Четверг, 08.12.2016, 07:00
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Книги

Сергей Полторак / Разведчик Кент
24.12.2014, 00:21
Плохих разведчиков не бывает. Их не бывает, как не бывало в Древнем Риме плохих гладиаторов: на подготовку неперспективных просто не тратили время. Брали только лучших. Худшие из лучших вскоре погибали. Оставались хорошие, очень хорошие и выдающиеся. Последних было мало.
Работа разведчика не во всем сродни гладиаторской. И если в бою у гладиатора была главная цель – выжить, то у разведчиков все куда сложнее. Но и среди них были во все времена профессионалы разного уровня.
Разведчик, о котором пойдет речь в этой книге, без всяких натяжек относится к той немногочисленной категории, которую, как в авиации, именуют асами. Сейчас в обиходе новое слово – суперагент. Что ж, разведчика, о работе которого знали Гитлер и Сталин, которого лично допрашивал Мюллер и Абакумов, которому целые страницы своих знаменитых мемуаров посвятил сам Вальтер Шелленберг, можно назвать и так. А начиналось все очень просто...

25 октября (7 ноября) 1913 года в Харькове в семье провизора – владельца небольшой аптеки – родился долгожданный сын. Он был в семье поздним ребенком. Его отец Марк Осипович женился лет тридцати пяти. Сначала на свет появилась старшая сестра Анна, а уже спустя восемь лет – он, Анатолий.
Это была во многом обычная еврейская семья, каких много: тихая, дружная, сплоченная душевным единством, взаимным теплом и многолетней привычкой к труду. При советской власти, когда частная собственность стала делом обременительным, Марк Осипович сначала работал в отделе здравоохранения Южной железной дороги в должности фармацевта, а позже, уже в Ленинграде, стал работать провизором в аптеке на улице Пестеля, а потом на парфюмерной фабрике. Больше всего маленькому сыну запомнились не столько его натруженные руки, сколько запахи – ни с чем не сравнимая гамма запахов множества духов и одеколонов. Они были чем-то сродни радуге в представлении слепого: от отца пахло счастьем. И это было справедливо.
Когда в апреле 1918 года Харьков захватили германские войска, а позже, в 1919 году, деникинцы, отец, будучи человеком беспартийным, тем не менее помогал большевикам-подпольщикам. У них в доме была конспиративная квартира. Пытливый ум ребенка, может быть, подсознательно примечал азы конспирации и это, как ни удивительно, в будущем сослужило ему добрую службу.
Толина мама, Юлия Львовна, была тихой, очень доброжелательной женщиной. Имея фармацевтическое образование, она работала лаборанткой в аптеке. Дома она бывала мало, потому что много работала. Воспитанием сына занималась няня, старая набожная украинка. Она с детства приучала своего воспитанника к православной вере, и тот часто ходил вместе с ней в церковь, умело крестился, стоял на коленях, знал молитвы и искренне, хотя и по-детски верил в Бога. Родители – люди не религиозные – думали, что все это несерьезно и посмеивались над ним. Между тем эта вера, затаившись, жила в сердце Анатолия Марковича всегда, даже тогда, когда он был комсомольцем и, хоть и небольшим, но руководящим советским работником. Не говоря о духовной поддержке, вера в Бога, знание христианских обычаев, традиций, истории религии, помогли ему в последующие годы естественно вписаться в образ набожного католика, который был столь ему необходим как разведчику.
Известная, проверенная жизнью истина: революции всегда свершаются ради бедных, но именно они больше всех от нее и страдают.
Гуревичи жили очень скромно, порой бедно. Часто приходилось залезать в долги. Единственным и самым большим богатством семьи была человеческая порядочность, истинная российская интеллигентность. Это качество очень ценили все, кто их знал – от соседей по дому до крестьян, приезжавших еще с дореволюционной поры к Марку Осиповичу за лекарствами и нехитрыми медицинскими рекомендациями. Во время военной разрухи и голода такие добрые отношения неожиданно обернулись важной практической стороной: украинские крестьяне нередко выручали семью бывшего аптекаря продуктами, что помогло им выжить в тех нечеловеческих условиях. Когда в Харькове были белогвардейцы, в городе нередко затевались еврейские погромы. В такие моменты крестьяне или соседи прятали семью уважаемого аптекаря в своих домах.
Отец с детства приучал маленького Толю к скромности, не уставая повторять, что буква «я» в алфавите последняя. Сын хорошо усвоил эту истину, поскольку уважал отца и старался быть во многом на него похожим. От него он перенял и не по возрасту серьезное отношение ко всему окружающему. Даже в детские игры он играл серьезно и основательно. Любимым занятием, как и у всех мальчишек, была игра в войну. Часто к ним в дом заходил знакомый отца – рабочий, а позже – чекист по фамилии Судаков. Нередко, вынув из своего нагана патроны, он давал его поиграть Толе. Счастью не было предела. Он видел себя настоящим героем. Но со временем тяга к военной жизни сменялась другой: становясь взрослей, ему все больше хотелось быть учителем. В какой-то мере на этот выбор повлияла тайная влюбленность в свою школьную учительницу, но еще больше – пример отца. Он был педагогом по призванию.
Как-то раз одиннадцатилетний Толя взял из отцовской пачки «Северная пальмира» одну папиросу и вместе с приятелем, подражая взрослым, неумело ее выкурил. Реакция отца была неожиданной: он подарил сыну свой серебряный портсигар с золотой монограммой, доставшийся ему от Толиного деда, и сказал, что при необходимости Толя всегда может пользоваться его папиросами. Странная реакция на детскую шалость привела к тому, что сын начал курить лишь много лет спустя, уже работая на заводе.
Получив первую зарплату, Анатолий на радостях купил себе у нэпмана в Гостином дворе очень дорогие ботинки, истратив на них почти все деньги. Увидев ботинки, отец улыбнулся и сказал, что одобряет его выбор, но впредь было бы правильней отдавать деньги маме, в общий бюджет семьи, чтобы совместно решать, на что эти деньги тратить. В дальнейшем все было именно так.
По складу характера Анатолий был лидером. Это проявилось еще в детстве, когда его, восьмилетнего школьника, одноклассники избрали старостой класса. И это при том, что учился он не очень хорошо, хотя по гуманитарным дисциплинам опережал многих. Старостой класса он пробыл несколько лет – вплоть до переезда семьи в Ленинград. Обязанности старосты приучили к собранности, инициативе
и честности. Ему часто поручали сбор денег на общественные нужды: походы в театр и кино, покупка для всего класса излюбленного лакомства – булочек, которые пекли в пекарне неподалеку от школы. Но у Толи никогда даже мысли не появлялось о том, чтобы схитрить, присвоив себе часть денег или потратить их на свои нужды.
В Харькове жилось голодно. На семейном совете было решено переехать в Ленинград, где у Юлии Львовны жили родители и две сестры. Так, с 1924 года Толя Гуревич стал ленинградцем.
Семья поселилась на улице Чайковского в доме 40/12. Анатолия определили в одну из лучших школ города – в школу № 13 (ныне – средняя школа № 181). До революции в ее здании располагалась 3-я Петербургская гимназия, из стен которой вышли многие молодые люди, ставшие затем видными государственными деятелями России,
Многие педагоги, работавшие прежде в гимназии, продолжали преподавать в этом учебном заведении. Кроме того, школе не было равных в городе по ее учебной оснащенности. Здесь действовали кабинеты физики, химии, рисования, хорошо оборудованный спортивный зал. Уроки пения проводились в помещении бывшей гимназической церкви с прекрасной акустикой.
Любимыми предметами будущего разведчика были обществоведение, русская литература, физика, география и особенно немецкий язык. Его преподавала классная руководительница Вера Михайловна Севастьянова. Спустя годы, находясь за рубежом, Кент часто вспоминал ее с большой душевной теплотой и благодарностью.
Анатолий Гуревич никогда не был выскочкой и льстецом, но его неукротимая энергия еще в школьные годы позволила ему сделать «карьеру», о которой его самолюбивые сверстники могли только мечтать. В крупном городе, недавней столице Российской империи, вчерашний провинциальный мальчик освоился мгновенно. Он вновь был избран старостой класса. Более того, ему было поручено еще несколько «ответственных» постов: он стал председателем учкома школы, председателем школьного совета общества «ОСОАВИАХИМ», членом районного делегатского собрания школьников. Энергия мальчишки хлестала через край. Он не просто успевал все  – он упивался возможностью выплеснуть свои силы, утвердиться не столько в чужих, сколько в своих собственных глазах.
Толя, как и многие тогда, занимался на курсах по изучению основ противовоздушной и химической обороны; прекрасно стрелял из пистолета и малокалиберной винтовки.
Даже молчаливый укор отца не мог помешать ему с гордостью носить на груди самые популярные и престижные знаки того времени – «Ворошиловский стрелок» и «Готов к труду и обороне» всех степеней. С такой же гордостью, наверное, в далекой тогда для него Франции иные деятели носили ленту ордена Почетного легиона...
Именно в школьные годы у Толи появилось еще одно увлечение, не раз выручавшее его в период
работы разведчиком: он не на шутку увлекся игрой в самодеятельном театре. По иронии судьбы, его первой ролью на сцене была, как значилось в пьесе, роль «шпиона в квадратной кепке»... Став военным разведчиком, Анатолий Маркович не раз иронизировал над самим собой, вспоминая своё мальчишеское представление и восприятие этой роли. Но искусство перевоплощения на сцене очень пригодилось потом и в той жизни, которая была куда сложнее выступлений на школьных театральных подмостках.
Юному артисту, схватывавшему на лету даже то, что для большинства сверстников оставалось незамеченным, очень помогали отношения с настоящими корифеями сцены. Ему приходилось бывать дома у актрисы Государственного академического театра драмы имени А. С. Пушкина Елизаветы Ивановны Тиме, жившей неподалеку – на улице Восстания. Бывал он, пятнадцатилетний участник драмкружка, и у известного баса Мариинского театра Владимира Ивановича Касторского, а также у известного артиста Николая Константиновича Печковского. Однажды судьба столкнула его и с Михаилом Михайловичем Зощенко, жившем через несколько домов от Толи на той же улице Чайковского, но ближе к Таврическому саду. Тогда, при встрече Михаил Михайлович показался ему резковатым, замкнутым, даже надменным. Но все подобные встречи, независимо от впечатлений, несли в себе тот опыт, который позже оказался бесценным.
Неукротимая энергия и удачное стечение обстоятельств привели Анатолия на ленинградское радио, где ему, подростку, было предложено совсем по-взрослому работать в качестве секретаря редакции радиопередачи «Час пионера и школьника».
Тогда, в конце 20-х годов, радиоцентр располагался на улице Герцена, позже он переехал на набережную Мойки, 61 – в дом, где теперь находится Электротехнический университет связи имени М. А. Бонч-Бруевича. Занимаясь новым делом, Толя еженедельно зарабатывал 5 рублей, что для семиклассника было необычно и очень солидно. С разрешения родителей большую часть зарплаты он тратил на покупку книг, в основном отечественной и зарубежной классики. Книги буквально «проглатывал», отчего у знакомых порой складывалось впечатление, что он их не читает вовсе. Сколько раз спустя годы молодой уругвайский бизнесмен Винценте Сьерра, а «в миру» все тот же Анатолий Гуревич, благодарил судьбу за то, что она дала ему возможность стать настоящим эрудитом! Непринужденные беседы с германскими компаньонами, представлявшими интересы интендантских служб вермахта, о творчестве Гете, Шиллера, Достоевского и Толстого создавали ему репутацию очень образованного человека, партнерство с которым – дело не только надежное, но и приятное.
Людей подобного склада ученые называют харизматическими личностями. Выдающийся историк, географ Л. Н. Гумилев применительно к ним ввел термин апоссионариев. Им, этим людям, всегда нужно действовать чрезвычайно активно. Покой для них – хуже смерти. На первый взгляд, их неуемное движение может показаться хаотичным, совершенно бессмысленным, а порой и просто вредным, но это – только на первый взгляд.
Не всегда четко представляя себе стоящую перед ними цель, эти люди, однако, интуитивно чувствуют правильность своего выбора.
Летом 1929 года неожиданно для всех пятнадцатилетний Анатолий оставил школу и пошел работать на завод. Родители, особенно мама, очень печалились по этому поводу, но сын заверил их, что помимо работы будет учиться на рабфаке, чтобы потом поступить в вуз, быть может, даже в военную академию.
По советскому законодательству того времени А. Гуревич не мог устроиться работать на завод, поскольку до шестнадцатилетия ему не хватало нескольких месяцев. Пришлось, покривив душой, в заполненной на заводе анкете приписать себе год. Рабочие руки на заводе «Знамя труда» № 2 были нужны, поэтому работники отдела кадров на подобные нарушения старались внимания не обращать.
15 августа 1929 года рабочий класс Питера пополнился шустрым и лопоухим мальчишкой невысокого роста, обладавшим такой обезоруживающей искренней улыбкой и добродушным нравом, что у каждого, кто знакомился с ним, складывалось впечатление, что они знают его давным-давно.
Первая должность у Толи была самая низшая – чернорабочий. Работая в цеху, он подвозил и подносил к станкам болванки еще не обработанных деталей. Труд был адский. Мальчишеское тело ныло от ссадин, физического напряжения и непрерывного движения. Отмывать руки от въевшихся в кожу машинного масла, графита и просто грязи было истинным мучением. Успокаивало лишь то, что где-то впереди маячила перспектива «дослужиться» до должности ученика разметчика по металлу. Быть может, точно так же юный государь Петр Алексеевич, проходя службу в должности барабанщика, втайне мечтал поскорее подняться на следующую ступеньку, которая и была-то всего должностью солдата...
Работать на заводе было тяжко, но жаловаться на усталость и трудности родным и друзьям было непозволительно: именно тогда Анатолий учился скрывать от окружающих свои эмоции, управлять чувствами. Никто, даже самые близкие люди, не знали, что за привычной улыбчивостью и подвижностью этого рабочего паренька скрывается редкая воля, выдержка и настырность.
Завод находился за Нарвскими воротами, на окраине города. Добраться до него от дома, из самого центра Питера, было сложно. От улицы Чайковского до проспекта Стачек ходил трамвай. Но ходил он настолько нерегулярно и полз так медленно, что порой было проще дойти пешком. Тем не менее это было настоящим счастьем – осознавать себя человеком .
Втянувшись в работу, Анатолий находил время даже для того, чтобы учиться на городских курсах
противовоздушной обороны, куда он поступил незадолго до прихода на завод. Он был самым юным слушателем этих курсов: там в основном учились взрослые люди, среди которых было много военных. О его учебе никто не знал: ПВО в то время было делом очень модным, и говорить о своей причастности к нему Толя считал нескромным. Но однажды, уже после окончания курсов, он все же решился подойти к начальнику штаба ПВО завода Михайлову и предъявить аттестат об окончании городских курсов ПВО. По тем временам это был весьма примечательный документ, подтверждавший высокую квалификацию в деле, которое только-только утверждалось в стране. Но в силу развития военной авиационной техники оно рассматривалось как серьезный фактор в борьбе против возможного нанесения будущим противником воздушных ударов. Поэтому молодого рабочего без промедления назначили командиром одного из отрядов ПВО завода.
Любопытен такой пример. Как-то на стадионе завода «Красный треугольник» проводились показательные игры противовоздушной и противохимической защиты, в которых участвовал и А. Гуревич. В определенный момент он должен был ракетницей дать сигнал к началу «операции». Анатолий дернул за шнур ракетницы – шнур, как это бывает, оборвался. Мероприятие оказалось на грани срыва, и ему ничего не оставалось, как поджечь ракету спичками. В результате пальцы правой руки были сильно обожжены. Никому ничего не объяснив, Толя замотал руку бинтом, а сверху надел перчатку. Дома сказал, что повредил ее на работе; на работе – что порезал ее дома. Сутки спустя он все же пришел в больницу на перевязку. Когда фельдшер снимал с его руки прилипший к месту ожога бинт, Анатолий из-за болевого шока потерял сознание, но от бюллетеня отказался: в цеху было слишком много работы...
Проверка боевой готовности противовоздушной обороны предприятий и организаций города в конце 20-х – в 30-е годы было делом обычным. В ней участвовали не только профессионалы, но и административные, а также партийные работники разного уровня. Как-то на завод, где работал А. М. Гуревич, с подобной проверкой прибыла большая комиссия во главе с первым секретарем райкома ВКП(б) Иваном Ивановичем Газа. Комиссии больше всего понравились действия отряда, которым руководил Анатолий Гуревич. Вскоре, в самом конце 1930 года, он, несмотря на юный возраст, был назначен инструктором штаба ПВО Московско-Нарвского района Ленинграда.
Сделав быструю карьеру, Анатолий уже в феврале 1931 года был зачислен на должность участкового инспектора 14-го отделения милиции Ленинграда с прикомандированием к штабу ПВО Нарвского района. Район тогда уже разделили на Московский и Нарвский.
Семнадцатилетнему юноше выдали длинную черную шинель, высокую папаху, а на петлицах его красовались знаки различия участкового инспектора.
В июне 1932 года он стал инспектором ПВО района, а спустя менее полугода, начальником сектора боевой подготовки и начальником химической службы штаба ПВО Нарвского района.
Работать приходилось очень много. Нескончаемые проверки фабрик, заводов, госпиталей, больниц и даже – бань, поскольку именно в них в боевых условиях предполагалось создавать «обмывочные пункты» со стерилизацией одежды.
Каждый рабочий и служащий имел свой личный противогаз, проверять исправность которого также входило в его обязанности.
Наблюдательный инспектор вскоре установил, что многие рабочие нашли своим противогазам дополнительное применение: они использовали фильтры противогазной коробки дня очистки денатурата. Полученный «продукт» владельцами противогазов поглощался с удовольствием. Каждый подобный случай обязательно регистрировался инспектором; противогаз изымался, опечатывался и вместе с рапортом о случившемся направлялся для разбирательства в вышестоящую инстанцию. Провинившемуся выдавался новый противогаз и все начиналось сначала...
--------------------------------------------------------------

                               
Категория: Книги
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 15
Гостей: 15
Пользователей: 0

 
Copyright Redrik © 2016