Понедельник, 05.12.2016, 07:23
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Субъективные предпочтения

Роберт Хайнлайн / Гражданин Галактики
26.06.2015, 21:05
— Ты какими чарами пользуешься, приятель?
Это были первые слова, которые этот красавчик произнес за все время. Он уже битых двадцать минут околачивался в моем заведении, рассматривал образцы водостойких красок, листал каталоги водопроводных систем и пялился на витрину со скобяными изделиями.
Не нравится мне такая манера. Ничего не имею против законного делового интереса покупателя, но меня возмущает, когда так нахально суют нос в чужие дела.
— Самыми различными из тех, которыми пользуются местные лицензионные практики тауматургии , — ответил я ему тоном, хотя и прохладным, но все же достаточно вежливым. — А почему вас это интересует?
— Ты не ответил на мой вопрос, — надрывался он. — Давай-ка, рассказывай. Я не собираюсь тут торчать целый день.
Я сдержал себя. Я требую, чтобы мои клерки были вежливы с клиентами, и хотя был совершенно уверен, что этот малый и не думает ничего покупать, не собирался нарушать собственные правила.
— Если вы желаете что-нибудь приобрести, — сказал я, — мы будем рады подробно рассказать вам, какое волшебство и где применяется, если применяется при производстве тех или иных товаров, и кто из волшебников сделал их.
— Ты не очень-то хочешь сотрудничать, как я посмотрю, — пожаловался он. — Мы любим, чтобы люди сотрудничали с нами. Никогда не можешь заранее сказать, какие неприятности себе наживешь, если будешь отказываться от сотрудничества.
— Кто это «мы»? — огрызнулся я, и все мои потуги на вежливость улетучились. — И что значит «неприятности»?
— Вот это уже разговор, — сказал он с гадкой ухмылочкой и уселся на край прилавка так, что теперь дышал мне прямо в лицо. Он был маленького роста, смуглый — сицилиец, — решил я, — и одет в костюм явно с чужого плеча. Вся его одежда была выдержана именно в той цветовой гамме, которую я терпеть не мог.
— Я скажу тебе, кто такие «мы». Я — представитель организации, которая защищает людей от неприятностей, — если они достаточно сообразительны и готовы к сотрудничеству. Именно поэтому я и спрашиваю, какими чарами ты пользуешься Некоторые волшебники тут в округе не склонны к сотрудничеству, и поэтому удача изменяет им, а неприятности следуют по пятам за их товарами.
— Продолжай, — сказал я Мне хотелось, чтобы он показал, насколько далеко может зайти.
— Я знаю, ты смышленый парень, — ответил он — Например, как тебе понравится, если в твой магазин заберется саламандра, сожжет все товары и распугает покупателей? Или ты продашь материалы для строительства дома, а потом окажется, что в них обитает полтергейст, и он потом начнет бить посуду, сквашивать молоко и ломать мебель вокруг. Вот что может получиться, если имеешь дело не с теми волшебниками. Совсем немножко чего-нибудь в этом роде, — и весь твой бизнес рухнул. Мы ведь не хотим ничего такого, не правда ли? — и он снова искоса посмотрел на меня.
Я опять промолчал, и он продолжал:
— У нас в штате лучшие демонологи в сфере бизнеса, маги-эксперты, которые могут дать точные сведения о том, как тот или иной волшебник ведет себя в Полу-Мире, может ли он принести несчастье своим клиентам. А затем мы даем нашим клиентам советы, с кем из волшебников стоит иметь дело, и таким образом предохраняем их от неприятностей. Понятно?
Я все прекрасно понял. Ведь не вчера родился. Те волшебники, с которыми я имел дело, были местными жителями, и всех их я знал по многу лет. Это были люди с устоявшейся репутацией как здесь, так и в Полу-Мире. Они не делали ничего такого, что могло бы настроить против них стихии, а потому не могли принести никаких неприятностей.
Вот что означала вся эта гадость; я должен иметь дело только с теми волшебниками, которых отобрали они, и за ту плату, которую они сами назначат. При этом они могли как угодно обирать и волшебников, и меня. А если я не соглашусь на «сотрудничество», меня покарают те стихии, с которыми у них есть соглашение, — отступники, отягощенные всеми человеческими пороками, — мои денежки уплывут, а клиенты разбегутся. Если же я устою, то могу ожидать какой-нибудь действительно опасной черной магии, которая серьезно может повредить мне или даже убить.
И все это под видом оказания мне помощи в защите от людей, которых я хорошо знаю и люблю.
Чистый рэкет!
Слыхал я о чем-то в этом роде далеко на Востоке, но никак не ожидал встретить такое в маленьком городишке, как наш.
Он все еще сидел на прилавке, самодовольно улыбаясь мне в лицо и ожидая, что я отвечу. При этом он все время крутил из стороны в сторону шеей в слишком тугом воротничке. Тут-то я кое-что и разглядел; несмотря на всю его фатоватую одежду, у него на шее болтался шнурок. Похоже, что-то висело у него там, поближе к груди, — амулет. Если так, то он еще и суеверен, и это в наши-то дни!
— Постой, ты не учел еще кое-что, — сказал я ему. — Я седьмой сын, родился в сорочке, и кроме того, я еще и ясновидящий. С моей удачей все в порядке, а вот над тобой, я вижу, неприятности нависли, как кипарис над могилой!
Я рванулся вперед и дернул за шнурок. Раздался треск, и тот остался у меня в руке. Это действительно оказался амулет — противный клочок шерсти, ничего особенного, столь же непривлекательный, как дно птичьей клетки. Я швырнул его на пол и втоптал ногами в грязь.
Рэкетир спрыгнул с прилавка и стоял теперь ко мне лицом, тяжело дыша В правой его руке появился нож, а левой рукой он делал движения, чтобы отвратить дурной глаз: указательный палец и мизинец вытянулись вперед, делая мне рога Асмодея . Что ж, это мне знакомо.
— А вот волшебство, о котором ты, наверное, и не слышал! — крикнул я и выхватил из ящика под прилавком пистолет. Я наставил ему пистолет прямо в лицо. — Холодное железо! А теперь ступай назад к своему хозяину и скажи, что и его ждет здесь холодное железо , и так и этак!
Он попятился к двери, не спуская с меня глаз. Если взгляд может убивать, то это был именно тот случай. У двери он помедлил и плюнул на занавеску, а затем быстренько смылся.
Я положил пистолет на место и занялся своей работой, поджидая двух клиентов, которые и подошли сразу же, как только мистер Грязный Бизнес скрылся из виду. Но я, признаться, был немного обеспокоен. Репутация человека — самое ценное его достояние. У меня уже есть имя, хотя я еще достаточно молод. И заслужил я доверие клиентов прежде всего надежной работой. Ясно, как божий день, что этот красавчик и его приятели сделают все, чтобы подорвать мою репутацию, — а возможностей для этого сколько угодно, особенно если они якшаются с черной магией.
Конечно, работа со строительными материалами не требует столько волшебства, сколько другие производства, связанные с менее долговечными вещами. Люди хотят быть уверены, когда строят дом, что кровать однажды ночью не рухнет на фундамент, а крыша не испарится и не оставит их мокнуть под дождем.
Кроме того, строительство требует уйму железа, а есть всего несколько коммерческих чародеев, которым под силу справиться с холодным железом. Да и те немногие настолько дороги, что обращаться к ним не имеет смысла. Конечно, если кто-нибудь из золотой молодежи или кто другой того же сорта захочет покататься на лодке, для них можно сделать летний дом или плавательный бассейн при помощи одного только волшебства. Я принимаю такие заказы — за соответствующую плату, конечно, — и поручаю их кому-либо из дорогих, первоклассных волшебников. Но в основном мой бизнес предполагает использование магии лишь в побочных вопросах — всякие скоропроходящие вещи и модные штучки, которые люди предпочитают покупать задешево, а затем время от времени менять.
Итак, я не опасался за волшебство в своем бизнесе, но опасался, что волшебство может кое-что сделать против моего бизнеса. Особенно, если кто-нибудь очень захочет доставить мне неприятности.
Я уже держал в голове нечто такое о волшебстве, по крайней мере, из-за недавнего звонка от некоего человека по имени Дитворт. Это не имело никакого отношения к угрозам, просто деловое предложение, о котором я раздумывал, — принять его или нет. Но это меня тоже немного тревожило…
Я закрыл магазин на несколько минут раньше обычного и отправился к Джедсону — моему другу, который занимался швейным бизнесом. Он значительно старше меня — почти студента, даже без диплома, — и искусен во всех формах колдовства, белой и черной магии, некрологии, демонологии, заклинаниях, чарах, не говоря уже о более практичных формах ворожбы. Кроме того, Джедсон просто проницательный человек с самыми разнообразивши дарованиями, способностями и талантами Я многое приобрел, прислушиваясь к его советам.
Я ожидал застать его в офисе и более или менее свободным в этот час, но не тут-то было. Клерк направил меня в комнату, которую он обычно использовал для распродаж. Я постучал, а затем толкнул дверь.
— Хэлло, Арчи, — отозвался он, как только заметил, кто пришел. — Давай, входи У меня есть тут кое-что, — и он отвернулся.
Я вошел и огляделся. Кроме Джо Джедсона там находились еще рослая симпатичная женщина лет тридцати в форме медицинской сестры и человек по имени Август Уэлкер, старший мастер у Джедсона. Уэлкер был мастер на все руки, имел лицензию волшебника третьего класса. Еще я заметил маленького толстячка, Задкиля Фельдштейна, который работал агентом у многих второразрядных волшебников и у некоторых перворазрядных тоже. Конечно, его вера не позволяла ему самому заниматься магией, но, как я понимаю, она отнюдь не запрещала ему получать приличные комиссионные от этого. Я имел как-то с ним дела и должен сказать, что он вполне приличный человек.
Он сжимал в руке давно погасшую сигару и пристально смотрел на Джедсона и другого участника, который совсем утонул в глубоком кресле.
Этим другим участником была девушка не старше двадцати пяти лет, а может и меньше, блондинка. И до того тоненькая, что, казалось, просвечивала насквозь. У нее были большие, чуткие руки с длинными пальцами и крупный, трагический рот, волосы необычайно светлые, хотя она и не была альбиноской. Она откинулась навзничь в кресле, не спала и на вид была чуть жива. Медицинская сестра щупала у нее пульс.
— Что случилось? — спросил я. — У крошки обморок?
— Нет, — уверил меня Джедсон, обернувшись, — она — белая ведьма и находится в трансе. Теперь она немного устала, вот и все.
— И какая у нее специальность? — поинтересовался я.
— Готовое платье, полный комплект.
— Да? — Тут было чему удивляться. Одно дело — производить какие-то отдельные заготовки, и совсем другое — целиком платье или костюм, полностью готовый к носке. Джедсон придумал и разработал целую линию по производству одежды, в которой магия использовалась на всех стадиях, от начала и до конца. Он производил преимущественно спортивную одежду, разные новинки, дамскую модную одежду и тому подобное. Короче, все то, где стиль важнее всего прочего. Такие товары обычно помечали маркой «Только один сезон», и вещи вполне добросовестно служили в течение этого срока. Покупателям это нравилось.
Но готовую вещь нельзя было сделать за один прием. Необходимые заготовки делал обычно Уэлкер. Красители и дизайн разрабатывались отдельно. У Джедсона были хорошие связи с Малым народцем, который мог доставать краски и модели из Полу-Мира, причем такие, каких больше нигде не найдешь. Он использовал как старинные методы, так и магию в производстве одежды и приглашал только самых талантливых мастеров этого дела. Некоторые из его дизайнеров работали даже в Голливуда Все, что он просил, — это чтобы его упомянули на экрана.
Но вернемся к нашей блондинке.
— Да, все именно так, как я сказал, — подтвердил Джедсон, — готовое платье, да к тому же высокого качества Без сомнения, она настоящая МакКой. У нее был контракт с текстильной фабрикой в Джерси-сити. И я заплатил тысячу долларов, чтобы хоть разок посмотреть, как она делает этот трюк с готовой одеждой. Жаль, что у нее ничего не получается. Я перепробовал все, кроме раскаленных щипцов.
Крошка при этих словах, похоже, встревожилась, медицинская сестра выразила свое возмущение, а Фельдштейн принялся увещевать Джедсона, но тот его оборвал:
— Да это же просто оборот речи; вы же знаете, что я не пользуюсь черной магией. Взгляни-ка, дорогая, — продолжал он, обернувшись к девушке, — ты в силах попробовать еще раз?
Она кивнула, и тогда он добавил;
— Хорошо, а теперь — спать!
И она попробовала еще раз, причем безо всяких вздохов и стонов. Эктоплазма вышла свободно и в достаточном количестве и сформировалась в целое платье, а не только в заготовки. Это было прелестное маленькое домашнее шелковое платье, размер около 44, небесно-голубого цвета. Это была по-настоящему классная вещь, и я уверен, что любой увидевший ее торговец рад был бы сделать хороший заказ.
Джедсон ощупал его, отрезал клочок ткани и проверил его на обычных своих тестах, а под конец положил клочок под микроскоп и попробовал поджечь его спичкой.
Он выругался:
— Проклятье! Нет никакого сомнения, это не новый синтез, она просто реанимировала старую тряпку!
— Брось ты! — удивился я. — Ну и что из того?
— Ну, Арчи, тебе действительно следует немного подучиться. То, что она сейчас сделала, не имеет никакого отношения к творческой магии Это платье, — он поднял его и потряс им в воздухе, — действительно где-то и когда-то существовала Она заполучила кусочек от него, может, лоскут или даже пуговицу, и применила к ним законы гомеопатии и континуальности ассоциации, чтобы сделать из них симулякр .
Я понял его, поскольку и сам использовал такое в моем собственном бизнесе. Была как-то у меня секция спортивных трибун, вполне подходящая для проведения парадов и атлетических соревнований и построенная на моем участке при помощи старых методов опытным мастером-механиком и из лучших материалов, — никакого железа, конечно. Потом я разбил ее на куски. По закону континуальности ассоциации каждый кусочек нес в себе часть той структуры, в которую он раньше входил. По закону гомеопатии каждый кусок был потенциально всей структурой. Я собирался заключить контракт на торговлю 4 июля на улице или в цирке, послать туда пару опытных волшебников с таким количеством фрагментов трибуны, сколько нам нужно было новых секций. Они заколдуют каждый кусок на двадцать четыре часа. Таким образом, трибуны сами собой рассеются после того срока, как туман.
У меня произошла только одна накладка с этим. Ученик чародея, в чьи обязанности входило быть под рукой на случай, если какая-нибудь секция начнет исчезать, и подправить реанимированный фрагмент, по ошибке взял однажды не тот кусок дерева с места, где стояла секция. И когда мы в следующий раз его использовали на одном религиозном собрании, то обнаружили, что вырастили новое с иголочки четырехкомнатное бунгало вместо секции трибуны. Такое могло смутить каждого, но и просто повесил на него табличку: «Выставочный экземпляр» — и спокойно дорастил следующую секцию до конца.
Иногородний концерн пытался как-то вытеснить меня из этого бизнеса. Но одна из секций у них обвалилась — то ли из-за небрежной сборки, то ли из-за некачественного волшебства — и даже ранила несколько человек. С тех пор у меня был достаточный простор для работы.
Поэтому я никак и не мог понять, чем же Джедсону не нравится реанимация.
--------------------------------------------------------------

                               
Категория: Субъективные предпочтения
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 12
Гостей: 12
Пользователей: 0

 
Copyright Redrik © 2016