Вторник, 06.12.2016, 15:04
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Субъективные предпочтения

Энтони Ричес / Стрелы ярости
22.12.2014, 22:45
Сентябрь, 182 год от Р. Х.
В теплом свете послеполуденного солнца тунгрийские центурионы сгрудились вокруг своего командира, радуясь последним минутам затишья перед битвой. Марк Трибул Корв по-дружески подмигнул Дубну, бывшему опциону, а теперь центуриону Девятой центурии, которой прежде командовал Марк, а потом легонько подтолкнул локтем мужчину постарше – тот не отводил взгляда от солдат, строившихся на склоне холма.
– Хватит пялиться на легионеров, Руфий! Смирись, теперь ты тунгриец!
Руфий заметил его хитрую улыбку и кивок в сторону Юлия, старшего центуриона подразделения.
– Ничего не могу с собой поделать, Марк. Когда я вижу римских солдат, ждущих битвы, я сразу вспоминаю те дни, когда стоял перед ними с жезлом из виноградной лозы. И, кстати, это моя старая когорта…
Юлий отвлекся от изучения цели и одарил товарищей недовольным взглядом. Руфий чуть подтолкнул Марка локтем и с мрачным видом покачал головой.
– Ладно, братишка, давай оставим соратника в покое. Он не виноват, что пришлось все утро и половину дня расставлять две сотни пехотинцев и кучку метателей дротиков. А у меня живот рычит, как голодный пес, а в сапоги столько пота натекло, что будет хлюпать еще неделю.
Дубн обернулся и потрепал старого центуриона по плечу.
– В нашей когорте это называют не потом, а мочой.
Ветеран понимающе ухмыльнулся.
– Ты лучше думай, как впервые в жизни поведешь людей в бой, а уж я как-нибудь совладаю со своим мочевым пузырем в пятидесятом сражении… Молодо-зелено, правда, Юлий?
Юлию явно не нравилось долгое ожидание перед крепостью, которую предстояло штурмовать.
– Да заткнитесь вы наконец! Скоро атака. Как только этих придурков выбьют с вала, двинемся вперед. Нам отведена главная роль в великой победе трибуна Антония над племенем карветов. Когда разойдетесь по своим центуриям, прикажите солдатам готовиться к наступлению и еще один, последний раз объясните им задачу.
Батареи метателей дротиков выстроились по флангам центурий – люди, мокрые от пота, крутили ручки лебедок, натягивая тетивы. Юлий подтянул ремень шлема с колыхавшимся на ветру крестообразным гребнем – знак отличия центуриона – и снова повернулся к деревянным стенам крепости.
– Не доверяю я этим ленивым скотам. Недокрутят, и дротик полетит в своих… Как пойдем в атаку, помните: наша задача – ворваться внутрь и занять первый бастион. Больше ничего от вас не требуется. Трибун Антоний высказался предельно ясно.
Марк ухитрился ничем не выдать своих чувств, но Руфий не сдержал понимающей улыбки. Все офицеры Шестого легиона, брошенного на подавление мятежа карветов, знали: военный трибун горит желанием доказать, что способен командовать собственным легионом. Если ему не удастся это сделать до того, как истечет короткий срок его пребывания на посту, придет другой многообещающий генерал.
– Когда путь ко вторым воротам будет расчищен, мы запустим внутрь легионеров, а дальше уже их дело. Понятно? Подавите сопротивление за первой стеной и останьтесь там. Никаких подвигов, никаких попыток захватить цитадель. У вас нет под рукой двух когорт профессиональных солдат, рвущихся к славе. Как только наша задача будет выполнена, я дам отмашку этим бронированным быкам, и они сделают все остальное.
Собравшиеся вокруг Юлия офицеры обернулись: метательная батарея, стоявшая справа от шеренги солдат, выпустила по крепости, находившейся от них примерно в двухстах шагах, залп из трех снарядов. На таком расстоянии батарея могла стрелять прицельно. Еще один из варваров, выстроившихся вдоль деревянной стены, был скошен свирепой силой дротика и замертво рухнул на землю по ту сторону ограждения. В следующую секунду защитники крепости нырнули под заслон прочных деревянных бревен, а артиллеристы удовлетворенно ухмыльнулись. Их офицер сразу же приказал снова браться за лебедку и готовиться к новому залпу.
Юлий кивнул.
– Ну все, теперь больше не высунутся. Возвращайтесь к центуриям.
Все четыре центуриона отсалютовали и двинулись по своим местам в колоннах вспомогательной пехоты, построившихся по обе стороны от тяжелого деревянного тарана – главного орудия, которое должно было проложить дорогу в крепость. Дубн – высокий широкоплечий молодой центурион с фигурой атлета и густой черной бородой – перебросился парой фраз со своим опционом, и тот отправил дежурных проверить готовность солдат к бою. Пока они в последний раз осматривали оружие и доспехи, Дубн громким голосом повторил приказ – занять первый бастион, – затем вытащил из ножен короткий меч и поднял щит. Усмехнувшись, он обернулся к Марку, который спокойно стоял перед своей центурией, еще даже не успев надеть шлем, висевший на руке.
– Когда в прошлом месяце мне вручили жезл из виноградной лозы, я подумал, что мне не придется больше носить тяжеленный щит.
Глаза друга горели возбуждением перед предстоящим боем. Ростом Марк не уступал Дубну, хоть и выглядел тоньше. У него были черные, как вороново крыло, волосы, карие глаза и смуглая кожа, тело покрывала рельефная мускулатура – результат многих месяцев беспрестанных тренировок. Внешне молодой центурион мало походил на солдата вспомогательных войск, куда набирают парней из местного населения. На левом бедре у него висел длинный кавалерийский меч в ножнах, а в руке он держал более короткий гладиус. Искусной работы рукоять меча, сделанная в виде головы орла, отливала в свете послеполуденного солнца золотом и серебром.
– …И в результате ты снова держишь в руках эту разрисованную деревяшку, как будто по-прежнему стоишь в шеренге? Может, лучше возьмешь свой жезл? Как полагаешь, Дубн?
– Ну, нет, спасибо, Марк! Уж лучше я еще разок потаскаю эту ношу. Синеносые не вечно будут прятаться. Как только мы прорвемся через ворота, в нас полетит все, что можно, вплоть до старых корыт. Но это если мы прорвемся. Не хочешь в последний раз повести в бой Девятую центурию?
Его друг покачал головой, указав на передний ряд выстроившихся за ним воинов.
– Теперь это твои люди. Я только присоединяюсь. Ты первый, центурион.
Внезапный рев труб, призывавший замершие в ожидании центурии приготовиться к атаке, заставил их напрячься. Марк натянул шлем, скрыв лицо за жесткими линиями нащечников, и тоже взял щит.
– Пехота, в наступление!
Юлий, стоявший во главе левой колонны, обернулся к солдатам.
– Вперед, тунгрийцы!
По его команде подразделение, построенное в две колонны, размеренным шагом двинулось вниз по пологому склону холма, который спускался к крепости. С трех сторон крепость была совершенно недоступна из-за поросших лесом крутых склонов, обрывисто уходивших вниз с севера, юга и востока. Подойти к ней можно было только с запада, где плоский и безлесный гребень изгибался, примыкая к горе. Там располагалась артиллерийская поддержка и две когорты легиона, готовые последовать в наступление за тунгрийскими ауксилиями. По обеим сторонам от гребня склоны были покрыты густыми зарослями дуба и березы, и пробиться через густой подлесок из остролиста, ольхи и орешника было практически невозможно. Широкая часть гребня почти напрямую вела к массивным деревянным воротам. Однако обитатели крепости, предвидя очевидный маневр, возвели с западной стороны сложную систему защитных сооружений. Внутреннюю часть крепости, расположенной на плоской вершине горы, окружали три последовательно стоящих частокола из толстых деревянных бревен.
При приближении к деревянному бастиону тунгрийцы укрылись щитами. Боевой таран с железным наконечником, сделанный из срубленного в соседнем лесу толстого дуба, висел на цепях между двумя рядами пленников, раскачиваясь взад-вперед. Каждая пара пленников была скована цепью, крепившейся на запястьях и обмотанной вокруг ствола. По обе стороны от голых по пояс пленников маршировали солдаты с обнаженными мечами.
В зловещей тишине центурион отрывисто крикнул:
– Когда подойдем к воротам, раскачивайте таран изо всех сил. От этого зависит ваша жизнь. – Он выждал немного, чтобы те из пленников, кто говорит на латыни, перевели его слова остальным. – Когда ворота будут проломлены, вас освободят от цепей, и вы сможете войти в форт и сразиться с его защитниками тем оружием, которое там найдете. Если вы вдруг вздумаете бежать, стоящие рядом солдаты прикончат вас без тени сомнения. Оставшиеся в живых получат второе клеймо и вернутся в свои деревни.
Кое-кто из пленников невольно бросил взгляд на клеймо, безжалостно выжженное у них на правом предплечье. Буква «С» означала captivus – пленник.
– Напоминаю: если попробуете сбежать, то при отсутствии второго клейма в случае повторной поимки вам грозит распятие. А это, парни, не самый приятный способ расстаться с жизнью. Лучше умереть в бою, чем вымучивать свой последний жалкий вздох в агонии, вися, как кусок гнилого мяса.
Дубн подтолкнул приятеля локтем.
– Приглядывай за ними, когда войдем внутрь. Многие сражались против нас в Битве утраченного орла. Я даже узнал парочку. Наверняка они не прочь прихватить кое-кого из нас на тот свет. Особенно тех, у кого на голове помойные ведра с гребнями, как у нас с тобой.
Атакующие остановились перед массивными деревянными воротами.
– Лучники, приготовились…
Центурия сирийских лучников выстроилась позади маленького отряда, готовясь осыпать бастион стрелами, если защитникам крепости хватит глупости высунуться из-за стены. Центурион скомандовал начать атаку. Мыча от натуги, пленники, несшие таран, оттянули ствол назад, а потом общим усилием обрушили его на ворота. Заостренный железный наконечник с громким стуком ударил в створки, осыпав стоявших рядом тунгрийских солдат тучей пыли. Один из дикарей высунулся из-за стены и поднял руки, чтобы обрушить камень на головы нападавших, но, пораженный вонзившейся ему в горло стрелой, упал, не успев даже выпустить из рук свой снаряд. Еще дважды таран бил в трещавшие ворота. С четвертым ударом левая створка покосилась, готовая обрушиться на землю. В напряженной тишине Юлий резко выкрикнул:
– Тунгрийцы, по моему приказу…
Пятый удар тарана вышиб левую створку, и ее обломки в облаке щепок рухнули в пространство между первым и вторым частоколами. Оставшись без поддержки, правая створка недолго сопротивлялась напору тарана и после двух ударов железного наконечника упала на землю, открыв дорогу нападающим. В следующую минуту стражники-легионеры бросили закованным в кандалы варварам ключи от цепей и, укрывшись за щитами, с мечами наголо стали ожидать, пока те освободятся от тарана. Кое-кто из варваров подобрал цепи, чтобы использовать их как примитивное оружие. Остальные смотрели на окружавшие их римские войска со смесью ненависти и страха. Когда последний из пленников освободился, центурион указал мечом на ворота:
– Идите и завоюйте себе свободу!
Пленники неуверенно переглядывались. Затем здоровенный детина с лохматыми космами, управлявший тяжелым наконечником тарана, прорычал какое-то проклятие и бросился в ворота крепости. Его поступок вызвал дружный вопль ярости, и тут же остальные кинулись за ним в бешеную атаку. Когда варвары скрылись в воротах, Юлий взмахнул мечом.
– Вперед!
Все четыре центурии бегом бросились в открывшийся проход. Солдаты непроизвольно пригнулись, когда метатели дротиков, стоявшие позади них, на холме, выпустили поверх голов залп из своих орудий. Едва только Марк, переступив через разбитые доски ворот, оказался внутри, как прямо перед ним один из защитников крепости свалился со стены и с мокрым хрустом ломающихся костей упал на землю. Из груди его торчал железный дротик. Марк шагнул вперед и не раздумывая ударил умирающего мечом по голове, чтобы добить наверняка, а потом окинул внимательным взглядом внутреннее пространство, огороженное изгибающимся частоколом. Им вдруг овладело яростное желание раз за разом пронзать мечом врагов, однако поблизости не было никого, кроме полуголых варваров, топтавшихся в пространстве между стенами, и разбросанных трупов защитников крепости, павших жертвами метателей дротиков. Раздавшийся за спиной крик заставил его вздрогнуть. Инстинктивно прикрывшись щитом, Марк повернулся к противоположной стене и услышал лязг металла о металл – копье, метившее ему в спину, лишь слегка задело железный набалдашник в центре его щита. Метатель взревел от досады, но в следующее же мгновение качнулся вперед и, сорвавшись со стены, упал на землю, совершив в воздухе сальто вполоборота. Из шеи у него торчала стрела – это была цена, которую он заплатил за возможность подняться для броска.
Краем глаза Марк заметил движение: примерно сотня варваров выбежала из-за внутренней стены форта справа от него, размахивая мечами и топорами, и с дикими криками набросилась на атакующих. Защитники крепости без всякой жалости прорубили себе дорогу среди безоружных соплеменников: зная, что тем было предложено заслужить свободу в бою, они не собирались рисковать, выясняя, на чьей стороне те намерены сражаться. По какой-то причине защитники направили все свои силы на отражение атаки тунгрийцев. Расчет на то, что ауксилии взломают первую линию обороны крепости, а основную тяжесть сражения возьмут на себя когорты легиона, явно не оправдался. Увидев атаку варваров, Дубн вышел вперед и, преодолевая минутное замешательство, скомандовал:
– Построиться в шеренгу!
Бо€льшая честь Девятой центурии уже прошла в ворота, и в считаные мгновения солдаты образовали сплошную стену щитов между первым и вторым частоколами. Другие центурии встали плотным строем в тылу, в узком пространстве между двумя стенами. Волна нападающих налетела на них, колотя по щитам мечами и топорами, но тунгрийцы успешно сдержали натиск. Они умело наносили противникам убийственные удары, целясь в горло, живот или пах. Марк, зажатый позади шеренги, вытянул шею, пытаясь увидеть, что происходит за спинами разъяренных защитников крепости. Он заметил, что тот самый здоровяк, который первым из пленных варваров бросился в ворота, встал на ноги в десятке шагов от последнего вражеского воина. Судя по красной полосе на лбу, кто-то из защитников крепости свалил его на землю, не потрудившись удостовериться, что удар вывел врага из строя до конца сражения. Громко крича, здоровяк указывал на что-то, скрытое от Марка изгибом внутренней стены; за шумом битвы нельзя было разобрать ни слова. И тут внезапно Марка осенила догадка.
– Следующие ворота!
Он повернулся к Дубну, указывая за спины варваров, толпившихся по ту сторону стены из сомкнутых щитов.
– Вторые ворота открыты! Дай мне десять человек! Живо!
Марк вложил длинный обоюдоострый меч-спату в ножны и, сдвинув щит в сторону, ловко вскарабкался по деревянной лестнице, ведущей на стену. Мысль, что воины, яростно набрасывающиеся на тунгрийские щиты, оставили незащищенным проход в самое сердце крепости, подхлестывала его. Взобравшись на узкую площадку на стене, Марк бросил беглый взгляд на залитые светом заходящего солнца боевые штандарты легиона, основные силы которого толпились на другой стороне горы в ожидании сигнала к наступлению. Он поднял вверх скрещенные кулаки – условный сигнал сирийским лучникам, означающий, что стена захвачена и надо прекратить стрельбу. Центурион лучников помахал ему в ответ и скомандовал своим людям «отбой».
На площадку поднялся еще один солдат, смутно знакомый по тем временам, когда Марк командовал Девятой центурией. Их взгляды встретились, и едва лишь Марк поднял руку, делая знак спуститься пониже, как горячая струя солдатской крови ударила ему прямо в глаза. Тяжелый дротик вспорол горло солдата, словно скальпель хирурга. Кровь обрызгала кольчугу Марка, а солдат рухнул вниз, на сражающихся людей. Второй дротик воткнулся в дерево на краю стены – еще немного, и он угодил бы Марку прямо в живот, – а третий просвистел на расстоянии ладони от уха и врезался во внутреннюю стену. На стене появился еще один человек, в котором Марк опознал Меченого – солдата Девятой центурии, прозванного так из-за шрама на лице.
  -------------
  "Скачайте книгу в нужном формате и читайте дальше"
Категория: Субъективные предпочтения
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 21
Гостей: 19
Пользователей: 2
Redrik, Marfa

 
Copyright Redrik © 2016