Четверг, 08.12.2016, 21:08
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Книги

Борис Шапталов / Как организовали «внезапное» нападение 22 июня 1941. Заговор Сталина
23.09.2015, 21:47
Уже много лет тема 1941 года находится в центре внимания историков и публицистов. Написаны горы литературы, сняты десятки фильмов, а туман вокруг «22 июня 1941-го» не рассеивается. Раньше представлялось, что дело в закрытых архивах и стоит вытащить на свет божий документы спецхранов и все станет ясно. Вытащили. И много. Но удивительно: туман не только не рассеялся, а сгустился еще больше. Огромное количество новых фактов противоречат друг другу, что позволяет строить большое число самых разнообразных и взаимоисключающих версий. И каждый автор доказывает, что он, и только он прав. В ответ другие исследователи приводят кучу аргументов и фактов, его опровергающих. И на смену «единственно верной версии» приходит другая столь же «единственно верная» гипотеза, чтобы через короткое время быть погребенной под тяжестью нового, разумеется, единственно верного объяснения происшедшего. Конца этому перетягиванию каната не видно. Остается снять шляпу перед гением товарища Сталина – крутую кашу он заварил…
На протяжении 1990-х годов в гонке версий лидировал В. Суворов. Суть его открытия: Сталин мечтал о завоевании мира, поэтому усиленно готовился к войне, и, когда уже было занес топор над Европой, Гитлер его опередил, и германская армия легко разбила Красную армию, находящуюся в стадии развертывания.
Эта версия наделала много шума, хотя она была не в состоянии ответить на ряд очевидных вопросов.
Во-первых, летом 1941 года Красная армия не находилась в состоянии развертывания. Почти 100 дивизий располагались в западных округах с 1939—1940-х годов, а к июню 1941 года там насчитывалось 170 дивизий, поэтому имелись все возможности встретить врага во всеоружии, благо этого оружия хватало. Танков у границы было сосредоточено больше, чем имелось во всей германской армии (11 тысяч против 4,5 тысячи), самолетов западные военные округа имели вдвое больше, чем у противника (9 тысяч против 4 тысяч). Перебрасывались же к границе, то есть «находились в стадии развертывания», лишь 28 дивизий, но большая часть этих сил не предназначалась для непосредственных боев на границе, потому и была названа «вторым стратегическим эшелоном».
Во-вторых, войска, расположенные близ Финляндии и Румынии, не подверглись «внезапному нападению». Они имели восемь суток, чтобы приготовиться к боевым действиям, однако были разбиты и отступали так же, как и части Прибалтийского, Западного и Киевского округов. И это несмотря на то, что финская и тем более румынская армии до того к вооруженным силам с большим наступательным потенциалом не причислялись. Получается, дело не в развертывании и внезапном нападении, а в чем-то другом.
В-третьих, Сталин якобы намеревался напасть на Германию внезапно, но не объясняется, почему проворонил все благоприятные моменты для удара. Вместо этого готовился отдать приказ о наступлении в июле 1941 года, то есть когда вермахт, закончив операции на Балканах, полностью соберется в кулак у границ СССР. Странное желание кинуться на изготовившегося противника.
К тому же совершенно непонятно, почему войска приграничных округов находились в удивительно рыхлом, характерном для сугубо мирного времени состоянии. Точно так же непонятно, почему Сталин, собираясь вторгнуться в Европу, затеял дорогостоящее строительство укрепрайонов вдоль всей границы от Балтийского до Черного моря. Причем интенсивность строительства не снижалась вплоть до 22 июня. Предположение о возможности дезинформации противника не проходит, – строили всерьез, не жалея дефицитных материалов.
Многое в споре разрешила сама жизнь. Когда стали выходить первые сочинения В. Суворова, то считалось, что войны связаны с противоборством США и СССР. Причем США защищали свободный мир от наступавшего коммунизма. Вторжение советских войск в Афганистан в 1980 году было ярким тому доказательством, поэтому версия В. Суворова о желании Сталина развязать мировую войну выглядела убедительной. Но вот исчез СССР и мировой социализм, а войны почему-то продолжаются. Причем инициаторами выступают теперь США. За короткое время было осуществлено вторжение в тот же Афганистан (и американцы стали воевать с теми, с кем воевали советские солдаты!), Ирак, авиация НАТО разбомбила Сербию и Ливию. И это стало новым подтверждением того, что Вторую мировую войну развязывали многие стороны – от потворствовавших агрессору Франции и Великобритании до увязших в экономическом кризисе Соединенных Штатов, объективно заинтересованных в том, чтобы началась заварушка. И они не прогадали. «Периферийная» страна вышла из Второй мировой войны супердержавой. На этом фоне коммунисты выглядят прагматиками, справедливо считавшими ХХ век эпохой войн и революций и потому осознанно готовящимися к неизбежному – борьбе за будущее планеты. Претензия к ним фактически сводится к вздорному наскоку: почему они безвольно не уступили контроль другим – фашистам или кому-то еще? Ответ прост: потому что они были пассионариями и не могли капитулировать, как это сделали в горбачевско-ельцинской России. Можно их за это осудить и безропотно прогнуться под новую пассионарную силу – исламистов или «коммунистический» Китай, как это ранее сделали по отношению к США (но милостей со стороны Вашингтона почему-то так и не дождались). А можно по-иному взглянуть на борьбу за гегемонию между великими державами в первой половине ХХ века. Ведь мечта о всеобщем мире после крушения СССР и социализма оказалась иллюзорной, потому борьба за очередной передел сфер влияния на планете продолжается. Выходит, борьба за мировое доминирование не причуда большевиков, а исторический закон. Не участвуешь в этой борьбе ты – будут биться за гегемонию другие, в том числе за счет тебя. Только и всего. Поэтому смешны упреки в адрес руководства СССР, что оно хотело извлечь выгоду из надвигающейся войны и даже, о ужас, стать великой державой!
Спору нет, лучший способ избежать суда и осуждения для страны – ничего не делать. Какие и у кого есть претензии к племенам Амазонии? Живут себе не одну тысячу лет, никого не трогая. И таких государств множество. Но народ и правители Руси-России пошли «нескромным» путем, создав мощную державу. Это до сих пор пугает, и сетований, что лучше бы тихо сидеть в приокских лесах, предостаточно. Возникла даже «теория», что главная российская беда – обширные пространства. И незримо витает над страной идея: широка Россия – сузить бы ее.
Но помимо сетований на прирастание России Сибирью и прочими землями возник другой вопрос: в надвигающейся новой попытке передела мира Россия должна выступать в качестве активной или пассивной силы? История стала материалом для доказательства в пользу как одной, так и другой позиции. Дискуссия о 1939–1941 годах как развилки процесса нового передела мира, который привел к доминированию на Земле двух сверхдержав – СССР и США, актуальна по сей день, ибо в борьбе за доминирование современная самоослабленная Россия – еще не отыгранный в глобальной игре козырь. И кто, как и когда будет этим козырем ходить – тема открытая.
Если В. Суворов сдал позиции в умах россиян как явно антироссийский писатель (в конфликте с Украиной он закономерно поддержал Киев), то его идеологическое место в массовом сознании ныне стараются занять сталинисты, и здорово преуспели на том поприще. И это не лучше по качеству, чем предыдущая идеологема, так как она не проясняет суть дела, а затемняет его.
Если действия Сталина до 1941 года понятны и логически объяснимы, то потом нарастающим валом начинаются странности. Они сродни наименованиям приграничных округов – Прибалтийский, Западный, Киевский и Южный. Прибалтийский назван по региону, Западный – в соответствии с направлением, Киевский – по названию республиканской столицы, Южный – по географическому расположению. Вроде все понятно, но сам принцип, из которого исходили авторы названий, – нет. Неужели чтобы врага запутать? Так и с планами подготовки к возможной войне.
В сентябре 1940 года начальник Генерального штаба Красной армии К. Мерецков и народный комиссар обороны С. Тимошенко представили руководству страны доклад под названием «Соображения о стратегическом развертывании вооруженных сил», в котором рассматривались возможные силы, которые могут выставить против Советского Союза потенциальные противники – Германия, Румыния, Венгрия и Финляндия. Соответственно и то, что может противопоставить противнику Красная армия. По существу, то был план будущей войны. В октябре того же года он был утвержден политбюро ЦК ВКП(б), и в соответствии с ним началась подготовка вооруженных сил СССР к войне. Одним из ее звеньев стало совещание высшего командного состава Красной армии в декабре 1940 года. На нем были заслушаны и обсуждены доклады по всем существенным вопросам ведения оборонительных и наступательных действий на основе опыта боевых действий в Западной Европе. После чего в начале января 1941 года были проведены игры на картах. Перед военачальниками ставилась задача: после вторжения врага перейти в наступление с выходом на территорию Германии и оккупированной ею Польши.
По плану Генштаба главный удар предполагалось нанести через Южную Польшу в тыл группировок, наступающих в Белоруссии и с Люблинского выступа на Киев. В случае успеха такой охват ставил германские армии в чрезвычайно сложное положение.
Не теряли времени и тыловые органы. Нарком внутренних дел Л. Берия на имя руководителей государства Сталина и Молотова представил записку о мероприятиях по заготовке рельс и другого железнодорожного имущества в случае вторжения противника на территорию СССР. «Военно-мобилизационное управление НКПС до сих пор не разработало плана восстановления прифронтовых железных дорог. Неудовлетворительно идет накопление мобилизационных восстановительных запасов», – сигнализировал нарком .
Не сидело сложа руки и Главное политическое управление Красной армии. Его руководство послало на имя секретаря ЦК Жданова докладную, полную беспокойства: «Международная обстановка чрезвычайно накалена. Война, которая может быть навязана капиталистическим миром Советскому Союзу, потребует огромного напряжения материальных средств страны и высокой моральной поддержки советского народа. Однако во всей пропаганде, ведущейся в стране, преобладает мирный тон, она не проникнута военным духом, слабо напоминает советскому народу… о неизбежности войны, быть в любую минуту готовым к борьбе» .
Как видим, на рубеже 1940–1941 годов началась деловая и осознанная подготовка к возможному нападению врага. Если бы этот курс был выдержан, гитлеровская Германия 22 июня оказалась бы в очень неприятной ситуации, – сил для отпора у Советского Союза хватало. Однако вскоре все кардинально изменилось. Планомерная подготовка к отражению агрессии и переходу к контрнаступлению была свернута, вместо нее началось нечто невообразимое. Вопрос о том, почему Красная армия, несмотря на большую накопленную мощь, оказалась слабо подготовленной к борьбе с Германией и ее союзниками, мучит уже не одно поколение исследователей. Так, М. Солонин констатировал: «…невероятный разгром Красной армии, произошедший летом 1941 года, не укладывается ни в какие рамки формальной логики и настоятельно требует какого-то объяснения» . Исследователи стараются дать такое объяснение. Одни историки (А. Исаев и др.) вопреки фактам продолжают настаивать на том, что Красную армию застали в период развертывания и это предопределило ее неудачи. Группа авторов-«сталинистов» (Ю. Мухин, А. Мартиросян и др.) причину бед видит в измене генералов, которые ослушались Сталина и не привели войска в боевую готовность. Другие поддерживают традиционную версию о неверной оценке Сталиным замыслов Гитлера, что привело к эффекту внезапного нападения и большим потерям советских войск. Есть и «особые мнения». Например, Солонин на основе своих исследований сделал вывод: «…ответ на вопрос о причине поражения может быть сведен к трем словам: АРМИЯ НЕ ВОЕВАЛА» . Именно так: заглавными буквами, как последний и единственный вывод и результат многолетних изысканий. Тогда спрашивается, а кто же бился в Брестской крепости, кто оборонял Одессу и Киев, Севастополь и Смоленск, кто сражался на Лужском рубеже, а потом в невыносимых условиях оборонял Ленинград, кто отстоял Москву? Может, высадились английские войска или Чан Кайши прислал пару миллионов солдат из Китая?
Кроме того, Солонин не отвечает на законный вопрос о том, почему советские войска хорошо воевали на озере Хасан, прекрасно – на Халхин-Голе, великолепно, если верить В. Суворову, действовали при прорыве линии Маннергейма. В книге «Последняя республика» В. Суворов красочно описал, как его допустили к английской ЭВМ по военному моделированию и он заложил условия боевых действий Красной армии зимой 1940 года. И умная машина, заверещав, объявила, что вести войну в такой мороз и на такой местности невозможно! Однако советские войска сумели выполнить невозможную задачу, показав свой высокий боевой дух. Так что же произошло с зимы 1940 года, что летом 1941 года Красная армия не могла противостоять ни финской, ни даже румынской армии в хороших климатических условиях? Значит, надо было провести некие мероприятия, чтобы недавно еще боеспособная армия таковые способности утратила. Что это за мероприятия? Кто, как и зачем их проводил? Или все получилось случайно, ведь в этот период численность Красной армии быстро росла, а с ней количество «зеленых» частей и неопытных командиров. Увы, объяснить провал Красной армии одним ростом ее рядов невозможно, а некоторые действия военного руководства вызывают изумление, переходящее в подозрение.
--------------------------------------------------------------

                               
Категория: Книги
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 36
Гостей: 33
Пользователей: 3
anna78, Redrik, Маракеши

 
Copyright Redrik © 2016