Понедельник, 05.12.2016, 03:27
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Интересное от российских авторов

Иар Эльтеррус / Наследник
01.09.2016, 17:34
У огромного панорамного окна стоял уставленный аппаратурой и заваленный папками рабочий стол, возле которого сидел в инвалидном кресле высокий седой человек с острым профилем и пронзительным взглядом золотистых глаз. Видно было, что у него нет левой руки, а лицо испещрено шрамами. Он внимательно читал что-то на большом, развернутом прямо в воздухе голографическом экране. Иногда кривился, но ничего не говорил, продолжая быстро просматривать текст.
Дочитав, хозяин кабинета с хорошо заметной досадой пожевал губами, затем нажал какую-то кнопку на пульте перед собой и бросил в микрофон:
— Томилин пришел?
— Ждет в приемной.
— Зовите.
Не прошло и минуты, как дверь распахнулась, и в кабинет вошел среднего роста подтянутый, но уже в возрасте мужчина с незапоминающимся лицом. Тысячи похожих на него людей ходили по улицам городов Империи. Вот только взгляд его выдавал, что этот человек далеко не прост.
Здравствуйте, Николай Петрович! — улыбнулся вошедшему хозяин кабинета.
— И вам доброго дня, Александр Викторович. Зачем вызывали?
— Садитесь, сударь, в ногах правды нет. Есть что обсудить.
Гость пододвинул себе кресло и сел. Возникший словно ниоткуда секретарь тут же поставил перед ним крохотную чашечку ароматного и очень крепкого кофе, после чего исчез. Александр Викторович с тоской посмотрел на нее и вздохнул — ему кофе нельзя было ни при каких обстоятельствах. Он пробежался пальцами по пульту своего инвалидного кресла, и оно отъехало от стола. Стороннему наблюдателю в этот момент стало бы ясно, что у хозяина кабинета нет не только левой руки, но и обеих ног.
— У меня к тебе два вопроса, — нарушил молчание Александр Викторович. — Во-первых, каковы наши варианты?
— Вы их знаете, все пять, — удивленно посмотрел на него Николай Петрович. — С чего вдруг такая срочность?
— Врачи сегодня выдали свой приговор, — криво усмехнулся хозяин кабинета. — Мне остался максимум год, да и то при очень большом везении.
— И ничего нельзя поделать?.. — мертвенно побледнел гость. — Ни один из мальчишек еще не готов…
— Потому и спрашиваю, каковы наиболее приемлемые варианты.
— Ясно… Что ж, в таком случае их всего два. Остальные трое совсем зеленые.
— Седьмой и двенадцатый? — предположил Александр Викторович.
— Они самые, — кивнул Николай Петрович. — Но я больше склоняюсь к седьмому.
— Почему? — удивился хозяин кабинета. — Насколько мне известно, двенадцатый лучше умеет просчитывать ситуацию. Да и порешительнее он.
— Дело в том, что у него в характере есть кое-какие настораживающие черты, — вздохнул гость. — У меня иногда возникает ощущение, что мальчишка вообще не тот, кем кажется. Кое-какие его высказывания наводят на такую мысль. Затем он словно спохватывается и снова становится идеальным курсантом, говорящим только то, чего от него ждут.
— Что за высказывания?
— Осторожные намеки на то, что в самоуправлении нет ничего плохого. Ничего крамольного, но некоторые выражения словно из американской прессы скопированы. И мне это не нравится.
— Мне тоже, — нахмурился Александр Викторович. — Боюсь, придется использовать для проверки крайний вариант. Нужно спровоцировать мальчишек показать свое истинное лицо, иначе…
Он покачал головой.
— Хорошо, — наклонил голову Николай Петрович. — Хоть и не слишком хочется такое делать, подло это, но вы правы. Очень жаль, что третий и восьмая погибли, любой из них был бы идеальным вариантом.
— Мне тоже жаль, — тяжело вздохнул хозяин кабинета. — Но есть только то, что есть, переживать о несбывшемся смысла нет. Выбор придется делать из этих двоих, хотим мы того или нет. Поэтому давай-ка пройдемся по основным вехам их биографий еще раз.
— Как прикажете, — наклонил голову гость. — Итак, седьмой. Он детдомовский, потерял родителей в трехлетнем возрасте при катастрофе рейсового флаера. Мальчик выжил чудом. Сами родители ничего особенного из себя не представляли, оба инженеры с Челябинского завода гипердвигателей, там и познакомились. В детдоме психологи обратили внимание на абсолютную память ребенка и его совершенно не детские рассуждения. С каждым годом результаты его тестов все более приближались к нашим стандартам, а в двенадцатилетнем возрасте превзошли их. Фамилия седьмого после этого попала в особый список, с этого момента его жизнь жестко контролировалась и направлялась. После окончания школы он получил приглашение из нашей Академии и принял его. К счастью, сам, не пришлось принуждать мальчика. На данный момент перешел на девятый курс. Учится на отлично, в любых ситуациях находит нестандартные решения, его тесты не перестают удивлять психологов. В краткий список вошел после практики на шестом курсе, когда командовал фрегатом «Д765». Именно благодаря его нестандартной тактике было выиграно сражение у Дагобая-III. Взял на себя командование, как единственный выживший офицер, и добился невозможного. Все аналитики разводят руками и говорят, что не знают, как он смог додуматься до подобного.
— Что с друзьями и личными отношениями?
— Есть двое. Их троицу называют двинутой, отличаются одновременно бесшабашностью и четкой продуманностью каждого действия, как ни парадоксально. Стоят друг за друга горой. Если выбор остановится на седьмом, то один из его друзей явно займет со временем мое место — он потянет, поэтому на всякий случай готовлю парня по особой программе. Девушки у седьмого пока нет, хотя многие на балах посматривают на него и пытаются флиртовать. Он ухаживает, очень галантен, но никого пока так и не выбрал. Возникло даже подозрение о его нетрадиционной ориентации, но, к счастью, не подтвердилось. С полной уверенностью могу утверждать, что седьмой — романтик, он ищет ту самую, единственную и неповторимую, поэтому, пока не нашел, и не заводит ни с кем серьезных отношений.
— Его увлечения? — поинтересовался Александр Викторович.
— Чтение и музыка, хорошо играет на гитаре и пользуется успехом у сокурсников, его часто просят спеть, — ответил Николай Петрович. — Правда подборка песен довольно странная — седьмой выискивает необычные песни древних бардов-неформалов конца двадцатого, начала двадцать первого веков и исполняет их. Все до единой зовущие к небу, о пути человеческой души, о ее крылатости. Ни одной о любви или чем-то приземленном. Также создал металл-группу «Темное пламя» в Санкт-Петербурге, вспомнив ныне забытый стиль пауэр-металл. Солист и гитарист. Опять же большей частью исполняет песни групп двадцать первого века, но некоторые свои тоже. В общем, парня не определили в «безумцы» только потому, что он подошел нам.
— Мечтатель?
— Одновременно мечтатель и жесткий прагматик. Не знаю, как это совмещается в одном человеке, но совмещается.
— Что ж, — вздохнул хозяин кабинета, — вариант неплохой как будто. Теперь о двенадцатом.
— Тут все несколько проще, — гость одним глотком допил кофе. — И в то же время сложнее. Сын графа, адмирала, героя и прочее, прочее, прочее. Воспитывался в богатом доме. Отец решил во что бы то ни стало сохранить за своим родом достигнутое им, и у мальчика просто не было детства. Его начали жестко дрессировать с двухлетнего возраста по всем возможным дисциплинам. Как ни удивительно, результат оказался достойным. Одно то, что на его тесты мы обратили внимание, когда малышу было всего восемь, уже говорит о многом. Но есть несколько вопросов. Двенадцатый, в отличие от седьмого, крайне нелюдим и скрытен, друзей не имеет, только приятелей. С девушками встречается либо на светских раутах, либо изредка посещает дорогие публичные дома, однако в извращениях замечен не был — все профессионалки, с которыми он когда-либо имел дело, были допрошены с суперпентоталом.
— Увлечения?
— Тактика и стратегия сложных военных операций и искусство интриги. Его анализ некоторых старых дел ведомства Таймырова вызвал там ажиотаж, даже стали искать возможную утечку информации, но вскоре поняли, что мальчишка дошел до сути событий самостоятельно, чисто на логике.
— Ценное качество, — заметил Александр Викторович.
— Ценное-то оно ценное, но молодой человек слишком циничен для своего возраста, и меня это настораживает, — вздохнул Николай Петрович. — Сами знаете, кто обычно вырастает из юных циников.
— М-да… — хозяин кабинета пожевал губами. — Пожалуй, к парню действительно нужно еще присмотреться. В определенных пределах цинизм полезен, но он не должен становиться основой личности. Что ж, даю добро на проверку по высшему уровню. Прошу только учитывать, что других вариантов у нас, похоже, просто нет.
— Я учту это, — пообещал гость.
— Это был первый вопрос. Теперь второй. Знаете уже?
— Естественно, работа у меня такая — знать. Только вот сами вы знаете, что прибывший крэнхи на самом деле чрезвычайный и полномочный посол всех шести старших кланов, а не одного?
— Шести?.. — изумился Александр Викторович. — Сразу? Это что же должно было случиться, чтобы шесть кланов смогли договориться и прислали одного посла?!
— Согласно предварительной информации, его миссия касается известных событий на Н237, где был обнаружен комплекс строений Лонхайт, — сообщил Николай Петрович. — Вы беседовали перед отправлением экспедиции с командиром группы, лейтенантом Карпиным.
— Беседовал, — вспомнил хозяин кабинета. — Но запамятовал, чем там дело кончилось. Помню только, что мы с «котами» договорились отправить туда по шестнадцать разумных, точнее двенадцать воинов и четырех ученых.
— Информация поступила ночью с курьерским кораблем, я просто не успел доложить, — поморщился гость. — Там произошло нечто странное. С орбиты были зафиксированы боевые действия между группами, затем сканеры стали бесполезны, комплекс накрыло силовое поле неизвестной природы. По прошествии нескольких часов все еще окруженный полем комплекс поднялся в воздух, вышел в космос и исчез вместе с нашими людьми и крэнхи. Не ушел в гипер, а расплылся двухмерной тенью — это, похоже, совершенно иной принцип движения в пространстве. В общем, вывод пока один — это был не комплекс, а некое подобие космического корабля. Какая группа сумела запустить его двигатели — неизвестно. Очень надеюсь, что это не крэнхи, а наши. Перед исчезновением древний корабль передал на всех открытых волнах странную фразу.
— Какую? — подался вперед Александр Викторович, его глаза горели живым интересом.
— «Пора взрослеть», — процитировал Николай Петрович с недовольным видом. — Не спрашивайте меня, что это значит, я не знаю. Судя по имеющимся данным, крэнхи тоже ничего не понимают. Их корабли рыщут по всему квадранту, что-то лихорадочно разыскивая.
— Интересно… — протянул хозяин кабинета. — Сообщите послу, что я приму его завтра в шесть вечера. А теперь можете быть свободны. Надеюсь к послезавтра получить обещанные отчеты.
— Они будут на вашем столе в срок, ваше величество! — встал и поклонился гость.
Затем он покинул кабинет. Александр VI, император всероссийский, проводил одного из лучших своих людей задумчивым взглядом и почти незаметно вздохнул. Несмотря на поздний вечер, у него было еще очень много работы. На отдых его величество давно не надеялся. На том свете отдохнет.

Глава 1
С тихим лязгом раздвинулась стальная переборка, отделяющая ангар от остальных отсеков корабля. Сержант Джексон тут же рявкнул на десантников, и они не спеша потянулись к открытому люку посадочного челнока. А сам недовольно покосился на командира их сводного отряда, лейтенанта Карпина, — опять русский, будь он неладен! Ну почему ему всегда так «везет»?! Американского или европейского офицера для этой миссии найти не смогли, что ли? Да пусть даже и халифатского, только бы не русского или израильского — первые славились своей требовательностью и бескомпромиссностью, а вторые — безалаберностью и, как ни странно, профессионализмом. Джексон не понимал, как это могло совмещаться в одном флаконе, но совмещалось. Поэтому сержант предпочитал, если была такая возможность, с израильтянами дела не иметь. А русских просто не любил.
Хотя после кровавых двадцатого и двадцать первого веков прошло больше двухсот лет, русские с американцами и до сих пор относились друг к другу с немалой настороженностью, не могли забыть и простить прошлого. Потому, хоть о войнах на Земле давным давно позабыли, и Российская империя, и Соединенные Штаты Америки внимательно наблюдали за действиями вероятного противника, ожидая от него чего угодно и всегда будучи готовы дать отпор. Кто знает, что произошло бы, не схватились бы они уже в космосе, если бы около двух столетий назад человечество не столкнулось с внешней угрозой. Пришлось, скрипя зубами, создавать Объединенный военно-космический флот — одна страна не могла справиться с такой задачей, слишком велики оказались затраты. А другого выхода не было — иначе «коты», как называли в просторечии разумную расу крэнхи, представители которой действительно напоминали вставших на задние лапы огромных кошек, добрались бы и до Земли.
В приписанные к ОКФ подразделения космодесанта направляли лучших солдат и офицеров со всего мира. Они были родом и из России, и из США, и из Евросоюза, и из Израиля, и из Великого Халифата, и из Южно-Американской Федерации, и из Индонезии, и из Австралии. Да и из остальных стран тоже, хотя значительно реже — очень уж дорого обходилось обучение и содержание космодесантников. Не все могли себе такое позволить, особенно нищие страны Африки и не вошедшие в Федерацию страны Южной Америки.
Сержант недовольно покосился на идущих за бойцами археологов. На удивление тихо себя ведут, не спорят с военными, что крайне удивительно.
Сталкивался он уже с учеными, приходилось охранять на новооткрытых планетах яйцеголовую братию. Никакого понятия о дисциплине! Орали, лезли туда, куда лезть не следует, не слушали охрану, которая отвечала за их жизни. Эти отличаются в лучшую сторону. Да и выглядят на удивление подтянутыми, словно сами в армии служили. Впрочем, черт их знает, может и служили.
— Сержант, ко мне! — донесся до Джексона голос лейтенанта.
Есть, сэр! — американец без промедления подбежал к Карпину. Любит он там или не любит этого русского — дело десятое, а приказ исполнять надо. Командир есть командир, и этим все сказано!
— Позаботьтесь, чтобы после посадки двое бойцов не отходили от ученых, — недовольным тоном приказал лейтенант. — Остальным тоже быть настороже, двенадцать человек — слишком мало для такой миссии.
— Будет сделано, сэр! Разрешите вопрос?
— Задавайте.
— А почему нас всего дюжина?
— Понятия не имею! — развел руками Карпин.
В штабе сказали, что планета голубого ряда, абсолютно безопасная, даже крупных хищников нет, поэтому больше людей не нужно. Только как-то не верится мне в безопасные чужие планеты…
— Мне тоже, сэр, — вздохнул Джексон и отошел, поминая про себя в соответствующих выражениях «умников» из штаба. Крысы тыловые!
Официальным языком объединенного Военно-Космического Флота и Космодесанта Земли являлась интерлингва, искусственный язык, созданный на основе русского, английского, китайского, арабского и испанского. Знание его было обязательным для любого желающего служить в пространстве. Джексон в свое время чуть голову не сломал, однако, проклиная все на свете, выучил интерлингву на нужном уровне. Ну почему нельзя было использовать простой и понятный английский? Впрочем, ясно: к сожалению, не только американцы и англичане служат в Объединенных Силах. Для иностранцев английский такая же китайская грамота, как для самого Джексона их языки.
Проводив взглядом американца, лейтенант вернулся к своим мыслям. Он никак не мог понять одного. Раз миссия настолько важна, что перед отправкой его удостоил аудиенции сам император, то почему тогда ему выделили всего десять бойцов и сержанта? И почему среди них кого только нет? Слава Господу, соотечественников четверо — больше, чем кого-либо другого. Затем двое, не считая Джексона, американцев. Двое европейцев — немец и француз. Плюс халифатец и израильтянин. Причем отряду даже не дали времени на подготовку! Люди незнакомы друг с другом, не сработались, а им в случае чего придется драться вместе. Каким образом, если они не знают, чего ждать от товарищей по оружию?!
Мысленно махнув рукой от досады, Карпин перевел взгляд на ученых. Странно, но у них с собой вообще нет с собой оружия… Никакого! Почему? Необычно это, крайне необычно и наводит на нехорошие мысли. Во всех прежних экспедициях не только космодесантники, но и научный персонал имел, по крайней мере, ручные плазмеры или пистолеты. Да и число ученых вызывало настороженность — всего четверо. И только археологи. Нет ни планетологов, ни физиков, ни биологов, ни кого другого.
На память пришла беседа с его величеством. Лейтенант никак не рассчитывал, что будет удостоен такой чести, еще ничего особенного не совершив. Однако случилось. Причина, на первый взгляд, ясна, но только на первый. Если немного поразмыслить, то все становится совсем уж непонятным. Да, обнаружен целый комплекс строений, принадлежавший загадочным Лонхайт. Так по какой же причине для изучения этого комплекса не отправлен исследовательский корабль? Ведь они в составе Флота есть, это Карпин знал точно: его ближайший друг служил на «Альберте Эйнштейне», который и являлся одним из таких судов. Но вместо него отправили обычный эсминец, четверых ученых, десятерых десантников, сержанта и лейтенанта. Чушь полная! Что смогут обнаружить археологи, практически не имеющие оборудования? Да ничего, черт возьми!
Усилием воли заставив себя отвлечься от тревожных мыслей, Карпин попытался припомнить все, что ему известно о Лонхайт. Первые артефакты этой то ли погибшей, то ли неизвестно куда ушедшей разумной расы обнаружили около ста пятидесяти лет назад, во время исследования пригодных к жизни планет созвездия Лебедя. Находки ошеломили ученых — казалось, древние специально оставили то, что могло пригодиться недавно вышедшей в большой космос цивилизации. Вплоть до подробных технологических схем более совершенных, чем земные, гипердвигателей. Не говоря уже обо всем прочем. Артефакты древних настолько продвинули вперед земную науку, что их начали искать уже целенаправленно. И иногда находили.
Множество кораблей разных стран занимались свободным поиском. Особенно много их отправляла Российская империя, что позволяло русским не сообщать о своих находках союзникам. Однако на сей раз комплекс строений Лонхайт обнаружила международная планетологическая экспедиция. Что странно — в системе, которую не раз до того исследовали вдоль и поперек. Возможно, раньше этот комплекс не нашли потому, что он находился посреди джунглей, буйная растительность скрывала его полностью. О принадлежности комплекса древним говорил хорошо знакомый людям символ на стенах — выпуклый треугольник на фоне спирали.
Широкой общественности о Лонхайт было известно совсем немногое — земные правительства засекретили данные о них, поняв чрезвычайную важность древних артефактов для развития цивилизации. Несколько статей в энциклопедиях, да домыслы журналистов из желтой прессы. Только подписавшим контракт с Объединенными Силами ученым позволялось работать с находками. С них брали бессрочную подписку о неразглашении.
— Лейтенант, — донесся до Карпина голос доктора Хеменса, старшего археолога. — Оборудование загружено, мы готовы к старту.
— Тогда прошу на борт челнока, доктор, — отозвался он.
Ученый, ничего больше не сказав, скрылся в люке. Поняв, что остался в ангаре последним, лейтенант последовал за ним. Пробравшись в десантный отсек, он сел в одно из боковых кресел, окинув взглядом своих бойцов. Джексон молодец, порядок навел сразу и без лишних разговоров — судя по синякам на лицах, израильтянин с халифатцем снова сцепились, пришлось разбираться с ними жестко. Вон, с какой злобой поглядывают то друг на друга, то на сержанта. Интересно, кому понадобилось сводить в одном отраде представителей этих двух народов? Придется внимательно наблюдать за ними, чтобы не допустить новых драк.
— Внимание! — донесся из динамика над люком голос пилота. — До старта осталось десять секунд! Всем занять противоперегрузочные кресла! Начинаю отсчет. Десять, девять, восемь…
Когда челнок затрясся, и лейтенанта прижало к спинке кресла, он резко выдохнул. Началось! Теперь все в Божьих руках…
Походный лагерь разбили в полукилометре от «храмового комплекса», как обозвал это скопище пирамид разного размера один из археологов. Лейтенант предпочел бы обосноваться подальше, но ученые воспротивились, вот и пришлось располагаться здесь. И это ему крайне не нравилось. Челнок стартовал сразу после высадки экспедиции и выгрузки оборудования. Приказ Адмиралтейства. Почему был отдан такой приказ? Опять странности в этой проклятой экспедиции! Как это все надоело…
Местность оставляла желать лучшего — Карпин никогда не любил тропические джунгли. Но деваться некуда: комплекс со всех сторон окружен растительностью. Хорошо хоть еще похожей на земную, зеленой, а не как, например, на Кантоне-II, ядовито-оранжевой. В придачу ни холма, ни оврага вокруг.
Оглянувшись на возящихся с настройкой анализаторов археологов, Карпин поморщился — глаза яйцеголовых горели неподдельным энтузиазмом. Это значило, что смотреть за ними придется в оба и еще внимательнее. Явно полезут в самое пекло, лишь бы удовлетворить свое неуемное любопытство. А кто за их безопасность отвечает? Он, лейтенант Карпин! Именно ему в случае чего настучат по голове.
Офицер обвел взглядом своих людей. Больше всего стоит доверять соотечественникам, рядовым первого класса Николаю Багрянцеву, Михаилу Стормину, Георгию Шохинцеву и Леониду Добрыненко. Ребята бывалые, не раз с «котами» в локальных стычках схлестывались. И выжили, что о многом говорит. Впрочем, американцы, Джейк Хармен и Роджер Лартини, не менее опытны — командование отбирало для этой миссии лучших из лучших. Послужной список остальных четырех тоже впечатлял. Халифатец Мустафа Джафир, израильтянин Моше Коэн, немец Курт Линсберг и француз Роже Парон не вчера взялись за оружие, у каждого была на счету не одна боевая операция. Если судить по личным делам, под его командованием собрались отличные бойцы. Дай бог, чтобы им не пришлось демонстрировать свои бойцовские качества…
--------------------------------------------------------------

                               
Категория: Интересное от российских авторов
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 8
Гостей: 8
Пользователей: 0

 
Copyright Redrik © 2016