Воскресенье, 11.12.2016, 05:13
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Субъективные предпочтения

Дин Кунц / Славный парень
22.01.2012, 22:24
   Иногда подёнка, муха-однодневка, может пролететь над поверхностью пруда, не привлекая внимания тех птиц и летучих мышей, которые на лету схватывают добычу.
   При росте в шесть футов и три дюйма и весе в двести десять фунтов, с огромными руками и здоровенными ножищами, Тимоти Кэрриер не мог оставаться таким же незаметным, как летящая над самой поверхностью воды подёнка, но пытался.
   В тяжёлых рабочих сапогах, походкой Джона Уэйна, которую ему подарила природа, он тем не менее сумел войти в таверну «Зажжённая лампа» и прошествовать в дальний конец зала, не привлекая к себе внимания. Трое мужчин, сидящих за короткой перекладиной L-образного бара, нацеленной на дверь, не повернулись, чтобы взглянуть на него. Так же, как и пары в двух кабинках. Сев на самый дальний стул, в тени, которую уже не разгонял свет ближайшей из ламп, висевших над стойкой полированного красного дерева, Тимоти удовлетворённо вздохнул.   Для любого, кто переступал порог таверны и оглядывал зал, он бросался в глаза меньше всех.
   Если та часть таверны, что находилась у входной двери, могла считаться кабиной локомотива, то дальний конец стойки тянул разве что на камбуз. Так что в понедельник вечером, когда посетителей в баре было меньше, чем в любой другой день недели, тут усаживались только те, кто хотел избежать шумной компании.
   Лайм Руни, владелец и по понедельникам единственный бармен заведения, налил из-под крана стакан пива и поставил перед Тимоти.
— Когда-нибудь ты придёшь сюда с девушкой, и я умру от шока.
— С чего мне приводить девушку в эту дыру?
— А где ещё ты бываешь, кроме этой дыры?
— У меня есть любимый магазин пончиков.
— Да-да, и после того как вы умнёте дюжину, ты поведёшь её к самому дорогому ресторану в Нью-порт-Бич, вы сядете на бордюрный камень и будете наблюдать, как паркуются роскошные автомобили.
Тим маленькими глотками пил пиво, Руни вытирал и без того чистую поверхность стойки.
— Тебе повезло, и ты нашёл Мишель, — наконец нарушил паузу Тим. — Таких, как Мишель, больше не делают.
— Мишель двадцать восемь, она на два года моложе нас. Если таких больше не делают, откуда она взялась?
— Это загадка.
— Чтобы стать победителем, нужно поучаствовать в игре.
— Я в игре.
— Бросать кольца на колышек — не такая игра.
— Не волнуйся обо мне. Женщины постоянно стучатся в мою дверь.
— Да, но они ходят парами и хотят рассказать тебе об Иисусе.
— Ничего плохого в этом нет. Они заботятся о моей душе. Тебе говорили, что ты — саркастический сукин сын?
— Ты говорил. Тысячу раз. Слушаю с удовольствием, знаешь ли. Тут приходил один парень, ему сорок, никогда не женился, а теперь ему отрезали яйца.
— Кто отрезал ему яйца?
— Врачи.
— Перепиши для меня их фамилии, — попросил Тим. — Не хочу случайно попасть к одному из них.
— У этого парня обнаружили рак. Дело в том, что теперь он не сможет иметь детей.
— Какой смысл заводить детей? Или ты не видишь, куда катится мир?
Руни напоминал поклонника карате, который, не взяв ни одного урока, не раз и не два пытался расколоть кирпич лицом. Однако его синие глаза светились теплом, а сердце наполняла доброта.
— Об этом и речь. Человеку нужны жена, дети, дом, чтобы держаться за них, даже если мир разваливается у него на глазах.
— Мафусаил прожил девятьсот лет и до самой смерти рожал детей.
— Рожал?
— Именно это они делали в те дни. Рожалидетей.
— И что ты собираешься делать? Тянуть с созданием семьи, пока тебе не стукнет шестьсот лет?
— У тебя с Мишель детей нет.
— Мы пытаемся это исправить, — Руни наклонился вперёд, едва не ткнулся в лицо Тима своим. — Так что ты сегодня делал, Вышибала?
Тим нахмурился.
— Не называй меня так.
— Так что ты сегодня делал?
— Как обычно. Клал какую-то стену.
— И что будешь делать завтра?
— Класть другую стену.
— Для кого?
— Для того, кто мне платит.
— Я работаю здесь семьдесят часов в неделю, иногда больше, но не для посетителей.
— Посетители твоей таверны это знают.
— Так кто у нас саркастичный сукин сын?
— Ты у нас мастер, а я только учусь.
— Я работаю для Мишель и детей, которые у нас будут. Тебе нужен кто-то, для кого ты работаешь, помимо человека, который тебе платит, кто-то особенный. С кем ты можешь что-то построить, можешь разделить будущее.
— Лайм, у тебя такие красивые глаза.
— Я и Мишель... мы тревожимся о тебе, брат.
Тим сжал губы.
— В одиночку ни у кого ничего не выходило.
Губы Тима двинулись, издав звук поцелуя.
Руни ещё ближе наклонился к нему.
— Хочешь меня поцеловать?
— Ты же так заботишься обо мне.
— Я готов развернуться и выставить на стойку голую задницу. Можешь поцеловать её.
— Нет, благодарю. Не хочу, чтобы мне откусили губы.
— Знаешь, в чём твоя проблема, Вышибала?
— Опять ты за своё.
— Аутофобия.
— Нет. Я не боюсь автомобилей.
— Ты боишься себя. Нет, не так. Ты боишься своего потенциала.
— Из тебя получился бы отличный школьный психолог, — буркнул Тим. — Я думал, здесь подают бесплатные претцели. Где мои претцели?
— Какой-то пьяница наблевал в них. Я почти закончил их оттирать.
— Понял тебя. Но я люблю их сухими.
Руни взял с длинного столика за стойкой вазочку с претцелями, поставил рядом со стаканом Тима.
— У Мишель есть кузина, Шейдра. Очень милая девушка.
— Что это за имя, Шейдра? Неужели больше никого не называют Мэри?
— Я хочу устроить тебе свидание с Шейдрой.
— Бессмысленно. Завтра мне отрезают яйца.
— Положи их в банку с наворачивающейся крышкой и приноси на свидание. Они помогут снять первоначальную неловкость. — И Руни вернулся к другому концу стойки, где трое посетителей вносили свою лепту в оплату обучения в колледже ещё не родившихся детей бармена.
Несколько минут Тим убеждал себя, что, кроме пива и претцелей, ему ничего не нужно. Для этого пришлось нарисовать Шейдру слоноподобной дамой с одной бровью и торчащими из носа волосами.
Как обычно, таверна его успокаивала. Для того чтобы снять накопившееся за день напряжение, ему даже не требовалось пиво: хватало только присутствия в этом зале, хотя Тим и не мог объяснить, почему так происходит.
В воздухе стояли запахи свежего пива, сосисок, полировочного воска. Из маленькой кухни тянуло ароматом жарящихся гамбургеров и лука.
Смесь приятных запахов, подсвеченный циферблат настенных часов с логотипом «Бадвайзера», мягкие тени, окутывавшие его, шёпот пар в кабинках за его спиной, бессмертный голос Пэтси Клайн льющийся из музыкального автомата, были столь знакомы и близки, что в сравнении с таверной его собственный дом казался чужой страной.
Возможно, таверна нравилась ему больше дома ещё и потому, что являла собой островок незыблемости, постоянства. В этом быстро и непрерывно трансформирующемся мире «Зажжённая лампа» сопротивлялась мельчайшим переменам.
Тим ожидал, что уж здесь-то его не будут поджидать никакие сюрпризы, да и не хотел их. Значение новых впечатлений сильно преувеличивается. Попасть под автобус тоже относится к новым впечатлениям.
Он предпочитал знакомое, обыденное. Не стал бы подвергать себя риску свалиться с горы, потому что никогда бы на неё не полез.
Некоторые говорили, что ему не хватает тяги к приключениям. Тим не видел смысла объяснять им, что отважные экспедиции в экзотические земли и далёкие моря — сущая ерунда в сравнении с приключениями, которые дожидались в тех восьми дюймах, что разделяли его левое и правое ухо.
Скажи он такое, его посчитали бы дураком. Он был всего лишь каменщиком, клал кирпич на кирпич. И никто не ждал от него глубоких мыслей.
В эти дни большинство людей избегали думать, особенно думать о будущем. Мыслям они предпочитали слепые убеждения.
Другие обвиняли его в старомодности. В этом он с ними полностью соглашался.
Прошлое сияло созданной человечеством красотой, и тот, кто оглядывался, не оставался без награды. Тим уважал надежду, но слабо верил, что красоту можно будет найти и в неведомом будущем.
Тут в таверну вошёл мужчина, который сразу его заинтересовал. Высокий, пусть и не такой высокий, как Тим, крепко сложенный, но уступающий Тиму шириной плеч.
Заинтересовала Тима не внешность мужчины, а манера поведения. Вошёл он, как животное, по следу которого крадётся хищник, смотрел на дверь, пока она не закрылась, потом подозрительно оглядел зал, словно не веря, что таверна станет ему надёжным убежищем.
Когда незнакомец приблизился и сел за стойку, Тим уже смотрел на свой стакан с пивом, словно перед ним — священный сосуд, а он размышляет над тайным значением его содержимого. Такая поза демонстрировала, что он, в принципе, открыт для разговора, но не стремится к общению.
Если бы первые слова незнакомца предполагали, что тот — религиозный фанатик, человек, помешавшийся на политике или просто дурак, выражение лица Тима переменилось бы. Читаемое на нём раздумье уступило бы место едва подавляемому стремлению пустить в ход кулаки. В такой ситуации редко кто из его случайных соседей по барной стойке пытался второй раз наладить контакт.
  -----------------------------------------------------------
  "Скачайте всю книгу в нужном формате и читайте дальше"
             
Категория: Субъективные предпочтения
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 18
Гостей: 18
Пользователей: 0

 
Copyright Redrik © 2016