Вторник, 06.12.2016, 05:49
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Субъективные предпочтения

Энн Леки / Слуги меча
05.10.2016, 18:26
С учетом положения дел ты могла бы использовать другого лейтенанта. — Анаандер Мианнаи, правительница (в данное время) всего огромного пространства Радча, сидела в широком кресле с обивкой из вышитого шелка. Это тело, что говорило со мной, — одно из тысяч — выглядело лет на тринадцать. Вся в черном, темнокожая. В ее лице уже проглядывали аристократические черты, что в пространстве Радча служит показателем принадлежности к высшим слоям общества. При обычных обстоятельствах никто и никогда не видел столь юных экземпляров лорда Радча, но это не обычные обстоятельства.
Комната была маленькая, три с половиной квадратных метра, обшитая решетчатыми панелями темного дерева. В одном углу обшивки не хватало — возможно, ее повредили во время яростной ссоры между соперничающими частями самой Анаандер Мианнаи на прошлой неделе. Оставшиеся деревянные панели были увиты тонюсенькими побегами какого-то растения с серебристо-зелеными листочками и кое-где крошечными белыми цветами. Это не общественное пространство дворца, не комната для аудиенций. Рядом с креслом лорда Радча стояло другое, свободное, на столе между ними — чайный сервиз, термос и изящные чашки из неукрашенного белого фарфора из числа тех, что на первый взгляд могут показаться ничем не примечательными, но, если присмотреться, понимаешь, что перед тобой — произведение искусства, которое стоит больше, чем иные планеты.
Мне предлагали чаю, приглашали сесть. Я предпочла постоять.
— Ты говорила, что я могу сама выбирать своих офицеров. — Следовало добавить уважительное «мой лорд», но я этого не сделала. Я также должна была преклонить колени и пасть ниц, когда вошла и обнаружила там лорда Радча. Этого я тоже не сделала.
— Ты выбрала двоих. Сеиварден, само собой, и, разумеется, лейтенант Экалу была очевидным выбором. — Эти имена рефлексивно вызвали в памяти обоих. Примерно через десятую долю секунды корабль «Милосердие Калра», находящийся в тридцати пяти тысячах километров от этой базы, получит тот почти бессознательный запрос информации, и через десятую долю секунды его ответ достигнет меня. Последние несколько дней я пыталась научиться контролировать эту старую, старую привычку. Однако не вполне в этом преуспела.
— Капитан флота имеет право на третьего, — продолжила Анаандер Мианнаи. Рукой, затянутой в черную перчатку, державшей красивую фарфоровую чашку, она указала в мою сторону, имея в виду, как я подумала, мою форму. Радчаайские военные носят темно-коричневые куртки, брюки, ботинки и перчатки. Мои выглядят по-другому. Левая сторона — коричневая, но правая — черная, а мои капитанские знаки отличия показывают, что я командую не только своим кораблем, но и капитанами других судов. Конечно, в моем флоте только один корабль — «Милосердие Калра», но вблизи Атхоека, куда я направляюсь, нет других капитанов флота, и это звание даст мне преимущество над прочими капитанами, которых я могу встретить. При условии, что те вообще будут склонны признать мою власть.
Всего лишь несколько дней назад разгорелся давно тлеющий конфликт, и одна из группировок уничтожила два межсистемных шлюза. Предотвратить разрушение остальных шлюзов и не позволить той группировке захватить шлюзы и базы в других системах — это сейчас первоочередная задача. Я понимала, почему Анаандер присвоила мне это звание, но не была этому рада.
— Не ошибайся, — заметила я, — полагая, что я работаю на тебя.
Она улыбнулась.
— О нет. Другого ты можешь выбирать лишь из числа офицеров, находящихся сейчас в этой системе и поблизости от базы. Лейтенант Тайзэрвэт только что завершила подготовку. Она направлялась к месту своего первого назначения, но теперь, конечно, это совершенно исключено. И я подумала, что ты оценишь по достоинству шанс получить в свое распоряжение человека, которого сможешь самостоятельно развить до нужного уровня. — Последнее, казалось, ее позабавило.
Пока она это говорила, я узнала, что Сеиварден находится во второй стадии медленноволнового сна. Я видела ее пульс, температуру, дыхание, содержание кислорода в крови, гормональный фон. Затем эта информация исчезла, ее сменила лейтенант Экалу, несущая вахту. Напряженная — зубы слегка стиснуты, повышенный уровень гидрокортизола. Она служила простым солдатом, пока неделю назад капитана «Милосердия Калра» не арестовали за измену. Она никогда не думала, что станет офицером. Не была, подумалось мне, полностью уверена в том, что способна на это.
Сморгнув, я избавилась от видения.
— Быть не может, — сказала я лорду Радча, — что ты и в самом деле считаешь хорошей идеей отправить меня на только что развязанную гражданскую войну с одним-единственным опытным офицером.
— Это не хуже, чем отправиться туда недоукомплектованной, — ответила Анаандер Мианнаи, возможно заметив, что я отвлеклась на мгновение. — А это дитя просто вне себя от мысли о том, что будет служить под началом капитана флота. Она ожидает тебя у причалов. — Мианнаи поставила свой чай, выпрямилась в кресле. — Поскольку шлюз, ведущий в Атхоек, вышел из строя и неизвестно, каково там положение, я не могу дать тебе конкретных указаний. Помимо того, — она подняла свою опустевшую руку, словно предвосхищая высказывание с моей стороны, — я бы тратила впустую свое время, пытаясь руководить тобой вплотную. Ты будешь поступать так, как тебе нравится, невзирая на то, что я скажу. Ты загрузилась? У тебя есть все, что нужно?
Этот вопрос был формальным — ей наверняка известно состояние складов моего корабля так же, как и мне. Я ответила неопределенным движением руки, умышленно высокомерным.
— Ты могла бы также взять вещи капитана Вэл, — сказала она, как будто я ответила вполне здраво. — Ей они не понадобятся.
Вэл Оск была капитаном «Милосердия Калра» еще неделю назад. Имелось множество причин, по которым ей могло не понадобиться ее имущество, наиболее вероятная из них — что она мертва. Анаандер Мианнаи никогда и ничего не делала наполовину, особенно когда речь шла о ее врагах. Конечно, в данном случае врагом, которого поддерживала Вэл Оск, была сама Анаандер Мианнаи.
— Я не хочу, — сказала я. — Отошли их ее семье.
— Если получится. — Ей вполне могло не представиться шанса это сделать. — Тебе еще что-нибудь нужно, пока не отправилась?
Я могла бы ответить по-разному, но ни один из пришедших на ум вариантов не показался полезным.
— Нет.
— Знаешь, мне будет тебя не хватать, — сказала она. — Мало кто разговаривает со мной так, как ты. Ты принадлежишь к числу немногих, кто на самом деле не боится вызвать мое недовольство. И никто из этих весьма немногих не имеет… такого происхождения, как у нас с тобой.
Потому что некогда я была кораблем. Искусственным интеллектом, управляющим огромным десантным судном и тысячами вспомогательных компонентов, человеческих тел, частью себя. Тогда я не думала о себе как о рабе, но я была орудием завоеваний, собственностью Анаандер Мианнаи, которая сама занимала тысячи тел, рассеянных по всему пространству Радча.
Теперь я — лишь это единственное человеческое тело.
— Что бы ты со мной ни делала — хуже, чем ты уже сотворила, быть не может.
— Я отдаю себе в этом полный отчет, — сказала она, — и осознаю, насколько опасной это тебя делает. Даже просто оставить тебя в живых, возможно, чудовищная глупость с моей стороны, не говоря уже о том, чтобы официально облечь тебя властными полномочиями и предоставить корабль. Но игры, в которые я играю, — для тех, кто не из робкого десятка.
— Для большинства из нас, — заявила я, не скрывая теперь своего гнева и понимая, что она может видеть его физические признаки, каким бы бесстрастным ни оставалось мое лицо, — это не игры.
— Я понимаю, — ответила лорд Радча. — В самом деле. Просто некоторые потери неизбежны.
На это у меня было добрых полдюжины реплик. Но я развернулась и вышла из комнаты, не ответив. Когда я шагнула за дверь, солдат Один Калр Пять «Милосердия Калра», застывшая по стойке смирно у входа в комнату, тут же двинулась за мной, безмолвно и со знанием дела. Калр Пять — человек, как и все солдаты «Милосердия Калра», не вспомогательный компонент. У нее есть имя помимо номера, подразделения и корабля. Я как-то обратилась к ней по имени. Она ответила, внешне оставшись невозмутимой, но в то же время испытав смятение и беспокойство. Больше я этого не пробовала.
Когда я была кораблем — или всего лишь одним вспомогательным компонентом десантного корабля «Справедливость Торена», — мне всегда было известно состояние моих офицеров. Что они слышат и видят. Каждый вздох, каждое сокращение каждой мышцы. Гормональный фон, уровень кислорода. Почти всё, кроме конкретного содержания их мыслей, хотя даже это я часто могла угадать — из опыта, благодаря очень близкому знакомству. Я никогда не показывала эту информацию никому из своих капитанов — она бы мало что для них значила, поток бессмысленных данных. Но для меня в ту пору это было просто частью моей компетенции.
Я — больше не мой корабль. Но я по-прежнему вспомогательный компонент и все так же могу читать эту информацию, как не способен ни один капитан-человек. Однако теперь я обладаю лишь единственным человеческим мозгом и в состоянии справиться лишь с крошечной долей тех данных, которые некогда поглощала постоянно, не задумываясь. И даже эта ничтожная толика требовала определенного внимания — как-то, впервые попробовав идти и одновременно получать данные, я врезалась в судовую переборку. Послала запрос «Милосердию Калра», на сей раз намеренно. Я почти убеждена, что смогу пройти по этому коридору, наблюдая одновременно за состоянием солдата Пять, не останавливаясь и не спотыкаясь.
Я делала это всю дорогу до приемной зоны дворца без происшествий. Пять устала и слегка страдала от похмелья. Ей наверняка наскучило стоять навытяжку, таращась в стену во время моей встречи с лордом Радча. Мне стало ясно, что она чего-то ожидает, испытывая вместе с тем какой-то страх, и это меня немного обеспокоило, поскольку я не смогла угадать, в чем суть ее внутреннего конфликта.
Выйдя из дворца на главную площадь, высокую, просторную, наполненную эхом, я повернула к лифтам, на которых намеревалась добраться до причалов, к челноку, что доставит меня на «Милосердие Калра». Большинство магазинов и контор на главной площади, так же как и ярко раскрашенные боги, теснившиеся на фасаде храма, оранжевые и синие, красные и зеленые, казались поразительно невредимыми после того насилия, что разыгралось здесь на прошлой неделе, когда борьба лорда Радча против самой себя вырвалась наружу. Теперь граждане в ярких пиджаках, брюках и перчатках, сверкающие драгоценностями, прохаживались по площади с беспечным видом. Словно и не было вовсе событий прошлой недели. Будто Анаандер Мианнаи, лорд Радча, по-прежнему оставалась самой собой, во многих телах, но единой, неразделенной личностью. Однако те события произошли. Анаандер Мианнаи — не единая личность. Не является таковой уже в течение немалого времени.
По пути к лифтам меня внезапно захлестнула волна негодования и смятения. Я остановилась, повернулась. Калр Пять тут же застыла на месте и теперь бесстрастно смотрела вперед. Как если бы та волна возмущения, которую показал мне корабль, исходила не от нее. Не думала я, что большинство людей способны действенно скрывать такие сильные чувства — ее лицо было лишено всякого выражения. Но, как выяснилось, это могли делать все солдаты «Милосердия Кадра». Капитан Вэл была старомодна — или, по крайней мере, идеализировала представления о том, что значит «старомодный», — и требовала, чтобы ее солдаты-люди вели себя как вспомогательные компоненты.
Пять не знала, что я вспомогательный компонент. Насколько ей известно, я капитан флота Брэк Мианнаи, получившая назначение из-за ареста капитана Вэл и благодаря — как представляли себе многие — могущественным семейным связям. Она не могла знать, насколько прозрачна для меня.
— В чем дело? — спросила я резко, неприятно удивленная.
— Сэр? — Безжизненно. Без всякого выражения. Желая, как я увидела после крошечной задержки сигнала, чтобы я не обращала на нее внимания, оставила ее в безопасном небрежении. Но также желая говорить.
Я была права: то негодование, то смятение она испытывала из-за меня.
— Ты хочешь что-то сказать. Давай послушаем.
Удивление. Крайний ужас. И ни малейшего движения — ни единым мускулом.
— Сэр, — произнесла она снова, и затем по ее лицу пронеслось какое-то выражение — слабое, мимолетное, исчезнувшее мгновенно. Она сглотнула. — Дело в блюдах.
--------------------------------------------------------------

                               
Категория: Субъективные предпочтения
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 22
Гостей: 22
Пользователей: 0

 
Copyright Redrik © 2016