Суббота, 03.12.2016, 20:38
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Книги

Елена Лелина / Павел I без ретуши
06.10.2014, 00:30
Вы видите: я не бесчувствен, как камень, и мое сердце не так черство, как то многие думают. Моя жизнь докажет это.
Я предпочитаю быть ненавидимым, делая добро, нежели любимым, делая зло.
Великий князь Павел Петрович
Ранним утром 12 марта 1801 года Россия присягнула новому императору Александру I. Правда, новоявленный монарх находился в состоянии глубочайшей прострации. Темные круги вокруг глаз, нарисованные напряженными треволнениями минувшей ночи, свидетельствовали о его крайнем нервном истощении. И немудрено: восшествие Александра на престол сопровождалось жестоким убийством его отца, императора Павла I.
Россия XVIII века пережила несколько дворцовых переворотов. Посылом к этому явился указ Петра I о престолонаследии от 1722 года, согласно которому по воле правящего монарха русский трон мог занять любой достойный (или не достойный?) претендент. При этом сам Петр, скончавшийся в январе 1725 года, своим указом воспользоваться не успел (или не решился, не обнаружив среди своего окружения истинного преемника?).
Петровский указ сыграл на руку череде отчаянных авантюристов, сумевших, опираясь на гвардейские штыки, взойти на русский престол. Этим указом намеревалась в конце жизни воспользоваться и Екатерина II, которая планировала назначить своим непосредственным преемником любимого старшего внука Александра, минуя нелюбезного ее душе и сердцу сына Павла Петровича. Об этом при русском дворе говорили чуть ли не в открытую. Льстивые царедворцы практически смеялись Павлу в лицо. А уж что говорилось за спиной законного наследника!
Впрочем, почему законного? В этом отношении закон был матушке Екатерине не писан. Она сама заполучила русский трон в 1762 году посредством жесткого, стремительного переворота, предложив России себя в качестве всевластной императрицы, а русскому обществу — сказку о «геморроидальных коликах» свергнутого императора-мужа Петра III, якобы повлекших за собой его скоропостижную смерть.
6 ноября 1796 года Екатерина II скончалась в Санкт-Петербурге, не осуществив своих намерений относительно смены престолонаследника. Спокойно, без проволочек и неуместных в такой ситуации манифестаций, великий князь Павел Петрович вступил на российский престол. Первое распоряжение коронованного императора касалось закона о легитимности власти. Отныне власть в России будет передаваться от отца к сыну, а если такового нет — следующему по старшинству брату императора. Согласно этому указу страной, вплоть до краха дома Романовых в 1917 году, управляли «Павловичи», что обеспечивало достаточную стабильность при смене каждого из правлений.
Павел I почитал закон, справедливо считая, что он есть основа правильного государственного устройства. Екатерининские вельможи, доставшиеся ему по наследству от покойной матушки, воспринимали павловские законы как смирительную рубашку, выдавая требования своего императора за проявления вздорного характера слабоумного, неадекватного человека. Ложь и клевета, сопряженные со страхом и ненавистью, сопровождали немногим более чем четырехлетнее правление этого тонкого, искреннего, нервного, жаждущего понимания и любви, окруженного сонмом родни и придворных, но при этом бесконечно одинокого императора-романтика.

Павел I родился 20 сентября 1754 года в Санкт-Петербурге, в одном из помещений Летнего дворца императрицы Елизаветы Петровны. Его царственная бабка Елизавета, Петра Великого «дщерь», на протяжении долгих девяти лет ждала появления наследника.
В 1742 году бездетная русская императрица Елизавета Петровна призвала к российскому двору племянника, сына своей сестры, старшей дочери Петра I Анны, голштинского принца Карла Петера Ульриха. Юноша был миропомазан и уже под именем Петра Федоровича провозглашен наследником престола. 21 августа 1745 года его женили на скромной немецкой принцессе Софии Фредерике Августе Ангальт-Цербстской, в православии Екатерине Алексеевне. Появление в 1744 году на русском придворном небосклоне будущей Екатерины II историк Н. К. Шильдер охарактеризовал следующим образом: «Между тем оказалось, что в Москву прибыла представительница будущей славы России, державное воплощение забытого после Петра Великого русского государственного эгоизма».
Рождение в 1754 году (почти через десять лет после начала супружества) у великой княгини Екатерины Алексеевны ребенка, названного Павлом, сопровождалось придворными сплетнями и слухами. Говорили, что истинным отцом мальчика был красавец-камергер С. В. Салтыков, настойчиво неравнодушный к женским чарам Екатерины и сумевший добиться успеха в своих ухаживаниях. Поговаривали даже, что при родах ее ребенок умер и был заменен новорожденным чухонским младенцем.
Позднее, составляя «Записки» о своей молодости, Екатерина II настойчиво намекала, что великий князь Петр Федорович к рождению ее сына Павла причастен не был. И это понятно: в начале 1770-х годов наследник Павел Петрович приближался к возрасту совершеннолетия, и императрице вовсе не хотелось не только отдавать власть, но даже делиться ею. Может быть, поэтому прекрасно образованный и воспитанный великий князь Павел при екатерининском дворе всегда отстранялся от дел и выставлялся по меньшей мере недоумком.
Екатерина II женила сына дважды. Первый раз в 1773 году, когда наследнику едва исполнилось 19 лет. Это был блестящий повод вежливо устранить многолетнего наставника и воспитателя Павла, умнейшего царедворца Н. И. Панина, откровенно готовившего своего любящего воспитанника на трон. Ему недвусмысленно дали понять, что мальчик вырос — пора жениться, и с обучением было покончено. «Дом мой очищен!» — радостно воскликнула Екатерина, когда неугодный Панин был удален от двора. Стало быть, для женитьбы, по логике императрицы, мальчик вырос, не достигнув и 20-летнего возраста, а законный престол своего низвергнутого отца он получит ох каким переростком!
В жены Павлу Петровичу была определена принцесса Гессен-Дармштадтская Вильгельмина, в православии Наталья Алексеевна. Первоначальное восхищение императрицы юной невесткой вскоре сменилось тревожным раздражением. Прежде всего, «эта особа» была слишком расточительна; во-вторых, не успев хорошенько оглядеться и освоиться при русском дворе, она обзавелась фаворитом — им стал ближайший друг великого князя, граф А. К. Разумовский; в-третьих, ее влияние на мужа было слишком велико, а честолюбивые планы выходили далеко за рамки дозволенного. Поэтому, когда в апреле 1776 году Наталья Алексеевна скончалась «от неудачных родов», Екатерина, особо не опечалившись, без проволочек потрудилась подыскать сыну новую жену, с более мягким и покладистым характером. Она не прогадала. Вторая невестка, вюртембергская принцесса София Доротея Августа Луиза, ставшая женой Павла под православным именем Марии Федоровны, боготворила мужа, почитала его мать и одного за другим рожала здоровых детей. За двадцать два года супружества Мария Федоровна принесла новому отечеству десять порфирородных «Павловичей»: Александра, Константина, Александру, Елену, Марию, Екатерину, Ольгу, Анну, Николая, Михаила.
Воспитанием детей занималась сама Екатерина. Особой заботой и трепетной нежностью она окружила старшего внука Александра. Точно так же, как некогда Елизавета Петровна, отнявшая у нее сына и лишившая ее радости материнства, она полностью отстранила родителей от великокняжеской детской комнаты. Павел Петрович и Мария Федоровна вели тихую уютную жизнь в пожалованной им в 1777 году пригородной резиденции Павловске, к которой через шесть лет была добавлена «мыза Гатчина». А во всем, что касалось вопросов политики, дипломатии, армии, финансов, двора и даже воспитания их собственных детей, Екатерина и сама знала, что  и как  надо делать.
Большим событием в жизни молодой супружеской пары стало их совместное заграничное путешествие 1781–1782 годов по странам Европы, которое продолжалось 14 месяцев. Несмотря на то что они путешествовали инкогнито, под именем графа и графини Северных, королевские дворы и герцогства были прекрасно осведомлены о высоком статусе своих гостей. Впервые за всю свою жизнь великий князь почувствовал себя наследником престола великой страны. Ему оказывали высокие почести, с ним говорили о делах, к его высказываниям прислушивались…
Павел и Мария Федоровна произвели на европейское общество самое благоприятное впечатление. Все отмечали их ум, обаяние, широкий кругозор, блестящий художественный вкус. Наследник покорил всех умением держаться с воистину царским достоинством, несмотря на общеизвестную щекотливость его положения при русском дворе: когда в 1781 году, проезжая через Вену, он должен был присутствовать на придворном спектакле и решено было показать пьесу У. Шекспира «Гамлет», актер И. Ф. Брокман отказался исполнять эту роль, сказав, что в театральном зале окажутся два Гамлета.
Если говорить о личных впечатлениях Павла от путешествия, то наиболее яркие из них он получил во время пребывания в Берлине, столице Пруссии, которая считалась в то время одним из самых могущественных государств Европы. Установленные Фридрихом II порядки, четкая дисциплина во всем, и прежде всего в армии, привели наследника престола в восхищение. Вернувшись домой, он начнет моделировать свое представление о государстве и армии на примере «гатчинской империи» и гатчинского гарнизона, ориентируясь на прусский эталон.
После заграничного путешествия конфликт великого князя с матерью обострился. По дворцовым закоулкам носились слухи, что Екатерина активно готовится к его устранению от престолонаследия. Павел молча терпел. В присутствии матери он неизбежно был спокоен, любезен, молчалив. «Если чему обучило меня путешествие, то тому, чтобы в терпении искать отраду», — отметит он в одном из писем этого времени.
Терпение увенчалось успехом. В 1796 году великий князь Павел Петрович стал императором всероссийским Павлом I. К этому времени у него уже была выработана четкая программа развития страны. Одним из свидетельств того служит написанное двадцатилетним Павлом и безрезультатно представленное им на суд матери еще в 1774 году сочинение «Рассуждение о государстве вообще…» и последовавшая за ним «Собственноручная записка о гвардии». Анализ этих текстов показывает, что их составлял умный, думающий человек. Они представляют собой грамотную, жесткую критику екатерининского правления и наглядным образом отражают политическую и военную мудрость учителей Павла Петровича. Еще один программный блок документов был составлен наследником в 1788 году, когда он решительно готовился в поход к театру военных действий (сначала он намеревался отправиться на юг, где шла война с Турцией, но в результате оказался на северо-западном фронте, где разворачивались бои со Швецией). Это семь памятных документов: три — на случай его собственной гибели и четыре — на случай кончины Екатерины во время его отсутствия. Программа Павла опиралась на два главных начала: устранение привилегий во имя равенства перед законом и установление единого порядка во славу закона. Письма-завещания жене и детям свидетельствуют о его глубоком понимании своего назначения: радеть о народе и государстве. Именно здесь он обдумывает основные принципы, в дальнейшем положенные в основу указа о престолонаследии, обнародованного в день его коронации, 5 апреля 1797 года.
Итак, в 1796 году император Павел I был готов к переменам. Но была ли к этому готова Россия, и прежде всего сановный Санкт-Петербург?

Императора Павла I часто называют трагическим персонажем на российском политическом небосклоне. Трагедия заключалась в том, что окружающие не понимали его, а он не понимал их. Это был замкнутый круг непонимания, перераставшего в страх, раздражение, ненависть. Его ближайшее окружение не стало и не могло стать сплоченной командой, в едином порыве устремленной к общей цели. А ему ошибочно казалось, что его монаршей воли будет достаточно, чтобы в одночасье изменить все: страну, армию, людей, характеры, вкусы, моды… Он лихорадочно спешил в своих переменах, отнюдь не задумываясь о том, что лихорадочная спешка приводит к плачевным результатам. Он жаждал уважения и любви — его боялись; он стремился к славе и почитанию — над ним потешались; он искал благородных друзей — его обманули и предали…
«Павел вступил на престол с обширным запасом преобразовательных программ и с еще более обильным запасом раздраженного чувства, — писал историк В. О. Ключевский. — Но ему уже было значительно за сорок лет… он так долго дожидался престола, что, вступив, подумал, что вступил уже поздно…»
Царствование Павла I началось с манифеста, провозгласившего мирную политику Российской империи. В стране стали проводиться тотальные преобразования. Стремительная законотворческая деятельность Павла-императора свидетельствует, что годы его «гатчинского затворничества» сопровождались напряженной работой в этом направлении. Создается ощущение, что некоторые документы были уже давно подготовлены наследником, выверены и переписаны набело. Павел отменил прежний чрезвычайный рекрутский набор (по 10 человек с тысячи), осуществил меры по уменьшению цены на хлеб. С высоты царского престола впервые в России была предпринята попытка облегчить каторжный труд крестьян, ограничивающая барщину тремя днями в неделю работы на помещика. Особое внимание уделялось вопросам реорганизации армии. Основываясь на своих собственных представлениях о воинском порядке и дисциплине, Павел в одночасье переодел и переобул солдат и офицеров на прусский манер, переписал уставы, выпустил новые штаты и точные правила рекрутских наборов. Привыкшие к вольготной жизни екатерининские офицеры были вынуждены «нести прямую службу, а не по-прежнему наживать себе чины без всяких трудов». Все петербуржцы в одночасье должны были сменить покрой сюртуков, платьев и шляп, который ни в коем разе не должен был напоминать о французской моде, свидетельствующей, по мнению нового императора, о французской «революционной заразе» и «духе якобинства».
Жажда исторической справедливости толкает Павла на умопомрачительный шаг: он отдает распоряжение об эксгумации останков Петра III и с почестями хоронит его вместе с усопшей Екатериной II в Петропавловском соборе. При этом он весьма жестоко обходится со всеми оставшимися в живых участниками переворота 1762 года, вознесшего на престол его мать. Это было демонстративное назидание окружающим, которое, впрочем, не предотвратило его собственного рокового конца.
Он хотел быстро-быстро добиться результата во всем. Как в детстве — быстро заснуть, быстро проснуться, быстро позавтракать, быстро приготовить уроки… В характере этого взрослого человека осталось много детского: излишняя искренность, излишняя наивность, излишняя обидчивость, излишняя подозрительность. Последнее погубило его отношения с семьей. «Павла стали преследовать тысячи подозрений, — писал современник А. Чарторыйский, — ему казалось, что его сыновья недостаточно ему преданы, что его жена желает царствовать вместо него. Слишком хорошо удалось внушить ему недоверие к императрице и к старым его слугам. С этого времени началась для всех, кто был близок ко двору, жизнь, полная страха и вечной неуверенности».
Он остается один, еще до конца не понимая этого. Его взрывная, неуправляемая вспыльчивость и гипертрофированная подозрительность отталкивают от него даже «любезную жену» Марию Федоровну, взрослых сыновей и тех немногих из его окружения, кого он мог бы назвать друзьями. Он хочет везде поспеть сам: сам всем указать и сам все показать. Он раздражается людской нерадивостью, непочтительностью, недисциплинированностью… Он запрещает, наказывает, высылает, арестовывает… И ошибается, ошибается, ошибается.
Павловский двор и семья Павла I пребывали в молчаливом, гнетущем повиновении, окрашенном постоянным страхом. Подозрительный император приветствовал шпионаж и доносительство, которое становилось поощряемой нормой. Доносили все и на всех, даже на членов императорской фамилии…
  -------------
  "Скачайте книгу в нужном формате и читайте дальше"
Категория: Книги
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 43
Гостей: 39
Пользователей: 4
sf, Papa_Smurf, rv76, Спика

 
Copyright Redrik © 2016