Пятница, 09.12.2016, 20:23
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Субъективные предпочтения

Элинор Арнасон / Кольцо мечей
02.12.2015, 14:23
Орбита планеты, где работала Анна, соответствовала орбите Земли — 148 миллионов планет от обычной звезды класса G2, невидимой с Земли. Ближе обращалась двойная планета, одна из тех аномалий, от которых теоретики звереют. Оба члена этой пары обладали атмосферой, плотной, ядовитой и ослепительно-белой при взгляде издали. На планете Анны они были утренне-вечерней звездой, которая становилась то бледнее, то ярче из-за их обращения вокруг друг друга. В точке максимального удаления они превращались в две звезды, сверкающие бок о бок в перламутровом небе сумерек и рассвета.
Дальше (за ее планетой) располагались четыре газовых гиганта, все видимые в ночной небе, хотя и уступавшие в блеске Близняшкам. Никто не потрудился дать названия гигантам, обычным во всех отношениях.
Вот, собственно, и все, не считая обычного космического мусора — комет и астероидов, лун и колец, а также темного компонента, который обращался вокруг G2 на довольно дальнем расстоянии. Вот это было редкой особенностью, превратившей систему в перевалочный пункт.
Планета, на которой работала Анна, отвечала потребностям землян. Атмосфера до удивления походила на прежнюю до-индустриальную атмосферу Земли. Океан был Н2О и омывал два континента. Один лежал в южном полушарии и очертаниями несколько напоминал солнечные часы, а другой, значительно больший по размерам, изогнутый как бумеранг, протянулся от экватора до северного полюса.
Ее станция была расположена в сужении песочных часов на восточном берегу перешейка. До самого последнего времени других человеческих опорных пунктов на этой планете с почти наверное разумной жизнью не было.
А теперь на южном побережье бумеранга возникла база, построенная инопланетянами, которые называли себя хвархатами. Земляне называли их «враги», и ее станция — ее милая тихая станция для биологических наблюдений — была теперь битком набита дерьмовыми дипломатами.

С океана наползали темные тучи. В бухте на волнах появились белые барашки. Выйдя из центрального корпуса, Анна застегнула куртку и спустилась на пляж. Местный травяной покров, больше смахивающий на желтый мох, выбросил в последние дни стебли со спорами — высокие, перистые, они клонились под ветром.
Начало осени. Океанские течения изменятся, принесут тех, кого она изучает, из холодных вод вокруг полюса. Они будут собираться в бухтах вроде этой, сигналя друг другу прихотливой игрой огней, затем обменяются генетическим материалом (осторожно-осторожно вытягивая брачные щупальца из гущи стрекательных), а затем на свет появится молодь. А потом некоторые — если будут в настроении — задержатся в бухте, чтобы поговорить с землянами.
Она взобралась на причал, составной, вдающийся далеко в бухту.
Ее любимое время дня. Шагая по узким сегментам, она словно совершала мини-путешествие. И как всегда, путешествуя, она (ненадолго) вырывалась за пределы своей жизни. Она была не той, что вышла из главного корпуса, и не той, что поднимется на исследовательский катер, и могла с равной отвлеченностью взвешивать прошлое и будущее.
И особенно, воспринимать настоящее. Настил у нее под ногами поднимался и опускался в такт ее шагам и движению вод. Ее обдувал холодный и свежий ветер.
На Земле в такой день вокруг метались бы чайки и кричали. Но на этой планете птиц не было, а перемена погоды заставила насекомых попрятаться. Она прислушалась, но услышала только волны и ветер, и металлический скрежет трущихся друг о друга сегментов причала.
Катер стоял у дальнего его конца. А еще дальше, в середине бухты, покачивался на якорях плот для общения — десятиметровой длины, белый и, естественно, окрещенный «Моби Дик».
Она поднялась на катер и нырнула в каюту. Иоши, прихлебывая чай, следил за экранами. Он обернулся к ней.
— Вчера ночью приплыл Красно-красно-синий, во всю работая жгутами и показывая отличную скорость.
— На три недели раньше обычного времени.
Он кивнул.
— Все как всегда?
Иоши снова кивнул, из чего следовало, что инопланетянин зажигал огоньки сериями, которые означали «привет-рад-не нападу».
— Я ответил. Сигнальные лампочки на Моби в полном порядке. Красный покружил, потом дал сигнал узнавания и уплыл. — Он постучал пальцем по экрану с мерцающей точкой. — Вот Красный. У входа в бухту и не двигается. Ждет кого-нибудь сексуально поинтереснее, чем Моби.
За пять лет инопланетяне — ее инопланетяне — научились узнавать Моби и усвоили, что Моби не обменивается генетическим материалом. И до конца брачного сезона плот их интересовать не будет.
Она посмотрела в иллюминатор на серо-зеленую бухту. Снаружи плекс был весь в каплях. Брызги или начался дождь? Где-то там на прибрежном островке, еле различимом в самую ясную погоду, находилась хварская вспомогательная база — настолько близко, что хвархаты могли ежедневно посещать дипломатический лагерь, и все же на достаточном расстоянии, чтобы они могли чувствовать себя недосягаемыми.
— Они будут летать взад и вперед над бухтой каждый день, — сказала Анна. — Остается надеяться, что это ничему не помешает.
— Не думаю, чтобы у Красного и прочей компании на уме было хоть что-то кроме секса и страха… Если у них есть ум. — Он встал и завинтил крышку термоса. — Желаю приятно провести время, Анна.
Она приготовилась к восьмичасовому дежурству и налила чашку горячего кофе из своего термоса. Едва Иоши ушел, она включила аудиосистему.
Иоши раздражали звуки, издававшиеся разными животными в водах бухты. Но ей они нравились — стоны и посвистывания различных видов рыб, а также громкое прерывистое щелканье, производимое (в этом они почти не сомневались) обитателями донного ила — членистоногими, которые напоминали трилобитов.
А-а! Рыба-свисток! Анна пила кофе и слушала, время от времени поглядывая на экраны.
В десять часов, услышав шум моря, она вышла на палубу. Ну, конечно! С востока приближался самолет хвархатов. Веерный, увидела она, когда он пронесся у нее над головой. Выглядит совсем обычно: пожалуй, немножко курносым и обрубленным. Такой же изящный, как их космолеты. Или это самовнушение? Мы же видим то, что хотим видеть. А дождь зарядил всерьез. Паршивый день для первой встречи землян с единственно пока известной расой звездолетчиков.
Анна вернулась в каюту и включила коммуникационный аппарат. Как и было обещано, на экране возник аэродром — широкая полоса бетона под хлещущим дождем. Среди луж виднелся десяток фигур. Дипломаты-земляне. Все гражданские — в длинных темных пальто и с раскрытыми зонтиками. Только мужчины. Этого потребовали инопланетяне. Они отказывались вести переговоры с женщинами, что не свидетельствовало о широте взглядов. Но, возможно, есть какое-то объяснение, не сводящееся к предрассудкам. Имея дело с по-настоящему чужой культурой, никогда не следует спешить с выводами.
Земляне-военные находились вне поля зрения камер, а все остальные остались на станции. Доступ на аэродром был закрыт до тех пор, пока официальная встреча не завершится и инопланетяне не будут благополучно препровождены в дипломатический лагерь. Но, как дань вежливости, на аэродроме работала камера, подключенная к коммуникационной системе станции. Любой землянин на планете мог созерцать момент, когда творилась история. Анна подлила себе еще кофе.
Самолет приземлился, подняв тучи брызг. Полы пальто захлопали, зонтики черными воздушными змеями рвались ввысь. Один вывернуло наизнанку. Анна засмеялась. Все это выглядело так нелепо!
Дверь самолета открылась, и рука Анны с чашкой замерла. Развернулась лестница, и по ней начали спускаться люди. Плотные широкоплечие гуманоиды, серые как небо над ними и сетка дождя. Ни пальто, ни зонтиков. Только облегающая одежда в цвет их меха.
--------------------------------------------------------------

                               
Категория: Субъективные предпочтения
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 47
Гостей: 45
Пользователей: 2
stiff, Redrik

 
Copyright Redrik © 2016