового катка давит остатки немногочисленных эскадр Федерации. И хотя умом адмирал понимал, что, даже будь он там, все равно ничего бы не изменилось, а с другой ощущал себя предателем оттого, что не может встать рядом с гибнущими товарищами…
Правда, в отличие от простых обывателей, Титов заранее прекрасно знал, чем закончится сражение. Это для гражданских, видевших боевые корабли только в информационных программах, грозные звездолеты длиной в километр смотрятся несокрушимым венцом творения. На самом же деле толланы, вошедшие в эпоху межзвездных перелетов как минимум на столетие раньше людей, технически далеко их обгоняли, и формальное преимущество земного флота в численности и классе звездолетов не играло роли. Линкоры Федерации по боевым характеристикам уступали даже легким крейсерам противника, и, как следствие, неспособны были оказать серьезного сопротивления. А главное, те, кто стоял на мостиках человеческих звездолетов, тоже это понимали. Однако они шли в бой, поскольку у них был приказ, а за их спиной родной дом. И Титов знал, что поступил бы точно так же.
И ведь, самое паршивое, не хотели толланы воевать. Эти существа, похожие на двухметровую смесь осы с пауком, на которых сел медведь, отличались редким миролюбием. Правда, оно проистекало больше из-за того, что толланы, до жути рациональные твари, считали войну делом крайне невыгодным, и старались всеми силами ее избежать. А оборзевшие от безнаказанности земные правители приняли их поведение за слабость и полезли в бутылку, не просчитав возможных последствий. В результате наступил момент, когда толланы решили, что силовое воздействие становится экономически оправданным. Тут-то и улыбнулся землянам упитанный полярный лис, но сдавать назад оказалось поздно. Толланы привыкли всегда доводить начатое до конца, и раз уж решили уничтожить не в меру агрессивных приматов, значит, и впрямь уничтожат. Или, как вариант, пустят их на мясо — поедание врагов у них считалось вполне этичным.
Титов растер руками лицо. И что теперь делать прикажете? У него древней постройки крепость, старый линкор, не менее старый авианосец, пара крейсеров, больше напоминающих летающий антиквариат, три относительно новых и столь же относительно боеспособных эсминца, две сотни истребителей не первой свежести и пара десятков мелких посудин, от корветов до авизо. По масштабам космической войны меньше, чем ничто. Самое логичное — сидеть тихонечко и надеяться, что не найдут. Но при этом как представишь, что твою родную планету выжигают до скального основания…
Если быть абсолютно честным, Титову было плевать и на Федерацию, и на президента Анкермана, и на планеты вроде Новой Швабии или Великого Иерусалима вместе со всем их населением. На сослуживцев… Нет, разумеется, к ним он относился совершенно иначе, однако, в конце концов, они сами выбрали свой путь. А вот родную планету надо было спасать любой ценой. Не зря все же его считали неблагонадежным. Вот только как спасать?
Впрочем, первый ход был ясен — сниматься с орбиты и на всех парах дуть к Малому Алтаю. Толланы в тот район не пойдут, во всяком случае, немедленно. Они для начала ударят по промышленным и научным центрам, заштатные планеты их будут интересовать в последнюю очередь — все же их силы хоть и велики, но не беспредельны. Стало быть, первыми в этой войне падут крупные планеты, затем — Земля, и лишь потом начнется зачистка. Время есть, немного, но есть, а значит, и хоть какой-то шанс имеется.
Все-таки дисциплина — великое дело. Подчиненные только что находились в ступоре, но, как только пошли четкие и недвусмысленные приказы, действовать начали не задумываясь. Все же авторитет у самого молодого из земных адмиралов был серьезный, и помощников он натаскать худо-бедно сумел. Вот среди молодежи, особенно пилотов, через некоторое время начнутся брожения. Они же, молодые офицеры, всегда самые умные, а пилоты — те умные в квадрате. Индивидуальности, чтоб их. Но это начнется не сразу, и когда до подчиненных дойдет, наконец, что же задумал адмирал, поздно станет что-либо менять. Да и то сказать, к тому моменту даже самому тупому будет ясно, что война проиграна и надо спасать, что получится.
Адмирал и сам бы не смог точно сказать, просчитывает он варианты, или просто успокаивает совесть. Тем не менее, дело было сделано, и крепость, ощетинившаяся орудиями, перешла в режим пассивного контроля пространства. Обнаружить ее сейчас, насколько знал Титов, даже для радаров толланов становилось весьма нетривиальной задачей. Технически ее можно было с орбиты сдернуть и утащить с собой, но эта здоровенная, почти восьми километров в диаметре, бронированная дура связала бы эскадру по рукам и ногам. Так что пускай уж висит, глядишь, еще и пригодится, равно как и расположенная на планете резервная техническая база. Вечность уже законсервированная, никому по большому счету ненужная, а вот теперь, может статься, окажется востребованной. Во всяком случае, если использовать планету в качестве пункта эвакуации. Но это в будущем, а пока что эскадра взяла курс на Малый Алтай.
Бросок оказался коротким — даже старые и тихоходные корабли, имеющиеся в распоряжении Титова, смогли преодолеть разделяющее их расстояние менее чем за сутки. И картина, открывшаяся им, была для Титова вполне ожидаемой. Большая малонаселенная планета готовилась к обороне. Здесь не было орбитальных крепостей, даже таких примитивных, как оставленный "Мир", однако имелись сразу два орбитальных терминала. Сейчас их, судя по всему, превращали в оборонительные сооружения и, глядя на то, как шустро это делалось, закрадывалась мысль, что подобная возможность изначально закладывалась в их конструкцию. Титов даже головой покрутил — интересно, против кого изначально планировалось использовать эти громоздкие инженерные изыски? Вполне могло статься, что и против флота Земной Федерации, хотя сейчас данный факт не казался ему принципиальным.
Еще неделю назад корабли Земной Федерации здесь встретили бы недружелюбно. Да что там, более-менее спокойно на Малом Алтае относились только к небольшой эскадре, постоянно расквартированной в их системе, и то лишь потому, что военнослужащие там были с их же планеты. А тех, кто пошел служить в федеральную армию, многие до сих пор считали предателями. Однако сейчас, когда появилась внешняя угроза, все изменилось резко и бесповоротно — лишнее доказательство общеизвестного факта, что люди хорошо умеют дружить лишь против кого-то. Словом, флот принимали если и не аплодисментами, то вполне дружелюбно. Без проволочек выделили парковочные орбиты и дали разрешение экипажам на высадку для отдыха после перелета. В данном случае последнее было явно не лишним — все же люди бултыхались в космосе несколько месяцев, лишь иногда отправляясь на планету. Да и то, какой это отдых — так, сафари в диком мире, и сейчас возможность отдохнуть не только при нормальной гравитации, но и в комфортабельных условиях цивилизованного города дорогого стоила.
Сам Титов попал на родную планету одним из последних, спустя девять часов, в течение которых он активно утрясал и согласовывал с властями тысячу мелочей, которые появляются в подобных ситуациях. Но — справился, не впервой, и уже очень скоро он поднимался по высоким ступеням родного дома.
Здесь все осталось, как было, разве что парк, и без того полудикий, с момента его последнего сюда приезда успел окончательно превратиться в слегка захламленный буреломом кусочек леса. Титовы ухаживали за зелеными насаждениями от случая к случаю, не было у них тяги к выложенным по линеечке аллеям и ровно подстриженным газонам. Фамильная черта, что поделаешь, и даже женская половина дома, регулярно пытающаяся хоть что-то в этом исправить, несмотря на воистину героические усилия, раз за разом терпела поражение. Так что парк в очередной раз зарастал, а в остальном ничего не менялось. Все такие же вытертые поколениями хозяев ступени, огромные, раскрытые нараспашку окна, и все так же извивался плющ, упрямо лезущий вверх по стенам огромного фамильного особняка.
Да-да, семья Титовых принадлежала к местной знати. Потомки первопоселенцев, как-никак, не тех, кто приехал через несколько лет после начала колонизации, когда на планете уже была создана какая-то инфраструктура, и уж тем более не прибывших позже, на все готовое. Нет, Титовы на эту планету ступили одними из первых. Даже не первопоселенцы, а первопоселенцы в квадрате, поскольку на Малый Алтай прибыли не в виде лежащих в анабиозе тел, а являлись членами экипажа огромного по тогдашним меркам корабля-колонизатора. В те времена они тащились от звезды к звезде мучительно медленно, с трудом разгоняясь до субсветовых скоростей. Позже, когда на Земле были созданы двигатели, позволяющие кораблям выходить на сверхсвет, некоторые из таких колонизаторов перехватили, сократив время в пути иногда в разы. По слухам, правда (а слухам, гуляющим в среде космолетчиков, адмирал Титов верил куда больше, чем официальной информации), некоторые колонизаторы все еще тащились к цели, но это уже неважно. Главное, что из четырех таких кораблей, запущенных к Малому Алтаю с интервалами в три года, первый добрался до цели без происшествий, и в его экипаже числился второй штурман Титов, потомственный космонавт, ведущий род еще с самого начала эпохи космических полетов.
Двери перед адмиралом не открылись. Все правильно, их надо было толкнуть, вот только он настолько привык к автоматике, что едва не врезался в них головой. Каждый раз так, и мысль об этом вызвала мимолетную улыбку. Впрочем, она тут же стала широкой и искренней, потому что навстречу вышла мама, самый дорогой человек в его жизни. А потом, обгоняя ее, выбежал сын младшего брата, которому только-только исполнилось двенадцать, высыпали в просторный холл остальные родственники… Клан Титовых был велик, и сегодня приехали очень многие — не каждый день приезжает домой овеянный звонкой и мрачной славой почти что легендарный адмирал. Охи-вздохи, слезы-сопли, объятия — и все это абсолютно искренне, его и впрямь здесь любили. Адмирал Титов вернулся домой…
После обеда, плавно перетекшего в ужин, отяжелевший от съеденного и с чуть кружащейся от выпитого головой, он поднялся на второй этаж, в кабинет отца. Тот поднялся раньше и уже ждал его, мрачно попыхивая сигарой. В отличие от остальных, хозяин огромного, богато обставленного кабинета понимал, что сын прилетел не с добрыми вестями. Нет, остальные тоже понимали, конечно, вот только смотрели на войну чуточку отстраненно, будто со стороны, как и положено гражданам небольшой, богатой и не жалующей центральную власть провинции. Для них война была чужой, и они просто не осознавали еще, что стороной она не пройдет, и отсидеться в безопасной глуши не удастся. Отец же, умный и до мозга костей рациональный, все это прекрасно понимал, и, хотя и улыбался за обедом, наедине с сыном позволил себе быть самим собой.
Титов сел в кресло, раскурил сигару, смакуя оттенки вкуса дорогого табака, и внимательно посмотрел на отца. Тот за прошедшие два года абсолютно не изменился — все такой же огромный, на голову выше сына, широкоплечий, с львиной гривой седых волос. Развалившись в кресле, он пускал целые облака синего дыма, и не торопился начать разговор, понимая, очевидно, что как только первое слово будет сказано, пути обратно уже не предвидится. И все же паузу нельзя держать до бесконечности, и отец, аккуратно положив сигару на край пепельницы, спросил:
— Ну, что скажешь о происшедшем?
— А что тут сказать… паршиво. В первом же серьезном бою Федерация лишилась примерно трех четвертей флота. Разумеется, сейчас поскребут по сусекам, если повезет, соберут новые эскадры и, может быть, выиграют пару-тройку локальных стычек, но ситуацию этим уже не исправить. Да и корабли, которые можно собрать по дальним гарнизонам, совсем не те, что погибли в сражении. Цвет флота уничтожен, это надо признать.
— Хреново.
— Да уж, куда хреновее. Был шанс — и тот упустили.
— Шанс? — отец удивленно поднял брови. — А мне всегда казалось, корабли толланов слишком совершенны, чтобы с ними бороться.
  -------------
  "Скачайте книгу в нужном формате и читайте дальше"
Категория: Интересное от российских авторов
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 21
Гостей: 21
Пользователей: 0

 
Copyright Redrik © 2016