Суббота, 03.12.2016, 09:47
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Книги

Теренс Робертсон / Подводный ас Третьего рейха. Боевые победы командира субмарины «U-99». 1939-1941
14.11.2009, 16:46

   В 1934 году, когда численность вооруженных сил немцев ограничивалась Версальским договором, формирование армии и военно-воздушных сил шло под всевозможными прикрытиями. И только военно-морской флот приступил к осуществлению программы реконструкции совершенно открыто: никто, кроме узкого круга посвященных лиц, не смог бы определить, насколько строящийся флот соответствует установленным союзниками пределам. Под энергичным руководством адмирала Редера, только что назначенного Верховным главнокомандующим военно-морских сил, развернулось гигантское строительство в доках Бремена, Гамбурга, Вильгельмсхафена и Киля. На стапелях стояли современные военные корабли, крейсеры и эсминцы.
   Но Редер был недоволен. Во время одной из встреч он сказал Гитлеру: «Ключ к владычеству Германии на море лежит под водой. Дайте нам подводные лодки, и у нас появятся зубы, чтобы кусаться».
   Шестью месяцами позже Редер был вызван в рейхсканцелярию, где Гитлер со словами «вот вам зубы» вручил ему лист бумаги. Это была телеграмма Риббентропа из Лондона, в которой сообщалось, что Британия подписала англо-германский военно-морской договор 1935 года, по которому Германия получала право строить надводный флот в количестве не более 35 процентов от имеющегося в Великобритании. Помимо этого в нем содержался пункт, дающий Редеру «зубы», которых ему так не хватало.
   Немцам разрешалось создать флот подводных лодок в количестве начиная от 45 процентов британского и до равного ему, если возникнет такая необходимость. В 1917 году немецкие подводные лодки представляли собой серьезнейшую угрозу для Великобритании. И теперь английское правительство благословило рождение нового немецкого подводного флота. Немцы получили право совершенно легально строить больше субмарин, чем каких бы то ни было других военных кораблей.
   Первый раунд отчаянного сражения, вошедшего в историю как Битва на Атлантике, был выигран в обманчиво спокойных водах дипломатии. Редер быстро превратил бумажную победу в практическую программу строительства.  Он отозвал с крейсера «Эмден» лучшего немецкого аса-подводника, прославившегося в период Первой мировой войны, капитана Карла Дёница, и поставил перед ним задачу в кратчайшие сроки создать новый немецкий подводный флот.
   Дёниц был откровенно счастлив вновь вернуться к службе подводника. Собрав бывших коллег, он с их помощью заложил основы долгосрочной программы подготовки кадров для нового флота. Существовавшая в Киле противолодочная школа стала центром, где обучали не только приемам обороны, как это следует из названия учебного заведения, но также наступательной тактике. Вскоре были решены все технические вопросы, и в начале 1936 года в кильскую школу прибыли первые офицеры-стажеры. Всем им было по двадцать лет. Никто не скрывал, что их впереди ждет напряженная работа.
   «Военно-морской флот, — сказал им Дёниц, — это сливки вооруженных сил. В свою очередь, подводный флот — это сливки военно-морского флота. Только очень немногие когда-нибудь станут командирами субмарин. Многие из вас вернутся на большие военные корабли. Будущее каждого зависит от того, насколько упорно вы будете овладевать знаниями, чтобы соответствовать моим высоким требованиям».
   Среди первых молодых офицеров, чьи души тронули эти слова, были Гюнтер Прин, Иоахим Шепке и Отто Кречмер, три младших лейтенанта, которых совершенно не устраивало пребывание «среди прочих» в офицерских кают-компаниях больших кораблей. Они прибыли в Киль в поисках свободы развития собственной личности. Это было единственное, что их объединяло. Во всем остальном они были совершенно разными.
   Прин был очень подвижным, худощавым молодым человеком с кротким выражением лица, за которым скрывалась упорная, целеустремленная и горячая натура. Его порывистость, еще не усмиренная зрелостью, находила выход в злой язвительности, которая удерживала всех его потенциальных друзей на почтительном расстоянии. Он ни с кем не сходился близко, тщательно оберегая от посторонних свои мысли, чувства, переживания.
Щепке был его противоположностью. Высокий, красивый и неизменно жизнерадостный юноша, он был удивительно обаятелен. Его обожали все без исключения. Такое положение Шепке очень нравилось, он откровенно наслаждался всеобщим восхищением, что и являлось его главной слабостью.
   Кречмеру в ту пору исполнилось двадцать четыре года. Сын школьного учителя из Нижней Силезии, он был во многих отношениях самым стойким и выносливым из этой троицы. Море во все времена воспитывало мужчин, которые предпочитали корабли женщинам. Они были счастливы, стоя на капитанском мостике, а не сидя в удобном кресле у камина. Кречмер был именно из этой породы. Его пытливый ум постоянно требовал новых знаний о море и кораблях. В любых ситуациях он вел себя с уверенностью человека, который точно знает, каким делом он занят сейчас и чем будет заниматься завтра. Помимо этого Кречмер обладал и рядом менее привлекательных черт: он жестоко презирал слабых, был нетерпим ко всему, что не соответствовало его личным критериям, не признавал права человеческого существа на минутную слабость, которая может помешать качественному выполнению служебных обязанностей. Он был горд и самодостаточен. Если бы не чувство юмора и постоянная готовность выслушать своих коллег (не допуская при этом вмешательства в свои личные дела и излишней фамильярности), этот человек мог бы показаться несносным. В течение последующих трех лет эта троица шла нога в ногу. Они быстро стали командирами, пережили множество захватывающих приключений. Между ними даже существовало некое подобие дружбы, правда основывающейся больше на соперничестве, чем на личной привязанности.
   В первые месяцы обучения Кречмер стал завзятым курильщиком, его редко можно было увидеть без сигары, плотно зажатой в зубах. Именно благодаря неизменной сигаре он попал в свои первые крупные неприятности, будучи младшим лейтенантом на «U-35».
   Однажды эта подлодка принимала участие в тренировочных погружениях на Балтийском море. К вечеру все, за исключением разве что капитана, совершенно ошалели от беспрерывных скачков вниз-вверх и в полной мере осознали, что ощущает дельфин после выполнения аналогичных упражнений. К ночи лодка всплыла на поверхность. Кречмер, который устал не меньше других и страстно желал спокойно выкурить сигару и хотя бы немного расслабиться, присоединился к капитану, находившемуся на мостике. Сделав первую глубокую затяжку, он задумчиво взглянул на капитана и пришел к выводу, что в самое ближайшее время погружений не ожидается. Какое-то время они пробудут на поверхности. Но, заметив появившуюся на физиономии капитана загадочную усмешку, он тут же сделал вывод, что неприятные сюрпризы все-таки не исключены. Подозревая, что вот-вот последует команда «Срочное погружение!» и он даже не успеет докурить сигару, Кречмер решил отвлечь внимание капитана и напомнил о дефектной заглушке в стволе орудия, из-за чего внутрь постоянно просачивается вода. Он вызвался устранить неисправность и, расценив кивок капитана как согласие, отправился на носовую палубу, так и не выпустив изо рта сигару.
   Ему потребовалось время, чтобы с глубокомысленным видом осмотреть заглушку со всех сторон. При этом он отлично знал, что до прихода в порт ничего с этой подтекающей штуковиной поделать нельзя. Он как раз вернул все на место, когда неожиданно услышал пугающе знакомые звуки. Из продуваемых балластных танков с громким шипением вырывался воздух, заработали машины. Лодка погружалась! Кречмер рванулся к рубке, но обнаружил только задраенный люк. Он изо всех сил затопал по нему, надеясь, что внизу кто-нибудь услышит, но тщетно. Палуба медленно уходила из-под ног. Он сделал попытку забраться на перископ, но тот был хорошо смазан, а намокшая и сразу ставшая очень тяжелой верхняя одежда неудержимо тянула вниз. Ему пришло в голову, что если он просто будет держаться за перископ, то давление воды поднимет его наверх, тогда он сможет заглянуть в «глаз» перископа и его непременно заметит вахтенный офицер. Задумка не удалась. Кречмер уже погрузился на глубину 35 футов; окружавшая со всех сторон зеленая толща воды весьма недружелюбно сжимала его в своих объятиях, да и сдерживать дыхание уже не было никакой возможности. Поэтому Кречмер разжал руки и позволил воде вытолкнуть его на поверхность. Слегка отдышавшись, он с ужасом понял, что плыть в тяжелой верхней одежде не сможет. Тогда он решил постараться как можно дольше продержаться на поверхности. Последнее, что он увидел до наступления темноты, — это медленно плывущую по темной воде свою форменную фуражку, а рядом с ней — размокшую сигару.
«U-35» всплыла совсем рядом, главный старшина бросил пловцу спасательный буй. У него еще хватило сил вцепиться в него. Но самостоятельно забраться на борт он уже не смог. Его втянули на палубу и почти внесли в рубку.
   Кречмер валился с ног от усталости, к тому же весь дрожал от холода. Он не смог найти достойных слов для капитана, поэтому сделал рукой жест, отдаленно напоминающий салют, и тихо пробормотал:
— Лейтенант Кречмер докладывает о возвращении на борт.
   Потрясенный, капитан автоматически ответил на приветствие:
— Спасибо, лейтенант.
   Кречмера отвели вниз, напоили горячим ромом, обложили бутылками с теплой водой. Он проспал до утра и, проснувшись, почувствовал себя вполне здоровым, если не считать саднившего горла и довольно сильной головной боли. Правда, последнее, как он подозревал, было вызвано не простудой, а выпитым им накануне излишком рома.
К середине 1938 года численность подводного флота начала быстро увеличиваться. Он состоял уже из 30 вполне современных подводных кораблей. Каждую новую лодку с нетерпением ожидал отлично подготовленный экипаж. Редер имел все основания чувствовать себя счастливым. «Зубы», которых ему так не хватало, росли очень быстро. Сорок пять процентов, позволенных по военно-морскому договору, уже были достигнуты.
   «Ребенок», получивший право на жизнь благодаря дипломатии, быстро рос и мужал.
Накануне третьей встречи между Гитлером и Чемберленом, которая должна была произойти в сентябре 1938 года в Мюнхене, Дёниц, к тому времени произведенный в адмиралы и назначенный главнокомандующим подводным флотом Германии, провел секретное совещание. На нем присутствовало более пятидесяти офицеров, среди которых были и наши герои, три новоявленных лейтенанта, только что получившие очередные нашивки.
   Впереди сидел Прин, в процессе обучения командовавший 500-тонной подводной лодкой океанского плавания «U-47», за ним, как обычно жизнерадостный, — Шепке, командовавший меньшей подлодкой. Его бесшабашно заломленный головной убор и легкомысленная, даже слегка небрежная манера обращения как к матросам, так и к командирам создавала вокруг него атмосферу лихости. Именно такой стиль импонировал Дёницу. Он был уверен, что у такого подчеркнуто удалого командира субмарины все остальные качества тоже должны быть на высоте. В самом углу комнаты пристроился, как всегда невозмутимый и неразговорчивый, Отто Кречмер, недавно ставший командиром маленькой 250 — тонной подводной лодки прибрежного плавания «U-23». За последние два года он приобрел устойчивую репутацию командира, чьи торпеды почти всегда поражают цель.
На совещании обстановка была довольно напряженной, офицеры надеялись, что наконец будет внесена ясность в вопрос, который уже долгое время был у всех на устах, — о грядущей войне.
Дёниц не заставил их долго ждать. Когда все поочередно доложили о своем присутствии, он встал и начал говорить.
— Господа, — сказал он, — все вы знаете, что фюрер в настоящее время покинул Берлин и отправился в Мюнхен на встречу с британским премьер-министром. Адмирал Редер заверил меня, что он настроен на достижение соглашения с Великобританией, но мы должны быть готовы к неудаче в деле политического урегулирования и ее возможным последствиям. Отныне и впредь вы обязаны находиться в полной боевой готовности. Перед уходом отсюда всем вам раздадут запечатанные конверты, в которых содержатся секретные приказы. Обращаю ваше внимание, что их не следует вскрывать, пока вы не получите от меня сигнал о начале военных действий. От командиров ваших флотилий вы получите конкретные приказы, после чего каждая подлодка в течение трех дней должна стать самостоятельной боевой единицей.
Завтра будет официально объявлено о проведении учений немецкого военно-морского флота в Северном и Балтийском морях. Это будет сделано для прикрытия наших истинных целей. Я надеюсь, более того, я уверен, что на Мюнхенской конференции будет достигнуто мирное урегулирование всех вопросов с Великобританией. Если же нет, вы станете авангардом наших вооруженных сил. Желаю удачи!
В последующие двенадцать часов 25 подводных лодок отплыли из Киля и Вильгельмсхафена в Северное море. Их задачей стало подводное патрулирование на огромных пространствах, начиная от Шетландских островов на севере и до атлантического побережья Франции на юге. Фактически Дёниц набросил стальную петлю на Британский архипелаг. А в это время в Мюнхене Чемберлен все еще терпеливо пытался договориться о мире с вспыльчивым и раздражительным Гитлером.
Двумя днями позже подлодка «U-23» приступила к подводному патрулированию в 15 милях к востоку от залива Гамбер, имея на борту топливо и снабжение для месячного похода. Ее экипаж состоял из 25 человек. Вместо нормального боекомплекта из 4 торпед на борту имелась только одна, чтобы осталось больше места для магнитных мин. Уоррант-офицер Петерсон, штурман божьей милостью, успевший послужить на самых различных должностях, прежде чем его способности были замечены, сдал вахту сменившему его младшему лейтенанту и сделал следующую запись в корабельном журнале:
   «12.00. Облачность, слабый дождь. Видимость хорошая. Море неспокойное, зыбь. Сила ветра 5 (сильный бриз). Глубина до 30 футов. Вижу рыбацкие лодки — пеленг 310 градусов, расстояние 4 мили. Военных кораблей в пределах видимости нет».
   Петерсон расписался и отправился в торпедный отсек, где Кречмер и старший лейтенант У. Шнии [Во время войны он стал настоящим асом, был командиром «U-60» и «U-200», на его счету 198 000 тонн потопленного тоннажа противника. ]  обсуждали последние новости с Мюнхенской конференции. Старший лейтенант не скрывал своей озабоченности перспективой испробовать на прочность противолодочную оборону англичан, до сей поры совершенно неизвестную немецким подводникам. За несколько месяцев до этого британская субмарина «М-2» затонула в проливе Ла-Манш, после чего немецкая разведка донесла, что она была обнаружена эсминцами, использующими какие-то слуховые приборы [Это были первые «асдики», гидролокационные приборы, которые позволяли Королевскому флоту успешно обнаруживать и топить немецкие подлодки. В «Официальной истории войны на море» сказано: «Похоже, немцы ничего не знали о наших «асдиках». Случай с «М-2» показывает, что это лишь отчасти верно].  Больше никакие детали не были известны.
— Что ж, очень скоро мы узнаем, что приготовил для нас Королевский ВМФ. Судя по всему, недалек тот день, когда мы вскроем запечатанные конверты, — проговорил Отто Кречмер. — Мне не нравится, что у нас на борту мины. Не хочется думать, что нам придется идти к берегу, чтобы их установить.
В темноте они всплыли для зарядки батарей. Ночь прошла спокойно, море было пустынным. На рассвете лодка снова опустилась на перископную глубину и приступила к патрулированию на подходах к Гамберу. Именно в таком режиме, ночью — на поверхности, днем — под водой, подводная лодка «U-23» несла боевое дежурство в течение трех дней.
Пост Прина располагался немного севернее. Он патрулировал Скапа-Флоу — основную якорную стоянку флота метрополии. Его не радовало, что в случае объявления войны он будет находиться ближе всех к флоту метрополии. Он вполне резонно полагал, что если какая-то из гаваней Великобритании имеет хорошую защиту от нападения вражеских подводных лодок, то это именно Скапа-Флоу.
Лейтенант Шепке значительно меньше думал о британской противолодочной обороне, не забивал он голову и будущими военными проблемами. Прибыв в отведенный для него район в южной части Северного моря, он только и делал, что развлекал офицеров язвительными рассказами о своем участии в учебных атаках на грузовые и пассажирские суда в проливе Ла-Манш.
Вечером третьего дня Дёниц отправил всем командирам подводных лодок следующее сообщение: «Всем срочно вернуться на базы. Учения завершены».
Той ночью петля вокруг Великобритании растаяла в холодных глубинах моря. Двадцать пять стальных акул, несущих нешуточную угрозу, удалились к своим базам. Гитлер заверил Чемберлена, что Германия не имеет территориальных претензий, и премьер-министр вернулся в Лондон, имея при себе лист бумаги с обещанием мира. Искренняя радость англичан была вполне понятна немецким подводникам. Миллионы людей в самых разных странах с облегчением прослушали выступление Чемберлена по радио, в котором он сообщал миру об итогах Мюнхенской конференции. Весьма доволен был и адмирал Дёниц. Его детеныши показали зубки. Когда грянет следующий кризис, станет ясно, сумеют ли они кусаться...
  -------------
  "Скачайте книгу в нужном формате и читайте дальше"
Категория: Книги
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 28
Гостей: 27
Пользователей: 1
Redrik

 
Copyright Redrik © 2016