Понедельник, 05.12.2016, 23:37
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Субъективные предпочтения

Бенджамин Перси / Красная луна
10.09.2014, 22:53
Сон не идет. Всю ночь Патрик Гэмбл лежит на кровати с закрытыми глазами, но даже сквозь сомкнутые веки различает, как сменяются на часах красные цифры: два, три тридцать, четыре десять… И вот наконец четыре тридцать. Будильник не успевает прозвонить — Патрик уже на ногах. Щелкает выключатель. Рядом с постелью стопкой сложена его одежда: синие джинсы и черная футболка. Все готово, настал момент, которого он с таким содроганием ждал последние два месяца. Патрик одевается, бредет в ванную, принимает душ, чистит зубы мятной пастой и смазывает подмышки дезодорантом. Потом возвращается в комнату, кидает туалетные принадлежности в разинувший пасть чемодан.
И замирает над ним, словно ждет чего-то, словно достаточно только очень сильно захотеть — и желаемое сбудется. Но последняя надежда тает: Патрик затылком чувствует взгляд появившегося в дверях отца и оборачивается.
— Пора, сынок.
Нет, он не заплачет. Это отец его научил. Если уж станет совсем невмоготу, плакать надо тайком, чтобы никто не видел твоих слез. Патрик застегивает молнию на куртке и поднимает чемодан. Из зеркала на дверце шкафа на него смотрит собственное отражение: на верхней губе прорезалась щетина, глаза от бессонницы красные, как у кролика. Он отворачивается и молча спускается в гостиную.
Возле дома стоит заведенный грузовик. Аромат сосен смешивается с запахами выхлопных газов. Вот-вот на темном небе появится солнце, но пока на горизонте лишь едва заметное свечение, ложный рассвет. Колесики чемодана увязают на гравийной дорожке, и Патрику приходится тянуть его обеими руками. Отец хочет помочь, но он резко отвечает: «Не надо» — и сам закидывает чемодан в кузов.
— Не сердись! — Слова отца повисают в воздухе, и Патрик с лязгом захлопывает задний борт грузовика.
На сиденье лежит завернутый в салфетку бутерброд с арахисовым маслом, но желудок у Патрика сжался в болезненный комок, о еде даже думать не хочется.
Грузовик едет по обсаженной деревьями гравийной дорожке, и в свете фар на стволах пляшут длинные тени. На проселочной дороге ни души, но вот они уже выехали на шоссе и нырнули в поток автомобилей. Теперь на юг, в сторону Сан-Франциско. Половина неба усыпана звездами, а другую половину закрывают клубящиеся черные тучи, которые время от времени прошивает золотая проволочка молнии.
Отец выражает надежду, что погода наладится и самолет взлетит без проблем. Патрик соглашается.
— Ты записал номер Нила? — спрашивает отец.
— Записал.
— На тот случай, если вдруг мамы дома не будет или же возникнут какие-нибудь проблемы.
— Да, папа, я понял.
— Вообще-то, вряд ли, но мало ли что — а до Нила ехать всего три часа.
— Угу.
Небо из черного становится лиловым, солнце, звезды и тучи устроили там настоящую битву. Патрику приходит в голову, что именно так все и обстоит в жизни: океан, лес, пустыня, город, облака, туман, солнце — они существуют по отдельности и в то же время постоянно находятся в противоборстве, множество миров сталкиваются друг с другом.
Через полчаса над горизонтом появляется огненный шар, на который больно смотреть. Отец изо всех сил сжимает руль, словно боится, что если отпустит его, то машина сломается. До самого аэропорта оба молчат, им нечего больше сказать, все уже давно сказано. Патрик не хочет никуда ехать, но кого интересуют его желания — он должен. Как и его отец, который всю свою жизнь делает то, что должен.

На небе клубятся тучи. Накрапывает дождь. Пронзительно кричат чайки. Вокруг залива стеной встал туман. Вдалеке в дымке смутно темнеют холмы, с шоссе доносится приглушенный гул. Автомобили съезжают с основной трассы на дорожки, ведущие к долгосрочным парковкам, стоянкам прокатных автомобилей, терминалам международного аэропорта Сан-Франциско. Вот черный седан с серебристым радиатором направился вниз, в подземный тоннель, к залу прибытия. Другие машины останавливаются у края тротуара, их водители открывают багажники, включают сигнализацию. Но седан едет дальше, мимо всеобщей суеты, сворачивает за угол, туда, где тоннель чуть изгибается между бетонными стенами, и притормаживает. Открывается дверь, и из автомобиля выходит мужчина с кейсом. Он не прощается с водителем и не оглядывается.
Через минуту мужчина уже входит в здание аэропорта, на его губах играет улыбка. Типичный бизнесмен, предвкушающий выгодную сделку. Черный кожаный кейс с серебряными застежками, начищенные до блеска остроносые ботинки, тщательно выглаженный темно-серый костюм, накрахмаленная белая рубашка, красный галстук. Напомаженные волосы зачесаны набок; они с проседью и от этого кажутся присыпанными золой. На первый взгляд самый обычный мужчина, который ничем не отличается от сотен других пассажиров, оказавшихся здесь этим утром. Весьма заурядная внешность — человек из толпы.
Но если присмотреться, можно заметить слишком бледные щеки и покрасневшую шею, усыпанную язвочками: мужчина этот явно раньше носил бороду и сбрил ее накануне ночью. Еще можно заметить, как побелели костяшки пальцев, сжимающих ручку кейса. Чуть красные от недосыпа глаза, плотно сжатые челюсти, вздувшиеся желваки.
Но в аэропорту царит обычная суматоха, и никто ничего не замечает: ни охранники, ни стюардессы, ни пассажиры. Шум, толкотня, настоящий карнавал звуков и лиц. Над входом подмигивает датчик, и стеклянные двери распахивают пасть. Мужчина входит в отделение выдачи багажа. Вот стайка японских туристов в кислотно-зеленых спортивных костюмах. Вот толстяк, едва уместившийся в кресло-каталку. Вот усталые родители с огромными рюкзаками волокут за собой раскрасневшихся отпрысков. Вот какой-то человек в кроссовках на липучках и серой ветровке запрокинул голову и, глядя на ворону, примостившуюся на белой металлической балке, удивленно спрашивает: «А это еще здесь откуда?»
Мужчина протискивается сквозь толпу, поднимается по эскалатору, проходит мимо касс прямо к пункту досмотра. Идет он быстрым уверенным шагом, но глаза его лихорадочно бегают по сторонам. Из нагрудного кармана темно-серого костюма торчит краешек распечатанного накануне посадочного талона, его можно принять за каемку носового платка. Мужчина дотрагивается до кармана: проверяет, на месте ли билет.
Бритоголовый охранник, почти не глядя на пассажира, быстро проводит лучом специального синего фонарика по удостоверению личности и подписывает посадочный талон:
— Все в порядке.
— Спасибо.
Длинная очередь движется сквозь лабиринт из черных заградительных шнуров. Оказавшись под рамкой металлоискателя, мужчина закрывает глаза и задерживает дыхание. Охранник машет рукой:
— Проходите, все в порядке.
Через мгновение аппарат для досмотра багажа выплевывает пластиковый ящик с остроносыми ботинками, кейсом, бумажником и серебряными часами. Перед тем как вновь застегнуть ремешок на запястье, мужчина внимательно смотрит на циферблат. До начала посадки еще сорок минут.
Сегодня он не позавтракал, и желудок болезненно сжимается. Из ближайшей забегаловки доносится восхитительный запах сосисок и яичницы. Устоять невозможно. Внутри у него все буквально переворачивается от голода. Мужчина заказывает сэндвич и нервно расхаживает из стороны в сторону в ожидании, пока его приготовят. Наконец официант выкрикивает номер его заказа, он забирает со стойки бумажный пакет, рвет его и, чуть ли не задыхаясь от нетерпения, запихивает в рот содержимое. Слизывает остатки жира с обертки, сминает ее и выкидывает в урну. Облизывает пальцы. Вытирает руку о брючину, отчего на темной ткани остается лоснящийся след. Но мужчина не замечает этого, он оглядывается вокруг: не обратил ли кто на него внимания. И кое-кто действительно обратил. Рядом в кресле-каталке сидит старушка со сморщенным, словно высушенное яблоко, лицом; ее волосы напоминают пух одуванчика. Рот старой дамы разинут от изумления, видны пожелтевшие зубы.
— Надо же, как вы проголодались!
Мужчина отправляется к посадочным воротам и замирает возле испещренного дождевыми каплями окна. Сквозь свое призрачное отражение разглядывает самолет. Внизу, разбрызгивая воду на асфальте, разъезжают туда-сюда заправщики и тележки с багажом, небо в лужах то и дело покрывается рябью. У работников аэропорта поверх дождевиков надеты яркие оранжево-зеленые жилеты со светоотражателями. Чемоданы кидают на конвейер и отправляют наверх, в обнажившееся нутро самолета. Вдалеке по взлетной полосе мчится ДС-10, похожий на гигантскую пулю: все быстрее и быстрее; вот его нос задирается, огромная машина отрывается от взлетно-посадочной полосы и взмывает вверх. Через мгновение самолета уже нет — он исчез среди туч.
Мужчина то и дело сверяется с часами. Галстук сдавливает шею. В костюме жарко. Хочется снять пиджак, но рубашка липнет к телу: ткань наверняка покрылась влажными пятнами и насквозь промокла на спине. Пот катится с него градом. Мужчина промокает лоб посадочным талоном, и чернила на белой бумаге чуть расплываются.
Сотрудница аэропорта проходит за стойку и объявляет по громкой связи номер рейса и пункт назначения: триста семьдесят третий, до Орегона. Ее равнодушный механический голос словно бы доносится из жестяной банки: «На посадку приглашаются пассажиры первого класса и держатели специальных карт». Мужчина снова смотрит на часы и уже в сотый раз за утро проверяет, на месте ли посадочный талон. Вылет через двадцать минут, он в группе номер два. Как же трудно стоять на месте.
Еще несколько минут. Может, подойти к стойке и смешаться с группой людей, ожидающих посадки? Но все эти тела, тепло, запахи… Нет, лучше остаться возле окна.
Теперь просят пройти на посадку пассажиров с детьми и инвалидов. Потом группу номер один. И наконец, группу номер два. Мужчина спешит к воротам. Но там столько народу, столько чемоданов, что сразу и не разберешь, кто садится в самолет, а кто только ждет своей очереди. Все толкутся на месте, настоящая стена из мяса. Хочется раскидать их в стороны, швырнуть в них что-нибудь, но он берет себя в руки, выравнивает дыхание, обходит толпу и находит конец очереди. Пассажиры суетятся, протягивают девушке в форме посадочные талоны, а та сканирует штрихкоды, улыбается равнодушной улыбкой и все повторяет: «Спасибо, спасибо, спасибо».
Только сейчас он замечает полицейских: те стоят прямо у входа в телетрап и внимательно изучают пассажиров. Мужчина и женщина, оба широкоплечие и мощные, объемистые животы выпирают из форменных курток. Ясное дело, его поджидают, кого же еще. Вот сейчас копы набросятся на него, повалят на пол, защелкнут наручники. До стойки осталось всего несколько шагов, но полицейские вдруг подходят к женщине в мягкой шляпе и длинном цветастом платье. Извиняются: мол, осуществляется выборочная проверка пассажиров. «Это для вашей же безопасности».
Он улыбается и протягивает девушке в форме посадочный талон.
— Спасибо.
— Вам спасибо.
Очередь изгибается. Пассажиры неспешно заходят в распахнутый зев телетрапа. Они синхронно клонятся в сторону: у каждого на плече болтается сумка с ноутбуком. Сквозь щели задувает холодный влажный ветер. Мужчина в своей пропитанной потом одежде вздрагивает от холода.
— Боитесь летать? — спрашивает кто-то у него за спиной.
Низенький, приземистый незнакомец с козлиной бородкой, на бейсболке и ветровке — оранжево-черная эмблема Орегонского университета.
— Чуть-чуть.
Телетрап загибается влево, вот уже и люк самолета. Возле кухонного отсека, у самого входа, стоит стюардесса и улыбается ярко накрашенными губами:
— Мы рады видеть вас на борту.
Он проходит мимо вместе с другими пассажирами, чуть спотыкаясь, ковыляет по проходу через притихший салон первого класса. Те, кто уже успел разместиться, с шелестом разворачивают газеты. Верхние отделения для багажа раскрыты — раззявленные рты, готовые поглотить сумочки, сумки и кейсы. Люди забрасывают наверх вещи и рассаживаются.
Ему кейс не понадобится. Там только пара ручек да вчерашняя газета. Мужчина убирает его наверх и усаживается. Место 13 «А». Он поднимает шторку на иллюминаторе и смотрит на здание аэропорта, но тут кто-то плюхается в соседнее кресло. Давешний незнакомец с козлиной бородкой.
— Это снова я.
Он ничего не отвечает, лишь защелкивает пряжку и подтягивает ремень безопасности. Опять выглядывает в окно, смотрит на лужи на асфальте, на грузчиков, кидающих последние чемоданы на ленту конвейера. Хорошо бы человек с козлиной бородкой помолчал.
Увы, напрасные надежды. Его сосед не прочь поболтать.
— Куда направляетесь?
— В Портленд.
— Ну да, конечно. Мы все туда летим. Просто хотел спросить, там ли у вас конец пути.
— Конец пути? — Мужчине трудно выговаривать слова, беседа отвлекает его и кажется неуместной. Мысли его далеко, он уже прыгнул на двадцать минут вперед, опередив взлетающий самолет. — Да, там.
— Портленд, город роз. — Бородач растягивает слово: «ро-о-оз». — Вы сами оттуда?
— Нет.
— И я нет. Я из Сейлема.
Назойливый собеседник принимается насвистывать песенку, но быстро замолкает, вытаскивает из кармана на спинке кресла журнал, листает его и сообщает:
— Да, кстати, меня зовут Трой.
В проходе толпятся пассажиры. За окном самолеты плавно опускаются на землю с низкого серого неба и взмывают ввысь. Вот один исчез в облаках, а вот появился другой: они словно морские птицы в погоне за добычей. Хвосты у них красные, лиловые и синие. Взвизгивают тормоза.
Наконец люк закрывается. От перепада давления у мужчины закладывает уши. Стюардесса по громкой связи приветствует всех, торопливо рассказывает о маршруте и переходит на плавный певучий тон: «Пристегните, пожалуйста, ремни и прослушайте правила поведения на борту». Он не обращает внимания на ее оживленное щебетание. Шипят вентиляторы. Ворчат двигатели. Самолет отъезжает от терминала, несколько раз разворачивается и подкатывает к взлетной полосе. Командир отрывисто рявкает в микрофон: «Экипажу приготовиться к взлету».
Машина устремляется вперед, набирает скорость. Дождевые капли тоненькими дрожащими росчерками размазываются по стеклу иллюминатора. Рычат двигатели. Самолет отрывается от земли. В первый момент пассажиров вжимает в кресла, но мужчина чувствует себя невесомым, испытывает мощный прилив энергии. Внизу в тумане остался город. «Наверное, — думает он, — сейчас люди поднимают головы и провожают нас взглядами». Люди в машинах, люди на шоссе. Гадают, куда направляется самолет, кто на борту, какие приключения ожидают пассажиров. А он один-единственный знает ответ, и от этого его охватывает головокружительное ощущение всемогущества.
  -------------
  "Скачайте книгу в нужном формате и читайте дальше"
Категория: Субъективные предпочтения
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 22
Гостей: 21
Пользователей: 1
Redrik

 
Copyright Redrik © 2016