Суббота, 10.12.2016, 17:37
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Книги

Сергей Кормилицын / Третий Рейх. Гитлер-югенд
29.03.2016, 15:08
РАБОТА ДЛЯ ВСЕХ И КАЖДОГО
Залогом безбедной жизни молодого поколения, того, что юные германцы не будут терпеть нужды, не будут поглощены криминалом или не станут его жертвами, была ликвидация безработицы, свирепствовавшей в Германии после завершения Первой мировой войны. Послевоенное тяжелое время усугубляли следующие один за другим экономические провалы и кризисы, в связи с чем добропорядочные и законопослушные бюргеры были вынуждены искать работу любого рода или вступать в конфликт с законом. Обещание дать работу всем и каждому было чрезвычайно выигрышным ходом для политиков того времени. Впрочем, это обещание еще нужно было сдержать.
Незадолго до прихода к власти в одном из своих выступлений Гитлер пообещал, что сумеет решить проблему занятости. Путь для этого предлагался самый простой: вначале из числа безработных должны были формироваться трудовые отряды, которые затем пополнили бы ряды вооруженных сил. Одновременно решались два сложнейших вопроса — о работе (и заработке) для всех и о возрождении военной мощи Германии. По мнению Адольфа Гитлера мужчины, взвалившие на плечи лопаты, сумеют носить и оружие. Забегая вперед, следует сказать, что этот план оказался вполне осуществимым.
В Веймарской республике идея создания трудовой службы для борьбы с безработицей буквально витала в воздухе. Один из ее проектов, едва ли не самый реакционный разработал генеральный комиссар Баварии Густав фон Кар. В феврале 1924 года он внес на рассмотрение баварского правительства свой проект закона о трудовой повинности. По этому проекту все немцы в возрасте от 18 до 50 лет должны были быть мобилизованы для преодоления промышленного кризиса в стране: производства транспортных средств, станков и механизмов и, впоследствии — работы на них. Завершение проекта планировалось после выхода Германии из кризисного состояния. Однако этот документ не вызвал энтузиазма у баварских министров и вскоре был похоронен среди бумаг и забыт. Сходные предложения рассматривались периодически руководством организации «Стальной шлем». Трудовая повинность должна была заменить собой повинность воинскую, помочь спасти молодежь от «тлетворного влияния демократии». Однако для создания всегерманской Службы труда у организации не было ни политического влияния, ни сил, ни необходимых для этого средств. Впрочем, позже, этот союз бывших фронтовиков включился в организацию добровольных трудовых лагерей, однако идею введения обязательной трудовой повинности его руководители не забыли.
Первые реальные шаги для борьбы с безработицей именно этим способом были предприняты в середине 20-х годов. Весной 1925 года ряд молодежных организаций демократического толка, среди которых, кстати, был и упоминавшийся уже «Вандерфогель», организовали в Силезии трудовые лагеря для студентов. Однако ничего подобного четкому уставу, субординации и полувоенной дисциплине гитлеровской РАД в них не существовало. В основе идеологии студенческих трудовых лагерей были принципы демократии, самовоспитания, самоуправления и чувства общности. Нечего и говорить, что небольшое число лагерей и мизерное количество привлекаемой в них молодежи не позволяли воспринимать студенческий проект всерьез и рассматривать его как действенное средство против безработицы.
Между тем, необходимость решения проблемы занятости среди немцев назревала все сильнее. Мировой экономический кризис, навалившийся на страну в 1929 году, усложнил и без того непростую ситуацию. К февралю 1932 года число безработных перевалило за 6 миллионов человек. В это время идеей введения трудовой повинности заинтересовались и Имперское правительство и рейхстаг. Правые партии выступали за немедленное создание Службы труда. Левые, которых ликвидация безработицы лишила бы важнейшего политического инструмента, естественно были против. В результате сама идея формирования подобной организации утонула в пустой говорильне, выплеснувшейся за пределы рейхстага и закончившейся, как водится, ничем.
Впрочем, уже к началу 30-х годов в Германии действовало множество мелких союзов, объединений и добровольных образований, работавших под эгидой и покровительством самых разных политических или религиозных организаций — «Народный союз службы труда», «Евангелическое объединение ремесленников», «Профсоюз германской помощи», «Центральное объединение инвалидов войны», «Баварский союз земледельцев» и пр. Они пытались бороться с безработицей на местном или региональном уровне. Следует признать, что эти организации работали неплохо, однако в целом вопроса занятости решить не могли: им не доставало скоординированности действий и, если можно так выразиться, глобальности подхода.
В такой ситуации программные требования национал-социалистов — дать работу каждому, кто в ней нуждается (естественно, что отдельным пунктом всегда рассматривалась забота о судьбах молодежи), преодолеть безработицу, поднять германскую экономику из руин — выглядели достаточно обоснованными. Нельзя сказать, что НСДАП была единственной партией, использовавшей сложившуюся обстановку в качестве политического козыря. Однако ее экономическая программа выглядела разумней и практичнее многих. К тому же требованием «права на труд для всех» руководство НСДАП целило в «ахиллесову пяту» правительства Веймарской республики. Дело в том, что конституцией 1919 года каждому гражданину Германии была обещана возможность зарабатывать себе на жизнь собственным трудом или, если это невозможно вследствие каких-либо обстоятельств, получать необходимую поддержку от государства. Оба эти пункта были неосуществимы в то время и дважды неосуществимы в ситуации экономического кризиса. В середине 20-х годов источником «необходимой поддержки» была система пособий по безработице, однако в начале 30-х она уже дала сбой: для огромного количества безработных (5–6 миллионов человек) элементарно не хватало денег. Пособия, разумеется, продолжали выплачиваться, однако были столь мизерными по размерам, что выглядели скорее насмешкой, нежели попыткой помочь безработному. Добровольные трудовые объединения, о которых шла речь выше, также не меняли ситуацию. Полторы марки в день и тарелка горячей баланды спасли, вероятно, немало жизней, однако, во-первых, были почти бесполезны для тех, кто должен был заботиться о семье, родных и близких, а во-вторых, доставались далеко не каждому. Катастрофически не хватало работы и фондов. Пожалуй, ни в одной другой области жизни Веймарской республики не было столь значительного расхождения между декларацией намерений власти и действительностью.
Впрочем, трудовые лагеря под эгидой НСДАП появились сравнительно поздно — в начале 1932 года. Причины такой задержки заключались в том, что среди национал-социалистического руководства не было единства в вопросе о создании службы труда. Представители штрассеровского крыла считали необходимым образование добровольной службы. Круги, приближенные к Гитлеру, и, в частности, один из идеологов трудовой повинности — Константин Хирл, придерживались концепции трудовой повинности. Однако ситуация экономического кризиса заставила их предпринять этот шаг: в противном случае лозунги о праве на труд выглядели бы чисто декларативными, что непременно пошатнуло бы позиции НСДАП. Поэтому в 1932 году недалеко от Хаммерштайна в Задней Померании был основан первый трудовой лагерь национал-социалистов. Действовавший, конечно, на добровольной основе, однако имевший большинство черт, присущих подразделениям НСДАП. В нем и ряде появившихся позднее подобных лагерей отрабатывались принципы и методы работы, которые после 1935 года применялись в рамках всей созданной национал-социалистами РАД — имперской службы труда.
Однако нововведение было воспринято далеко не всеми национал-социалистами. Так, руководство СА посчитало, что служба труда может стать подразделением-соперником для штурмовых отрядов. Поэтому, несмотря на то, что организация трудовых лагерей была возложена именно на это структурное подразделение партии, программе их создания оказывалось упорное сопротивление. Так, члены СА, принимавшие в ней участие, выполняя указание партийного руководства, под тем или иным поводом удалялись из рядов штурмовых отрядов.
Но, несмотря на это, трудовая служба продолжала существовать. Мало того, железная дисциплина, насаждавшаяся бывшими солдатами — представителями СА, сказывалась на результатах самым положительным образом: трудовые лагеря национал-социалистов были одними из наиболее эффективных. Контроль, дисциплина и субординация делали из добровольной трудовой структуры нечто подобное воинскому формированию, за исключением того, что вместо оружия в руках пришедших на службу были инструменты вполне мирного свойства. Работа предлагалась не слишком квалифицированная, зато оплачиваемая. Предыдущая профессия значения не имела. Все внутренние отношения регулировались тщательно разработанным уставом.
Успешный проект требовал идеологического обоснования. Поэтому в 1933 году в свет вышло первое описание идеологии Службы труда. Помимо громких фраз о «преодолении либерально-капиталистического экономического мышления» и о «построении немецкого социализма» в этом программном документе присутствовали и вполне здравые мысли о применении человеческих ресурсов для борьбы с экономическим кризисом. Впрочем, хватало и чисто пропагандистских пассажей. Например, о том, что идею создания РАД подал еще Фридрих Великий. Именно в этом издании в первый раз прозвучала фраза, ставшая в дальнейшем главной формулой Службы труда — «почетная служба на благо германского народа».
В конце 1932 года Грегор Штрассер покинул партию. Гитлер мягко избавился от его сторонников в руководстве, переведя их на менее значимые, не ключевые посты (всего через пару лет практически все они были убиты во время «ночи длинных ножей»), а руководство Службой труда перешло к главному сопернику опального партфункционера — Константину Хирлу. С января 1933 года он стал уполномоченным вождя по вопросам Службы труда. Естественно, что этот ярый противник добровольного принципа формирования трудовых лагерей сразу же начал нешуточное наступление на все добровольные организации, действовавшие в этом направлении. Правительственное заявление от 1 февраля 1933 года гласило: «Идея трудовой повинности является одним из основных направлений нашей программы».
Впрочем, единовластия на этом фронте Хирл не получил: Гитлер любил сталкивать подчиненных, поручая выполнение одной и той же работы различным ведомствам или функционерам. Это был его способ «властвовать, разделяя». Поэтому на должность Имперского министра труда в новом министерском кабинете был назначен Франц Зельдте — основатель «Стального шлема» и один из первых теоретиков всеобщей трудовой повинности в Германии. Правда, на этот раз столь любимого вождем «конфликта компетенций» не произошло: Зельдте и Хирл пришли к компромиссу и вместе приступили к реформированию добровольной службы труда в РАД, активно задействуя при этом ресурсы партии и рейхсвера.
В качестве первого шага все национал-социалистические и просто правые трудовые лагеря, а также создающие их организации были собраны под крышей Имперского объединения германских трудовых союзов. Затем были выведены из игры большинство так называемых «открытых» трудовых лагерей, в которых нуждающиеся в работе могли жить на протяжении рабочей недели, возвращаясь на выходные домой. Через короткое время настала очередь конфессиональных или просто поддерживаемых церковью трудовых организаций. Особенно сложно развивались отношения национал-социалистов с католическими лагерями, получившими непосредственную поддержку Ватикана. Борьба с ними затянулась дольше, чем предполагалось партийным руководством, и свелась к постепенному вытеснению их с игрового поля. Сначала последовал запрет на проведение богослужений, затем — постановка этих лагерей под контроль Имперского объединения германских трудовых союзов, и лишь затем — постепенная замена их руководящих кадров выходцами из «Стального шлема» и СА. Трудовые лагеря «Стального шлема» продержались дольше других и были включены в общую организацию последними. Франц Зельдте до последнего оттягивал этот момент, однако добиться автономии для своего детища не сумел. К февралю 1934 года унификация трудовой службы была завершена. 14 февраля 1934 года в Вартбурге состоялся объединительный съезд руководителей всех трудовых лагерей Германии. Были спешно выработаны цели и задачи новой глобальной организации — Национал-социалистической службы труда, пришедшей на смену многообразию разномастных союзов. Ее деятельность финансировалась теперь из государственного бюджета. Константин Хирл стремился превратить ее в некий орден, подобный ордену СС, существующий под девизом «Верность, послушание, товарищество». Членами ордена становились все молодые немцы, завершившие обучение в школе и желавшие поступить в вуз. «Каждый немец, кто бы он ни был, богат он или беден, сын ученого или сын фабричного рабочего, должен хотя бы раз в жизни попробовать ручного труда», — считал Адольф Гитлер. Бернгард Руст поддерживал его в этом: он хотел видеть в рядах НСАД как можно больше абитуриентов. С этой целью министр образования даже призвал вождя сделать послабления в правилах приема в ряды Службы. В частности, не требовать от желающих пройти «трудовой год» непременного соответствия всем внешним канонам арийской расы.
Фактически с апреля 1934 года можно говорить о всеобщей трудовой повинности для молодежи. С этого времени без прохождения «трудового года» было невозможно даже думать о сколь бы то ни было серьезной карьере. Впрочем, против введения трудовой повинности для молодежи выступил министр экономики Ялмар Шахт. Он опасался, что привлеченные в РАД молодые немцы будут вырваны из общего производственного процесса, что может стать ударом по экономике страны. Однако эти возражения были признаны необоснованными.
Национал-социалистическая идеология утверждала: «Служба труда — это не учеба, это — жизнь. Не теория, а настоящее переживание». То, без чего молодому человеку просто невозможно, в какой бы области он не специализировался. При этом делалось различие между «правильным» и «неправильным» подходом к прохождению «трудового года». Правильно было проходить эту практику с радостным сердцем, в переживании ощущений товарищества, сопричастности к великому делу: «То, что я увидел в рядах Службы труда, на стройплощадке, во время отдыха, было настоящей общностью, сплотившей нас в команду, тем, что и должно, по моему мнению, быть ядром трудового обучения». Неправильным — воспринимать ее как очередную карьерную «ступеньку», столь же обязательную, сколь и бессмысленную, но необходимую, потому что без этого немыслимо дальнейшее движение вперед: «Поскольку в следующем году я хочу поступить в институт Карлсруэ, я должен прежде отработать в Службе труда». Естественно, что одной из основных задач пропаганды было насаждение «правильного» восприятия. Ибо, хотя, конечно, борьба с безработицей и была главной целью создания РАД, воспитательная функция этой организации также признавалась немаловажной. Во главу угла ставился дух товарищества, преданности друг другу и взаимовыручки: «Если удастся германскую молодежь воспитать так, чтобы она была фанатично предана друг другу и Рейху, то тогда Германский рейх станет вновь сильнейшей державой в Европе».
Следующий год был потрачен на то, чтобы разработать необходимую законодательную базу для включения Службы труда в структуру государства, учредить специальные суды, по аналогии с военными, составить табель о поощрениях и наказаниях, более четко определить длительность службы (минимум полгода). А 26 июня 1935 года РАД стала объективной реальностью для всех немцев 19–35 лет — обязательной службой, не менее ответственной и почетной, чем военная. Ее структура практически дублировала структуру партии. Меньше чем через год, в сентябре 1936 года на партийном съезде в Нюрнберге Гитлер отчитался перед народом Германии: число безработных сократилось в 6 раз. А безработица среди молодежи и вовсе была побеждена.
--------------------------------------------------------------

                               
Категория: Книги
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 32
Гостей: 31
Пользователей: 1
Helen

 
Copyright Redrik © 2016