Воскресенье, 04.12.2016, 04:54
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Книги

Борис Васильев / Владимир Красное Солнышко
11.08.2015, 21:17
Владимир, сын великого киевского князя Святослава, родился в мае, в Соловьиный день. Он был сыном Малфриды (по-домашнему Малуши ключницы), воспитанницы его бабки, великой княгини Ольги, и с малых лет жил во дворце при великой княгине, которая любила его и искренне считала своим внуком. А потому с раннего детства нашла ему друга для игр и забав. Звали его Ладимиром, и был он сыном погибшего в боях дружинника личной дружины княгини Ольги. И во всем огромном дворце, кроме них, не было больше ни одного ребенка, вот почему друзей окружали не только роскошь и услужливое внимание великокняжеского Двора, но и всеобщая любовь, улыбки и забота.
Может быть потому, что Ладимир был старше княжича на целых два года (в раннем детстве это очень много), а может, по иной какой причине, только оказался Ладимир очень уж упрямым, хотя и не всегда последовательным спорщиком. Вероятно, мудрая бабка-княгиня именно поэтому и выбрала его в пару к миролюбивому внуку. Кто их, бабок наших, разберет, они ведь детскую душу насквозь просвечивают своими все повидавшими очами, от которых так хочется отвести собственные, до дна прозрачные от наивности, глаза. Как бы там ни было, но если княжич говорил «брито», его приятель тут же немедленно и яростно утверждал, что «стрижено». И держался за это «стрижено» до конца, хоть ты охрипни с ним в споре. Правда, Владимир готов был спорить только до определенной черты, а потом замолкал, оставаясь при своем мнении. Однако при всех этих словесных схватках они были, что называется, не разлей вода.
Их воспитывали, как воспитывали бы законных наследников престола во всех крупных королевствах того времени. Никогда ни в чем разумном не отказывали. А когда они немного подросли, в дядьки княжичу Владимиру определили младшего брата его матери Добрыню, в общую личную охрану — троих приятелей Добрыни, богатырей Путяту, Будислава и Потока, да еще пятнадцать гридней и отроков для юношеских общих игр.
Разными были богатыри, как, вероятно, и задумывала венценосная бабка Владимира. Путята любил песни и с удовольствием их распевал, Будислав дотошно знал селян и много рассказывал княжичу и его другу о деревенской жизни, а Поток готов был сорваться в пляс по любому поводу, а чаще — без всякого повода.
У княжича Владимира было веселое и озорное детство, и это озорное веселье он сохранил на всю жизнь. О его богатырских пирах, на которые приглашались все жители Киева вне зависимости от общественного положения, вероисповедания или принадлежности к какому бы то ни было народу, складывались легенды и былины, сказки и сказания, дожившие и до нашего времени.
Великая княгиня много рассказывала ему о деяниях его отца, князя Святослава. О полном разгроме грозного Хазарского каганата, о личной отваге самого Святослава, о подвигах его друзей-побратимов Икмора и Сфенкла. Именно тогда, в детстве, Владимир и полюбил богатырей, и эта любовь прошла сквозь всю его жизнь.
К сожалению, бабушка перестаралась, что свойственно многим бабушкам. А внук в то время еще был слишком мал, чтобы отсеивать зерна от плевел, и воспринимал все как данность. Лишь позднее он понял, кем на самом деле был его отец для собственной матери.
Когда Святослав, имя которого гремело уже не только на Руси, наголову разгромив Хазарский каганат, вернулся в Киев в ореоле великих побед, за ним шли караваны с нагруженными добычей верблюдами и киевский народ кричал великому князю хвалу и славу. Княжич Владимир тоже восторженно кричал «Хвала!» и «Слава!» с Дворцовой горы и невероятно гордился, что отец раздал все народу. Всю добычу, ничего не оставив ни себе, ни княгине Ольге.
— Как славят моего отца!.. — с восторгом прокричал он своей венценосной бабушке.
— Народные вопли недорого стоят, — сказала королева русов, как называли тогда в Европе великую киевскую княгиню Ольгу.
— Но ведь я тоже кричал… — начал было Ладимир.
— Никогда не уподобляйся черни.
— Но ведь и я тоже… — робко вклинился Владимир.
— Тоже?.. — великая княгиня строго свела брови. — Это они — тоже, а ты — князь.
Вот тогда княжич Владимир и увидел, что великая княгиня недовольна своим единственным сыном. Нет, не из-за того, что услужливые гридни князя Святослава щедро разбрасывали добычу уличной толпе, это Владимир сообразил сразу. Но долго не мог понять: чем же именно она недовольна? И в его безмятежной душе это непонимание застряло, как застревает острый обломок стрелы.

2

Потом, позже, когда он надоел бабушке своими настойчивыми расспросами, великая княгиня с явной неохотой объяснила ему:
— Киев не любит твоего отца. И князь Святослав не любит Киева. Он вообще никого не любит. Он не научился этому, растратив свою молодость в бесконечных походах.
— Но ведь ему кричали хвалу и славу киевляне! Я сам слышал. И Ладимир…
— Слышал!.. — громко подтвердил друг. — Все кричали!
— Кричала чернь. Чернь всегда кричит, и вы еще услышите ее вопли. Мой сын князь Святослав это понял, почему и решил завоевать себе любовь киевлян столь простым способом. Так всегда поступали конунги варягов.
— Варягов?..
— Да, варягов! Ради подарков, которые его гридни щедро разбрасывали киевской толпе, мой сын сжег целый город и приказал водрузить на пепелище гору из тридцати тысяч голов его жителей. Женщин, детей, стариков, раненых воинов. Чудом уцелевшие беглецы добрались до Киева и рассказали мне об этом. Твой отец безжалостный варяжский конунг, а не великий князь Киевского княжения!
Великая княгиня не скрывала презрения к собственному сыну. Может быть, оно вырвалось из души помимо ее воли, хотя она всегда доселе владела собой. Презрение было столь велико, что Владимир присмирел и не решился более расспрашивать бабушку.
Он спросил об этом своего дядьку Добрыню. И Добрыня поведал ему, что в детстве сама великая княгиня прислала княжичу Святославу полоумного старого варяга. Она надеялась, что варяг расскажет сыну о доблести и славе, а он вместо этого начал толковать о варяжских обычаях, добыче и жестокости. И заставил юного наследника Киевского великокняжеского стола принять суровую варяжскую клятву.
— Какую еще клятву?
— Устрашать всех. И никого не щадить ради достижения поставленной цели.
— А какая у него была цель?
— Власть.
Добрыня столь увесисто и жестко произнес это слово, что Владимир больше вопросов не задавал.
И Ладимир тоже промолчал тогда.
А вскоре после этого разговора по повелению отца юного княжича Владимира послали княжить в Господин Великий Новгород. Великая княгиня всегда старалась спрятать его, когда приезжал Святослав. Но тогда он нагрянул неожиданно, и княгиня Ольга, когда ей доложили о нежданном госте, лишь успела затолкать внука за полог тронной палаты.
Затаившись там, он услышал тяжкий грохот кованых сапог по огромным палатам Большого дворца. И этот нарастающий равномерный грохот вдруг испугал княжича Владимира. Ему представилось, что именно так грохотали шаги варяжских конунгов…
— Я женюсь, — громко объявил великий князь Святослав, едва переступив порог. — Моя невеста — принцесса из Австрийского дома. Ее отец отдал ее, как только мои дозоры подошли к его рубежам. Со страху.
Он не сказал своей матушке ни единого приветственного слова, не спросил о здоровье, о делах, заботах и хлопотах, как издревле было принято на Руси, даже не поинтересовался, где его сын. Сиплый, навеки сорванный в надсадных криках сражений голос — отражался от стен, потолка, пола, гулко отдавался во всех палатах Большого дворца.
— Она родит мне законных сынов, которых признают все. А ее отец, повелитель австрийцев, отдаст мне всех своих лучников для похода на ромеев. И я сокрушу Византию, как сокрушил Хазарский каганат!
Это был не голос, это был рев. Одурманенный победами и щедро пролитой кровью в Хазарии, Святослав яростно делил шкуру неубитого медведя.
— Ты волен поступать, как тебе заблагорассудится, — безразлично обронила княгиня Ольга.
— Мой старший сын Владимир немедля отъедет в Господин Великий Новгород.
— Твой старший сын еще очень молод, — мгновенно собрав всю свою волю, резко ответила ему великая княгиня. — И я намерена послать его в Византию…
— Я был моложе, когда ты, великая княгиня, отправила меня княжить в Новгороде!
— Ты был настолько дерзок и своенравен, что от тебя необходимо было избавиться как можно скорее. Ты обесчестил мое имя перед всеми владыками Европы насилием над моей воспитанницей, ты оскорбил великого воеводу Свенельда, вызвав его на поединок, ты…
— Владимир поедет в Новгород.
— Владимир вырос на моих руках. К счастью, он не похож на своего отца…
— Я сказал!.. — как отрубил великий князь Святослав и, не прощаясь, вышел из великокняжеского дворца теми же грохочущими шагами конунга.
— Что нам делать, Свенди? — растерянно спросила великая княгиня своего друга и соправителя, грозного защитника Киева великого воеводу Свенельда, слышавшего весь разговор. — Он убьет Владимира в пути…
Либо княгиня Ольга забыла, что внук слышит каждое ее слово, либо хотела, чтобы он слышал все.
— Наш внук доберется до Новгорода водным путем, — как всегда спокойно и обдуманно, сказал Свенельд. — Он возьмет с собой своих богатырей, гридней и охрану. Кроме того, среди гребцов будут мои люди.
— Святослав знает твоих людей.
— Тогда это будут твои люди.
— А в Новгороде?
— Новгородский посадник Радьша пьет из моей ладони. Рядом — рубеж, и Владимира всегда успеют переправить за границы Новгородской земли.
— Но по дороге в Смоленск…
— Дорогу в Смоленск держат под присмотром разъезды младшей дружины смоленского князя Преслава.
— Но я…
— Не волнуйся, моя королева, — усмехнулся воевода. — Я переправлю в Новгород вослед за Владимиром его матушку, мою внучку Малфриду.
— Как же он там, в Новгороде? Кругом чужие, незнакомые. Другие обычаи, другие привычки…
— Среди чужих всегда свои найдутся, не тревожь себя понапрасну.
  -------------
  "Скачайте книгу в нужном формате и читайте дальше"
Категория: Книги
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 18
Гостей: 18
Пользователей: 0

 
Copyright Redrik © 2016