Воскресенье, 04.12.2016, 04:52
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Субъективные предпочтения

Джеймс М. Тейбор / Заледеневший
02.07.2014, 01:07
Готовясь к заключительной стадии полета, «С-130» резко клюнул носом и, заложив тридцатиградусный вираж, предоставил Халли Лиленд возможность посмотреть на то, что находилось внизу. Был второй понедельник февраля; дело происходило на Южном полюсе сразу после полудня. Темноту прорезали две полоски света, тонкие и красные, будто свежие, только что сделанные скальпелем надрезы на коже. Расстояние в полмили до Южной полярной станции «Амундсен-Скотт» пришлось лететь по сияющему небосводу. Воздух был прозрачным, как полированное стекло; красные, белые и золотые лучи ярко сверкали, словно отражаясь от ограненных драгоценных камней, лежащих на земле в одной миле под крылом проплывающего над ними самолета.
— У пилота, похоже, денек не из приятных? — громко прокричала Халли, стараясь, чтобы ее услышал единственный, кроме нее, пассажир, старший по погрузо-разгрузочным работам. За время полета он ни разу не поднял головы от страниц старого номера журнала «Пипл».
О покое оставалось только мечтать. Халли находилась в пути уже четыре дня и четыре ночи, и желание поспать томило ее, словно неутолимая жажда. Но самолет был предназначен для перевозки грузов и не обеспечивал пассажирам никакого комфорта в полете. Ее посадочным местом стала бухта нейлонового троса, подвешенного, как гамак, в фюзеляже, а четыре ревущих двигателя делали попытки заснуть столь же бесплодными, как если бы вместо моторов тут был грохочущий водопад. Поэтому большую часть трехчасового перелета Халли то вспоминала неприятную сцену прощания с Уилом Бауманом в Далласе, то пыталась мысленно представить подледниковое озеро, вода в котором имела температуру двадцать два градуса. Именно озеро и послужило основной причиной ее визита сюда.
— Пилот просто развлекается! — В голосе старшего по погрузо-разгрузочным работам послышались веселые нотки. — Представляете, какая это скучища — лететь из «Мак-Мёрдо» до полюса и обратно? А когда самолет входит в облака, эти сидят в кабине, а мы — вдвоем в салоне. Понимаете, о чем я?
Халли была не уверена, что понимает. Посмотрев вниз на лед, она увидела, как пучок белого света вдруг рассыпался на многочисленные дрожащие лучики.
— Что это?
— У полярников есть поговорка: «Два лучших дня в вашей жизни — это когда вы прилетаете сюда и когда улетаете отсюда». Большое счастье — убраться из этих краев. — Мужчина внимательно посмотрел на Халли. — Обычно посетители не прилетают к нам в такое время года. Вы специально прибыли сюда зимой?
— А вам, похоже, очень хочется побыстрее вылететь обратно на «Мак-Мёрдо»?
— В этом нет ничего удивительного.
— Настроение у вас, я вижу, совсем не радостное.
— Ну сами посудите, большую часть времени до вылета обратно парни посвятят пьянке. А это значит похмелье, драки и прочие прелести.
— Пьянке, говорите? Так ведь сейчас только полдень.
Старший по погрузо-разгрузочным работам снова посмотрел на Халли:
— Вы что, здесь в первый раз?
Пилот за штурвалом все же умел летать, признала Халли. Она почти не почувствовала, как стальные лыжи самолета поцеловали лед, — а это нелегкий трюк с шестьюдесятью тоннами груза да еще в разреженном воздухе на высоте тысяча триста футов. Самолет, вырулив к месту стоянки, остановился, спустил наклонный грузовой трап. Халли задержалась внутри, надевая на лицо защитную маску и натягивая на голову отороченный мехом капюшон.
— Я не задержу вас, мэм. Скоро вас высадят. — Говоря это, старший по погрузо-разгрузочным работам подавал руками знаки стоявшей на льду толпе.
— Простите, что отрываю вас от дела. Такое зрелище здесь можно наблюдать не каждый день? — спросила Халли, глядя на полярное сияние, похожее на развернутый поперек черного неба висящий орнамент из зеленых и пурпурных сполохов.
Нахмурившись, мужчина ссутулился:
— Да, особенно в полуденное время.
Стена тел в черных парках встала на пути прибывших, не давая идти вперед по льду. Лица, скрытые под поднятыми меховыми воротниками, налобные светильники, смог от выдыхаемых алкогольных паров. Люди в толпе перемещались, перетасовывались и топали ногами, совсем как лошади на родительской ферме Халли в Шарлотсвилле.
— Пропустите, пожалуйста, — обратилась она к собравшимся.
— Пропустить через нас? — грубо сострил кто-то.
Несколько человек расхохотались, но никто не сдвинулся с места.
Халли обошла их сбоку.
— Посадка! — пронзительно закричал старший по погрузо-разгрузочным работам и отскочил в сторону, как пешеход, случайно вышедший на полосу движения.
Потом он наконец сгрузил на лед два оранжевых походных чемодана Халли.
— Добро пожаловать в насквозь промерзший ад, мэм. Желаю вам хорошо провести здесь время! — театральным тоном объявил он, и девушка впервые услышала, как его голос прозвучал бодро и жизнерадостно.
— А чему вы сейчас так радуетесь?
— Да тому, что уже улетаю отсюда, мэм.
Халли наблюдала за тем, как самолет выбрался на взлетную полосу, а потом снова взлетел и повернул обратно на «Мак-Мёрдо». Она осталась на льду в полном одиночестве. Никогда ей не доводилось бывать в столь мрачном и пугающем месте. Небо над головой напоминало сияющий купол из полированного оникса с выгравированными белыми крапинками звезд. Лед был похож на розово-красный мрамор, местами покрытый снежными сугробами, изъеденными ветровой эрозией. Ветер дул со скоростью двадцать миль в час. Для полюса это почти безветрие: здесь ураганные ветры со скоростью сотни миль в час — явление весьма частое.
Цифровой термометр, висящий на одном из замочков застежки-молнии, показывал шестьдесят восемь ниже нуля. А под пронзительным ветром температура опускалась почти до минус ста. Халли когда-то слышала, что, по мнению пожарников, огонь — голодное живое существо. Этот холод, похоже, тоже был живым. И голодным. Он проникал через семь слоев специальной одежды, сквозь швы, застежки-молнии и участки, в которых теплозащитная подкладка была тоньше. Неприкрытые участки кожи лица обжигало так, словно к ним прикасались горящей сигаретой.
Внезапно Халли подумала, что, наверное, умрет прямо здесь, на этом самом месте, где она вышла из самолета и откуда отчетливо видела станцию. «Все рассказы об аде — это сплошная чушь», — пронеслось в голове. В аду наверняка так, как здесь: холод, темнота и все мертвое. Девушка повернулась на триста шестьдесят градусов вокруг себя, но не увидела ничего, кроме станции. В этом прозрачном, первобытной чистоты воздухе казалось, что до нее менее полумили, но Халли видела расстояние от посадочной полосы до станции на карте в «Мак-Мёрдо». Она провела ногой по льду. Его поверхность была изрезана и усыпана мелкими осколками, словно хоккейная площадка после игры. В голове ощущались легкость и пустота. В глазах мелькали серебряные искры. В ушах стоял звон, Халли подташнивало; вздохнуть полной грудью она не могла, сердце тяжело и учащенно билось. Приличная высота над уровнем моря, антарктический холод, усталость — ведь Халли только что прилетела.
Она привезла с собой костюм для дайвинга и все, что нужно для работы под водой, поэтому каждый из ее чемоданов весил не менее сорока фунтов. При такой температуре лед скорее походил на промерзший песок. Тащить чемоданы волоком было и тяжело, и опасно для их содержимого. Халли собралась в поездку почти моментально, даже еще быстрее: ведь это привычное дело для тех, кто служит в Ведомстве биологической защиты США экспертом, ведущим работу непосредственно в местах биологически неясных или опасных происшествий. «Да уж, организация работы оставляет желать лучшего, — думала Халли, — если, прилетев сюда, человек попадает прямиком в лапы смерти».
— Ну ладно, надо идти, — сказала девушка самой себе.
Внутри четырехслойных рукавиц ладони уже окоченели. Она с трудом ухватилась за концы веревок, привязанных к чемоданам, и двинулась к станции, таща их за собой. Ощущение было такое, будто под ногами месилась глубокая непролазная грязь. Пройдя шагов тридцать, девушка остановилась. В легких чувствовалась тяжесть, мышцы жгло, тело буквально проклинало мозг за то, что ему приходится так ишачить. Пока Халли шла вперед, станция, казалось, пятилась назад, словно уплывала со своего места, подобно отколовшейся льдине, уносящей печальное чудовище Виктора Франкенштейна.
Подняв голову, девушка увидела вдалеке источник света, подпрыгивающий, как в танце, и приближающийся к ней. Через несколько минут снегоход, подняв облако ледяной пыли, остановился возле Халли. Водитель ростом и фигурой походил на бочку и с макушки до пят был одет во все черное. Халли опустила голову так, чтобы луч ее налобного фонаря упирался прибывшему в грудь, а не слепил глаза.
— А тут совсем не жарко. Я, конечно, не надеялась на встречу с духовым оркестром, но…
— Милая моя, да разве это холод! — Хриплый голос принадлежал, как оказалось, не «ему», а женщине, говорившей с австралийским акцентом. — Грейтер сказал, что вы должны прилететь завтра. На ваше счастье, пилот сообщил по радио, что вы прибыли.
— Грейтер?
— Начальник станции. Я вот думаю, неужели нельзя было уместить все свое барахло в одном чемодане?
В ее тоне Халли расслышала высокомерие и снисходительность или раздражение, а возможно, и то, и другое. Девушка забросила оба чемодана в оранжевые грузовые сани.
— Что вас сюда принесло? — спросила женщина. — Никто не приезжает на зимовку так рано.
Теперь в ее тоне слышалась злость, и Халли изо всех сил старалась понять, в чем дело. Беспричинный хронический гнев? Впрочем, необходимость покинуть теплую уютную станцию и по стоградусному морозу тащиться за каким-то бестолковым визитером вполне могла послужить причиной. После приступа кашля женщина с трудом отдышалась. Выпрямившись, она сделала осторожный вдох.
— Не очень хороший у вас кашель, — сочувственно произнесла Халли. — Бронхит?
— Полярная простуда. Не волнуйтесь, вам этого тоже не избежать. Так, значит, вы все-таки на зимовку?
Женщина уселась на снегоход и знаком велела прибывшей сесть позади нее. Ветер уже пробрал Халли до костей.
— Тут все время так дует? — спросила она.
— Нет.
— Это хорошо.
— Я хотела сказать, что обычно ветер намного сильнее.
Прежде чем запустить мотор, женщина посмотрела на Халли из-за плеча внимательным взглядом.
— Теперь до меня дошло. Вы приехали на замену той самой пробирке, которая умерла, верно? Как же ее звали?..
— Ее звали Эмили Дьюрант, — ответила Халли.
  -------------
  "Скачайте книгу в нужном формате и читайте дальше"
Категория: Субъективные предпочтения
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 17
Гостей: 17
Пользователей: 0

 
Copyright Redrik © 2016