Среда, 07.12.2016, 13:31
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Интересное от российских авторов

Алексей Барон / Люди и ящеры
07.07.2016, 19:06
Лучи Хассара нещадно били в темя. Шлем и кольчуга раскалились. Страшно хотелось сбросить все это железо да забиться в тень. Но кодекс схаев строг. Воин не должен поддаваться слабости. Хуже слабости одна лишь трусость.
Конечно, Мартину, как представителю племени мягкотелых, полагались поблажки, однако он старался ими не пользоваться. Из гордости и соображений дипломатического порядка. К тому же тени поблизости не наблюдалось.
Кроме жары, мягкотелого одолевали еще и сомнения.
– Послушай, а ты не ошибся?
Вместо ответа Хзюка снисходительно протянул фляжку.
Это уж было слишком. Мартин облизнул губы, качнул головой. Его шусс раздул дыхала и беспокойно переступил с ноги на ногу – почуял воду.
– Они хитрые, – обронил Хзюка.
Мартин недоверчиво прислушался. После того как загонщики скрылись за холмом, наступила такая тишина, что уши улавливали даже потрескивание сохнущей глины на берегу озера.
А в озере блаженно плескался жабокряк. Он плавал, нырял, шумно отфыркивался, шлепал хвостом. Словно дразнил всех, лишенных возможности принимать водные процедуры.
Шкура шусса сильно пахла. Зло кусались пустынные мухи. Хассар перевалил наконец зенит. Это казалось невероятным, но жара продолжала усиливаться. Листья мухавейника вяли прямо на глазах. Даже летучие твари попрятались, оставив до вечера белесое небо. Безветренное, оно неотвратимо наливалось зноем, тяжелым даже для холоднокровных существ. Теплокровным же грозил солнечный удар с полной утратой пульса.
Уж лучше было потерять престиж. Мартин снял шлем и обмотал голову тряпкой Хзюка ничего не сказал. Только отвернул плоское лицо к озеру, делая вид, что рассматривает изнывающего от наслаждения жабокряка.
К своим обязанностям конвоира и телохранителя ящер относился без энтузиазма, но исполнял их с обычным для своих соплеменников тщанием. Странные привычки Мартина принимал как должное, без осуждения, чего еще, мол, ожидать от мягкотелого, но все, что в поведении пленника соответствовало кодексу воина, встречало его молчаливое одобрение.
И это одобрение дикаря, как ни странно, многое значило для пилота межзвездного лайнера. Мартин восхищался не столько боевыми доблестями Хзюки, сколько его врожденным педагогическим талантом. Чего доброго, еще годик-два под присмотром такого воспитателя – и сделаешься примером для юных рептилий. Эдаким ходячим наглядным пособием. Взрослые будут указывать когтем, приговаривая: вот, полюбуйся, даже мягкотелый умеет, а ты что же? Под обидное кваканье молодых схаюшек...
Первый ррогу появился уже на исходе дня. Недремлющий Хзюка тихо свистнул. Потом распластался на спине шусса и прикрыл голову заранее приготовленными папоротниками. Мартин послушно проделал все то же самое.
Зверь вышел из-за холма. Маленькими передними лапами он вырвал из груди стрелу, рыкнул, настороженно огляделся и двинулся к озеру. Ррогу был не слишком крупным, лет восьми – десяти. Подойдя к воде, он еще раз оглянулся и, шумно сопя, принялся пить. Жабокряк при этом благоразумно занырнул.
Ветерок дул со стороны озера. Момент складывался удачно. Хзюка поднял шусса и тихим шагом направил его в обход, стараясь оказаться за спиной чудища. Мартин оставался на месте, он знал свою роль.
Зверь был молод, неопытен, к тому же очень хотел пить. Охотник сумел подобраться к самому его хвосту, когда он вдруг подпрыгнул и обернулся. По быстрому движению плеч Мартин догадался, что Хзюка выстрелил. Монстр взревел, ударом страшного бревнообразного хвоста выкосил папоротники. Но шусс был настороже, быстро отпрянул и бросился наутек.
Начался обычный охотничий танец – хищник тяжело кидался за вертким шуссом, скачущим ломаной линией. Болтаясь в седле, Хзюка время от времени умудрялся стрелять, стремясь вогнать в массивную тушу как можно больше стрел. Завалить ррогу с одного попадания невозможно, слишком уж он огромен, живуч и толстокож, требуются десятки удачных попаданий.
При всей кажущейся хаотичности бегства Хзюка кружил так, что постепенно приближался к месту засады. Это означало, что ему пора передохнуть. Выждав, когда зверь повернулся к нему спиной, Мартин ударил пятками своего шусса. Суу вскочил и помчался вперед.
Первую стрелу он пустил издали, но, как ни странно, попал. Только не в затылок, где шкура потоньше, а в широченную спину. Зверь на этот укол даже внимания не обратил, продолжая погоню за Хзюкой.
Вторая стрела прошла мимо. Тогда Мартин придержал шусса, до отказа натянул тетиву, тщательно прицелился. Фыркнув оперением, стрела ушла. И было сразу понятно, что ушла туда, куда надо. Мартин даже не стал провожать ее взглядом. Вместо этого выстрелил еще раз, в точности повторив все движения
Ррогу остановился. Повернул клыкастую морду и впечатляюще рявкнул. Не суйся, мол, парень. Но Хзюка больше не стрелял. Это значило, что ему очень нужна передышка. И Мартин нагло поехал вперед.
Ррогу попеременно разглядывал обоих врагов, теряя время. Мартин выстрелил еще раз, потом дерзко заорал «Песнь Гайаваты». Песнь понравилась. Клацая пастью, зверь затрусил к новому обидчику. Молод, молод... Опытный ррогу не бросил бы первой жертвы так легко.
Мартин стиснул коленями дрожащего Суу. Попасть в толстую вену на шее можно лишь с минимальной дистанции, и времени хватит только на единственный выстрел. Потом стрелять придется не скоро. Потом охотничьи наставления схаев рекомендовали долго уворачиваться. Даже если поразить вену, ррогу может еще бегать и бегать. А умирает уже на следующий день.
Ррогу бежал все быстрее, расстояние сокращалось. К несчастью, он пригнул голову, скрывая уязвимую шею. Стрелять же в череп совершенно бесполезно, тут нужна граната на реактивной тяге. Таковая граната отсутствовала. Но Мартин точно знал, что, когда зверюга разгонится как следует, он обязательно начнет дергать головой. Шея при этом на секунду-две открывается. Не упустить такой момент могут лишь единожды в жизни и лишь великие лучники, в число которых даже Хзюка не входил. Словом, вот тут – не зевай.
Ррогу скакнул раз, другой, третий. И вскинул морду. Мартин мгновенно спустил тетиву, изо всех сил ударил пятками по бокам шусса и мертво вцепился в его шею.
Суу отчаянно метнулся в сторону. В жуткой близости мелькнула распяленная пасть. Мартин даже успел ощутить знаменитое «дыхание дракона», чем может похвастаться редкий уцелевший охотник. Однако гордиться было некогда.
Промчавшись мимо, зверь проворно развернулся. Вопреки малолетству, противник оказался серьезным. Недостаток опыта у него с лихвой перекрывался юной прытью, быстрой реакцией и невероятной свирепостью. Такой, если сумеет вырасти во взрослую образину, много бед принесет.
Хзюка не раз твердил, что по прямой уйти невозможно. Да и увертками долго не протянешь. Охотник, вступающий в схватку с ррогу, должен всадить в него весь запас стрел, должен непременно убить его или серьезно ранить до того, как обессилеет шусс. Иначе – все, крышка. Ррогу упорны и беспощадны, они не прекращают погони до тех пор, пока не стопчут существо, осмелившееся бросить вызов. В одиночку справиться с таким зверем удавалось лишь единицам, самым великим из охотников, чьи имена наперечет знает все племя. Поэтому на ррогу идут не менее чем вдвоем, по очереди отвлекая на себя его ярость.
На секунду Мартин обернулся. Чудище неслось огромными прыжками. Его грудь уже окрасилась кровью, но глаза под кожистыми веками пылали злобой, а могучий хвост крушил растительность. От избытка ярости оно даже рычать перестало, только всхрапывало. Зато бежало очень быстро, куда быстрее Суу. Хзюка же заметно отставал.
Мартин уклонился сначала вправо, потом – дважды влево, стараясь приблизиться к роще древовидных папоротников. Верткий шусс там получил бы преимущество. Но ррогу приближался слишком стремительно. Он был уже так близко, что о стрельбе не приходилось и думать. Оставалось уповать только на ноги Суу.
Перед самой опушкой зверь почти настиг их, но инстинкт шусса в последний момент не подвел – он все же успел вильнуть в сторону. Ррогу промахнулся на какой-то метр. И тут же его тяжеленная туша с разбегу вломилась в чащу. Затрещали стволы, одно из деревьев рухнуло. Чудище страшно взвыло. Мотая головой, попятилось. И вдруг эта голова, возвышавшаяся над приземистыми папоротниковыми деревьями, опала, исчезла.
Со своего места Мартин видел только заднюю часть зверя. Его хвост судорожно извивался, когтистые лапы рыли землю. Ррогу уже не рычал, а утробно выл. И этот вой слабел.
Примчался Хзюка.
– Ты хорошо придумал заманить его в рощу, Мартин.
– Еэ?
– Еэ. Кажется, он пропорол брюхо. Мартин расхохотался.
– Это не я придумал. Это придумал Суу!
Хзюка издал квакающий звук. Выждав, когда ррогу перестанет дергаться, он отрубил кончик хвоста и протянул его Мартину.
– Честность украшает воина не меньше храбрости. Это твой зверь, Мартин!
После нескольких лет жизни среди схаев Мартин в полной мере мог оценить его великодушие. Он знал, что социальное положение мужчины определялось числом лично убитых ррогу. Так как в охоте обычно участвовало не меньше двух воинов, владельца добычи устанавливали путем скрупулезного подсчета меченых стрел в туше.
Делалось это по особой методике, учитывающей опасность каждой раны, спорные случаи рассматривались старейшинами. Иногда дело доходило до поединка. Гораздо реже один из охотников уступал свои права добровольно, поскольку даже сравнительно небольшой ррогу означал целое состояние. С него снимали тонны чистого мяса, не считая шкуры, идущей на изготовление шатров. Из внутренностей, костей и эндокринных желез уффиких, женщины схаев, готовили лекарства. Поэтому существовал целый ритуал выражения благодарности за столь ценный дар.
Мартин спешился, снял шлем, размотал тряпку на голове. Потом поклонился, дважды стукнул себя по животу.
– О Хзюка! Воина украшает не только смелость и честность, но и щедрость. Твои благородные предки могут гордиться. Ты подарил мне часть своей доблести...
Дальше следовало перечислить славные деяния Хзюкиных предков. Но Мартин успел добраться только до славного Махумакая, деда дарителя, потому что из-за холма над озером донеслись крики, топот и свистящий рев, который невозможно с чем-то спутать.
Вынырнувший было жабокряк с досадой шлепнул хвостом по воде и вновь ушел в глубину. А на берег озера, обогнув скалу, вылетела группа всадников, преследуемая очень крупным ррогу. Он буквально нависал над взмыленными шуссами. Расстояние было столь незначительным, что охотники не имели ни секунды для того, чтобы обернуться и выпустить стрелу. Но хуже всего было то, что всадники мчались по очень узкому месту – между крутым склоном холма и озером. Из-за тесноты они не могли даже уворачиваться.
Хзюка поспешно развернул своего Шаа и бросился на помощь. На ходу он выхватил из-за плеча утяжеленную стрелу с камешком-балансиром на древке. Мартин тоже вскочил в седло. Однако до озера было далеко, они не успели.
Чудище резко мотнуло головой. Ломая папоротники, покатились сбитые с ног шуссы. Сразу два всадника вылетели из седел. Перевернувшись в воздухе, оба упали в заросли кустарника. Один попытался встать, но был мгновенно схвачен. Есть его ррогу не стал, просто перекусил и выплюнул, а потом вцепился в более аппетитного шусса. Пара уцелевших всадников скрылась в овраге.
Диким голосом завопил Хзюка. Не выпуская бьющегося шусса, образина подняла морду.
Хзюка приблизился. Его выстрел был довольно удачен. Тяжелая стрела вонзилась в бок. Но ррогу попался на этот раз старый, опытный, огромный. Он не погнался за новым врагом. Вместо этого бросил почти надвое перекушенного шусса и зашагал к кустам, в которые упал охотник.
Тут подоспел Мартин. Он торопливо пускал стрелу за стрелой. Некоторые попадали, но отскакивали от толстой шкуры, как от брони. Зверь, похоже, их даже не чувствовал. Опустив морду, он рылся в низкой растительности. Наконец одна из тяжелых стрел угодила ему в подмышечную область и застряла. Тут ррогу обернулся. Другая стрела стукнула его по глыбообразному черепу. Вреда не причинила, но вывела зверищу из терпения. Сипло урча, ррогу начал разбег.
Мартин быстро оценил ситуацию. Снова убежать к роще он не успевал, а Хзюка искал в папоротниках упавшие стрелы. Оставалось прижаться к болотистому берегу озера и даже войти в воду.
Расчет оправдался – тяжеленный хищник вяз в прибрежном иле. Мартин осмелел, держался близко и при каждой удобной возможности постреливал. Точно прицелиться в такой суматохе трудно, но попадания все же случались. Ррогу ревел, вертелся, месил грязь, размахивал хвостом; настоящая гора ярости каталась по берегу вслед за шуссом. И каждый раз либо запаздывала, либо не дотягивалась, без толку клацая пастью.
А время шло. Движения страшного ящера понемногу теряли стремительность, он начал уставать, все чаще останавливаясь, чтобы перевести дух. Потом даже присел на хвост, то раздуваясь, то опадая брюхом.
Мартин эти паузы тоже использовал для передышки, иначе можно было запалить шусса. И тогда древний монстр молча рассматривал человека. В его глазах вдруг появлялось почти осмысленное выражение. В них отражались и боль, и обида, и скорбь какая-то.
– Иди домой, дурак! – не выдержав, крикнул Мартин. – Не хочу я тебя убивать. Да и мясо, поди, жесткое.
Ррогу поднялся на ноги, выдрал из себя стрелы. Потом с явной досадой облизнулся и побрел прочь. Но не в сторону гор, а к кустам. Туда, где прятался уцелевший охотник.
– Э-э, так не договаривались! – крикнул Мартин.
Он увидел отчаянно убегавшую фигурку. Между ней и зверем вертелся Хзюка, размахивая пустым колчаном. Ему нечем было угостить ррогу, однако старания совсем уж даром не пропали – спешенный охотник успел забиться в щель между двумя плоскими валунами. Убежище не слишком надежное, но лучшего не нашлось.
Ррогу подошел к этим камням и наклонился, высматривая добычу. Потом принялся грести землю страшными задними лапами. Пытался зацепить жертву когтями. В этот момент он напоминал кошмарную курицу и никакой жалости не вызывал.
Выбравшись из ила, Мартин бросился в новую атаку. У него тоже оставалось не больше десятка стрел, следовало тратить их очень расчетливо. Если после десяти выстрелов зверь останется жив, мертвыми будут и Мартин, и Хзюка, и спрятавшийся охотник.
Продолжая землеройную работу, ррогу повернулся к Мартину спиной и резко махнул хвостищем. Полетели сорванные вайи, стебли, сухие комья. Суу испуганно шарахнулся в сторону.
С трудом удержавшись в седле, Мартин попробовал заехать сбоку, но зверь вновь повернулся. Знал, что на спине у него шкура была особенно толстой.
Правила запрещают охотникам держаться вместе поблизости от ррогу, но Хзюка прискакал. В руке он держал зажженный факел.
– Давай стрелу!
Подпалив древко, Хзюка всадил горящую стрелу в шею ящера. Это подействовало, это не могло не подействовать. Учуяв запах дыма, ррогу повернулся и во всю ширь распахнул пасть.
--------------------------------------------------------------

                               
Категория: Интересное от российских авторов
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 24
Гостей: 23
Пользователей: 1
Redrik

 
Copyright Redrik © 2016